Пусть меня осудят - Ульяна Соболева

В нем что-то сломалось. Будто дернули ручку стоп-крана и вырвали с мясом. Оксана чужая. В полном смысле этого слова. Чужая женщина, жена и мать. У нее сложившаяся жизнь, куда она вернется и забудет о Руслане Цареве. Она будет улыбаться своему рогоносцу-мужу, готовить обед, стирать тряпки, отдаваться ему по ночам. От одной мысли, что Оксана ляжет с кем-то в постель, он пришел в бешенство. Этот кто-то имеет на нее все права, имеет право спрашивать, где она была, имеет право любить ее. Руслан затянулся сигаретой так сильно, что в легких не осталось места, и медленно выпустил дым. Он не привык быть вторым, запасным, заменой. Но он выбрал ее сам. И Оксана права – Руслан прекрасно знал, что она замужем, и никакого повода думать, что это изменится, она ему не давала.

– Ну, вот, я готова.

Обернулась, улыбается, но улыбка фальшивая и натянутая. Она растеряна и, возможно, понимает, что увидятся они теперь совсем не скоро.

– Тебя отвезти?

Глупый вопрос – Оксана на машине и вполне доберется сама. Но… побыть с ней еще пару минут, оттянуть расставание – это мазохизм.

– Нет, я доберусь, спасибо.

И повисла пауза, неловкая странная и раздражающая.

– Ясно. Ну, хорошо, счастливо.

Затушил сигарету, обжег пальцы. Она кивнула, хотела подойти, но передумала, подхватила сумочку и пошла к двери. Руслан сжал челюсти, но не окликнул. Слова застряли в горле. А что сказать? Можно он ей позвонит? Или спросить, когда они встретятся снова? А может попросить ее развестись? Тупо. Пусть идет. Когда машина Оксаны отъехала от дома, Руслан выругался матом, смел рукой со стола пепельницу, чайник и чистые тарелки. Да, пусть идет к нему, мать ее! Пусть!

Зазвонил сотовый.

– Да! – рявкнул так, что у самого в ушах зазвенело.

– Бешеный, завтра коллекционер переезжает.

– И что?

– Брать будем?

– Будем. Приезжай ко мне сегодня, я обмозговал это дело.

– Не вопрос, скоро буду, пивка взять?

– Виски купи, нажраться охота.

– А потом башка трещать не будет?

– Ты что, моя мамочка?

– Да пошел ты!

Коллекционера взяли тихо и без лишнего шума, в лучших традициях американских блокбастеров. Преградили дорогу тремя джипами с левыми номерами. Наставили на миллионера стволы, обчистили и свалили. Коллекционера засунули вместо картин в багажник, охрану оглушили прикладами. Жадным оказался дядька, не заплатил за сопровождение, набрал кого попало. Не охрана, а придурки трусливые, только людей в масках со стволами увидели, попадали на землю и оружие побросали. За что им только платят?

Руслан сдернул маску с лица и швырнул на заднее сидение.

– Товар спрятать надо. Сольем через пару месяцев, когда все утрясется, сейчас заляжем на дно. Я к бате поеду, а ты вали в свой Мухосранск к сеструхе, схоронись там пару дней. Пацанам скажешь, что долю получат, когда сплавим мазню эту, не раньше, чем через месяц. Аванс дай, и пусть тоже затаятся. Что там с ментами? Насчет Борова притихли или еще лезут с вопросами? Заплатил кому надо?

Серый поднял маску на лоб, хлебнул виски прямо из горла.

– Заплатил сукам, куда они денутся. Заткнулись, конечно. У Борова поминки вдова устраивает, надо бы сходить и денег дать его мелким. Без кормильца остались.

– Дай сколько надо. Пусть каждый месяц ей долю Борова переводят в банк.

Серый закурил и протянул бутылку Руслану, тот тоже отхлебнул виски.

– Правильный ты, Руслан, такой, как батя твой. Все у тебя по чесноку. Пацаны за это тебя уважают.

Руслан засмеялся.

