Зеркало Вельзевула - Наталья Александрова

В этом холле толпилось особенно много людей.

Приглядевшись, Надежда Николаевна поняла, что большая их часть выстроилась в очередь к маленькому столику, поставленному в углу холла. За этим столиком Надежда разглядела смешного маленького человека в черном свитере и джинсах, с копной седовато-рыжих волос, торчащих во все стороны, как будто через них пропустили ток.

Прислушавшись к разговорам в очереди, Надежда выяснила, что в холле происходит автограф-сессия, то есть маленький лохматый человечек, который не абы кто, а всемирно известный балетмейстер, поставивший тот самый спектакль, на который они с мужем сегодня пришли, подписывает для своих многочисленных поклонников программки и афиши спектакля.

Надежда за автографом стоять не собиралась, тем более что кто-то объявил, что автограф-сессия заканчивается. Но теперь у нее было благовидное оправдание: она, мол, страстно захотела получить этот самый автограф и простояла весь антракт в очереди…

Тут Надежда как раз увидела своего мужа.

Сан Саныч стоял на ступенях парадной лестницы. Однако он не тянул шею, выискивая в толпе свою жену, а мило беседовал с какой-то семейной парой примерно их возраста. Надежда бросилась к мужу, размахивая рукой, чтобы привлечь его внимание.

Муж повернулся к ней и проговорил:

— А, Надюша, вот и ты! Я хочу познакомить тебя. Это — Сергей… Сергей Борисович, мой, можно сказать, коллега, заместитель директора фирмы… — название фирмы Надежда не расслышала, — а это — Наталья… Наталья Петровна, его супруга…

Надежда проглотила готовую уже фразу насчет автограф-сессии, изобразила приветливую улыбку и сказала, что ей очень приятно. Они с Натальей обменялись быстрыми оценивающими взглядами. Надежда порадовалась, что надела синее с серебром платье, а не зеленое, которое она тоже примеряла, потому что на Наталье было платье именно такого зеленоватого оттенка. И сидело оно на ней не в пример хуже. Наталья это тоже отметила, потому что лицо у нее вытянулось.

Надежда решила смягчить ситуацию, переведя разговор в чисто эстетическую плоскость.

— Как вам спектакль? — проговорила она светским тоном.

— Танцуют неплохо, — ответил Сергей, — но вот этот текст… какой-то он странный!

— Ты просто ничего не понимаешь в авангардном искусстве! — возразила его жена. — Это новое слово! Все говорят, что это — буквально революция в балете…

— Правда, видно нам плоховато, — пожаловался Сергей, — места за креслами, к тому же сбоку… но и те с трудом достали, вы же знаете, что на этот спектакль билеты с руками отрывали.

— А у нас — второй ряд партера, — простодушно сообщил Сан Саныч, — самая середина…

Надежда быстро скосила глаза на Наталью и увидела, как у той перекосилось лицо. Нет, все же Саша не дипломат… как при такой наивности он умудряется руководить фирмой?

Тут совсем рядом Надежда услышала знакомый голос.

Она прислушалась.

В нескольких шагах от нее стоял плотный, приземистый мужчина лет шестидесяти с прилизанными седоватыми волосами. Вокруг него образовался круг пустого пространства, что было само по себе необычно в этом набитом людьми холле. По краю этого пустого круга стояли люди делового и солидного вида, не сводившие с седоватого преданных взглядов и ловившие каждое его слово.

Надежда подумала, что такие зоны пустоты и кажущегося покоя бывают в самом центре урагана. Они еще называются его оком.

А седоватый господин вещал с характерной ленивой растяжкой:

— Я перечисляю на этот балет немаленькие суммы, но вот интересный вопрос: почему они никогда об этом не говорят? Почему не поблагодарят меня со сцены?

— Люди — существа по сути своей неблагодарные! — проговорил один из окружающих седоватого подхалимским голосом и тут же покраснел от собственной смелости.

Надежда только что слышала этот голос с ленивой растяжкой и эти обороты речи. Конечно, он говорил тогда другие слова — он обещал господину из «Сетекома» закатать его в асфальт…

— Кто это? — невольно спросила Надежда.

— Как, вы не знаете? — Наталья выразительно округлила глаза. — Это господин Корнеев — очень, просто очень влиятельный человек! И очень богатый…

На следующий день, едва муж ушел на работу, Надежда отправилась в офис компании «Телесеть».

Она доехала на маршрутке до бизнес-центра, поднялась на пятый этаж, подошла к стеклянной стене с названием фирмы. Часть стены послушно отъехала в сторону, пропустив Надежду в просторный бледно-голубой холл.

Здесь все было по-прежнему — непрерывное броуновское движение озабоченных офисных сотрудников, стремительно перебегающих из кабинета в кабинет с папками и отдельными документами, огромный, подсвеченный холодным голубоватым светом аквариум, в котором голубые рыбки метались взад и вперед с таким же озабоченным видом, удачно пародируя офисный планктон.

И только за хромированной стойкой, возвышающейся посреди холла, сидела не Алиса, а другая девушка в таком же фирменном голубом костюме. Девушка эта была полненькая, с круглыми, как пуговицы, наивными голубыми глазами и вздернутым носиком, усыпанным густой россыпью веснушек.

— Чем я могу вам помочь? — осведомилась эта девушка неуверенным голосом и вымученно улыбнулась.

— Здрассте! — Надежда подошла к стойке и оглядела девушку. — А где Алиса? Алиса Дмитриевна?

— Алиса Дмитриевна? — Девушка смутилась, лицо ее залилось краской. — А ее сегодня нет…

— Нет? — переспросила Надежда, облокотившись на стойку с таким видом, как будто устроилась здесь всерьез и надолго. — А где же она? Она же вроде не в отпуске!

— Да, не в отпуске! — тут же призналась девчонка. — Просто не вышла на работу… поэтому меня Нелли Вадимовна вместо нее посадила… так что если я вам могу чем-то помочь…

«Да, ты вместо Алисы явно не справишься, — подумала Надежда Николаевна. — Та здесь держала оборону, как целый взвод пограничников с собаками, а ты, деточка, — явно слабое звено!»

Вслух же она сказала совсем другое.

— Не вышла на работу? — в голосе Надежды звучало подлинное беспокойство. — Как же так? Это на нее совсем не похоже! Вы хоть позвонили ей? Узнали, в чем дело?

Девушка еще больше смутилась и пролепетала, смущенно отводя глаза:

— Да, звонили… к домашнему номеру никто не подходит, а ее мобильный отключен…

— Как же так? — нахмурилась Надежда. — Отключен? Очень странно! Она не должна отключать свой телефон…

— Не должна, но вот отключила… а вы, простите, все же по какому поводу? — спохватилась девушка.

— Я — по поводу претензии… то есть жалобы… — начала Надежда Николаевна.

Она хотела было разыграть прежнюю карту с ямой и скандальной пенсионеркой. Однако в это время дверь за спиной секретарши приоткрылась, и оттуда выглянула Нелли Вадимовна. Лицо ее было разгневанно.