Порочный круг - Уилбур Смит

– Итак, Тарик Хакам оказался предателем. Он предал тебя и всех нас. Почему ты не убил его, Гектор?

На обратном пути из Мекки Гектор готовился к допросу. Тридцать минут они бомбардировали его вопросами и выражали сомнения. Он подробно описал проповедь Азима Мухтара в мечети, повторив ее почти дословно.

– И ты поверил ему, Гектор?

– Он был очень убедителен. Но в глубине души я все равно не поверил ему. Тогда – нет. Пока он не предложил мне в заложники своего шестилетнего сына. Тогда я поверил. Он раскрыл передо мной душу и отдал сына. И я понял – он на стороне ангелов. Понял, что он не мог организовать убийство Хейзел.

– Если он отдал тебе заложника, Гектор, то где сейчас этот мальчик?

– Я принял его, а потом вернул матери.

– Ты совсем спятил, Гектор Кросс? – спросила Настя.

– Кто-то может сказать и так, – улыбнулся Гектор. – Но затем Азим Мухтар Типпо Тип дал мне окончательное доказательство своей невиновности.

– Какое доказательство, глупец?

– Хотя я был в его полной власти, он позволил мне уйти, сесть в самолет и невредимым прилететь в Абу-Зару.

Пэдди О’Куинн громко рассмеялся и хлопнул жену по колену.

– Гектор прав, дорогая. Нет более убедительного доказательства. Теперь даже я верю в Азима Типпо Типа.

Напряжение в комнате спало, все обменивались глуповатыми улыбками. Но Настя убрала с колена руку Пэдди и в последний раз вызывающе сказала Гектору:

– Ну, теперь я уверена, что как истинный английский джентльмен ты пожал руку этому убийце-мулле и уже не собираешься убивать Тарика Хакама.

– От тебя ничего не скроешь, царина. Я подал Азизу Типпо Типу руку и не увидел на ней крови. А потом позволил Тарику Хакаму уйти с его Богом, – закончил Гектор и встал. – И по правде сказать, после этих двух поступков мне гораздо лучше. Теперь нужно несколько часов поспать. Встретимся утром после завтрака и подумаем, где мы и что мы.

– Я бесплатно могу тебе сказать, где ты сейчас, Гектор Кросс. Ты вернулся на первую клетку, и тебе повезло, что ты там.

Настя пыталась говорить строго, но в ее глазах промелькнула голубая искорка.

Посадив Кэтрин на колени, Гектор кормил ее из бутылочки. Энергично атакуя соску, Кэтрин – довольно гулила, не обращая внимания на заинтересованных зрителей, расположившихся на местах в кинозале.

– Единственный мужчина, который способен нести хаос и смерть и одновременно кормить младенца, – заметил Пэдди О’Куинн, и Настя ущипнула его за руку.

– Ты ничего не знаешь о младенцах, муж. Смотри на Гектора и закрой рот.

– Достаточно, дети мои. Перестаньте ссориться и сядьте. Нас ждет работа, – сказал Гектор. – Вчера вечером я не стал спорить с Настей, когда она сказала, что мы вернулись на первую клетку. Однако это не совсем так. У нас есть нить, над которой следует поработать. Мне указал на нее Тарик Хакам. И я должен поблагодарить его за это. Мы говорили о том, как Зверь устроил засаду на Хейзел, и Тарик задал простой вопрос. Он сказал: «Откуда они знали?»

Гектор помолчал, давая им задуматься. Потом продолжил:

– Откуда Зверь знал, что Хейзел в тот день поедет в Лондон на прием к гинекологу?

Все зашевелились и начали переговариваться.

– Об этом знали только мы с Хейзел и Агата, ее секретарь – она договорилась о приеме. Вчера вечером я позвонил Агате. Она абсолютно уверена, что никому ничего не говорила. И чрезвычайно расстроилась из-за того, что я мог такое предположить. Она работала с Хейзел пятнадцать лет и полностью заслуживает доверия.

– Знал гинеколог Хейзел, – сказала Настя.

– Да, ты права. Знал мистер Донован. Сегодня днем я возвращаюсь в Лондон, чтобы поговорить с ним, но будет неловко даже намекать на то, что он мог нарушить врачебную тайну. Я хочу, чтобы со мной полетели Пэдди и Настя… да, Дэйв, я вижу, что ты встревожен. Можешь тоже полететь. Весьма вероятно, ты нам понадобишься. – Дэйв Имбисс с облегчением улыбнулся. Гектор продолжал: – Пока Кэтрин в безопасности в «Сискейп мэншн», о ней будут заботиться Бонни и ее помощницы. – Он посмотрел на часы. – Девять тринадцать. В одиннадцать тридцать есть рейс в Хитроу. Если оторвете задницы от стульев, мы можем на него успеть.

Вечером все четверо ужинали в доме номер одиннадцать. Гектор во главе стола поднял бокал:

– Я только что понял – минуло ровно восемь месяцев с того дня, когда Хейзел меня покинула. Мне кажется, что прошло гораздо меньше времени. Я по-прежнему захожу в комнаты этого дома с мыслью, что встречу ее. Пожелайте ей вместе со мной счастливого пути.

Несколько часов спустя, когда Пэдди и Настя ушли к себе, Настя в розовой атласной рубашке сидела перед зеркалом, расчесывая волосы. В зеркало она смотрела на Пэдди, лежавшего в постели с вечерней газетой.

– Знаешь, что нужно Гектору? – спросила она.

– Скажи, – улыбнулся он, отрываясь от страницы.

– Ему нужна хорошая женщина в постели, которая помогла бы ему забыть.

Пэдди резко сел и в тревоге скомкал газету.

– Не смей даже предлагать! Он тебя убьет, бессердечная русская шлюха!

– Бессердечная – не знаю. Шлюха – да, это приятно и хорошо. Хочешь попробовать?

На следующее утро Гектор нашел место для парковки на Харли-стрит и пешком дошел до клиники Алана Донована. Поднялся он по лестнице, а не в лифте. Когда Гектор вошел, приемная была пуста. Он несколько минут постоял у стола, пока из кабинете Алана не вышла секретарша с грудой карточек пациентов.

– Простите, что заставила вас ждать, мистер Кросс.

– Все в порядке, Виктория.

При виде его она как будто слегка заволновалась, но он приписал это напряжению, которое испытываешь, работая на такого человека, как Алан.

– Мистер Донован сегодня немного опоздает. Что-нибудь еще?

– Ничего. Я не тороплюсь. Могу подождать, – сказал Гектор.

Она положила карточки на стол. В правой руке она держала айфон S4, но положила его на груду карт, потому что загудел селектор.

– Прошу прощения, мистер Кросс. Сегодня утром все происходит одновременно. – Она взяла трубку и сказала в нее: – Да, мистер Донован. Да, немедленно. – Она положила трубку на место. – Еще раз прошу меня извинить, мистер Кросс.

Виктория направилась во внутренние помещения. Ее айфон остался на столе. Гектор заметил, что он точно такой, как у него. Что-то повернулось в его сознании, и внезапно все встало на места. Ответ на загадку был прямо перед ним. Он не обращал на Викторию внимания, словно она предмет мебели. И его раздражало, что он сразу об этом не подумал.

– Послушайте, Виктория, – сказал он ей вслед. – Я вспомнил, что должен быть в другом месте. Никакого срочного дела к мистеру Доновану у меня нет. Пожалуйста, отмените нашу встречу, я позвоню на следующей неделе, чтобы назначить новую.