– Ты меня уважаешь? Кончай пьяный базар. Завези меня к Царю и вали к Лидке своей.

– Эй, что происходит, Бешеный? Ты чего смурной такой? Из-за бабы той, да?

– Не лезь…

– Так замужем она, чего ты хочешь? Оставь, забудь. На хрен она тебе сдалась?

– Притормози.

– А что притормози? Я ж вижу, как ты нервничаешь. Я тебя, Бешеный, уже хренову тучу лет знаю, как облупленного. Нравится она тебе, даже очень.

– И что с того? Ну, нравится.

– Так в чем проблема, Рус?

– Нет проблемы, все забыли.

– К мужу ревнуешь?

– Твою мать, Серый! Я сказал – проехали.

– Так давай его…

Руслан крутанул руль вправо, и Серый, чертыхаясь, притормозил у обочины.

– Совсем охренел?

– Послушай меня внимательно и запомни – ты не тронешь ее мужа, ты не тронешь Оксану. Я так хочу. Она счастлива с этим придурком – пусть ей будет хорошо.

– Раз счастлива, чего с тобой спит?

– Хрен его знает. Я не думал об этом и тебе не советую. Поехали. Груз скинем на склад, и вези к Царю.

Царев, как обычно, сидел в своем кабинете с чашкой крепкого кофе и сигарой. Высокомерный, аккуратный до тошноты. Руслан ступил на ковер грязным ботинком и тут же почувствовал презрительный взгляд отца, тот указал ему на кресло и снова уставился в бумаги. Руслан осмотрелся по сторонам. Сколько раз он бывал в этом кабинете и всегда, когда переступал порог этого помещения, чувствовал себя ничтожеством размером с мизинец. Эдаким непутевым отпрыском, обузой и карикатурой самого Царева. Отец, как всегда, тянул паузу, показывал, что его бумаги важнее визита сына, что тот явился некстати и, вообще, мог бы не приходить. Наконец-то он отложил документы, снял очки и посмотрел на Руслана.

– Прошло две недели? Так быстро?

Бешеный кивнул.

– Ясно. С Азиатом все улажено, не скрою, что мне это дорого стоило. Одни неприятности от тебя.

Руслан сжал челюсти, ну, отец не может не уколоть и не унизить, это его любимая игра в строгого папочку и сына-идиота.

– Давно с Азиатом уладил?

– Неделю назад.

Руслан почувствовал, как руки сжимаются в кулаки, а глаза наливаются кровью.

– Неделю? А я узнаю об этом только сейчас?

– Да, а что здесь такого? Я решил, что тебе не помешает немного отойти от дел и отдохнуть.

Он решил, он сказал, он сделал. А Руслан? Его вообще за человека кто-то считает?

– Ты сказал, что я теперь с тобой.

– Со мной. Сегодня на точки съездишь, заберешь бабки.

Руслан не заметил, как подскочил с кресла.

– Заберу бабки? Я тебе что, пацан какой-то на побегушках? По точкам пусть бригада ездит.

Царев затушил сигару, отпил кофе из маленькой фарфоровой чашки и аккуратно поставил на серебряный поднос.

– Ты поедешь. Переступишь через свое эго и сделаешь так, как я говорю. На точках проблемы. Говорят, новая бригада появилась, пытаются наших к себе перетянуть, требуют долю у ларечников. Так что поедешь, осмотришься там, ясно? В драку не лезь. Просто пробей: кто такие, чем дышат, на кого работают. Избавимся от них красиво, если надо будет, потом всех уложим, но не сейчас. Некоторые товар начали им сплавлять. Нужно узнать, кто и за сколько. Там у всех такса одна, если чужие завышают – не порядок, нужно им о законах напомнить. Пока вежливо. Надо будет – напомним и понастойчивее. Тебе все ясно? Серого с собой возьми, и я тебе еще пару парней дам – Шмылю и Танка. Танк пусть ваши задницы прикрывает, а Шмыля – новых покажет, он их в лицо знает. Все ясно?