Приговоренный к жизни - Анна Данилова

В брошенных, полуразрушенных домах Вязовки, оказывается, живут домовые. Реальные такие домовые, которые подметают свои дома, воруют у соседей хлеб и молоко, подсолнечное масло и теплые носки.

Повадились в Вязовку и инопланетяне – мужчина и женщина. Их видели ночью, очень похожи на людей, ходят, держась за руки, одетые во все белое, туда-сюда по улицам, а потом скрываются в лесу. Видимо, у них там зарыта или спрятана в кустах летающая тарелка.

Души умерших бродят по селу и стучат в окна.

Наслушавшись всей этой чепухи, Денис с Наташей зашли в местное кафе пообедать. Большое помещение, залитое солнцем, стены расписаны березками – все как положено. Заказали винегрет, куриный суп, гречку с котлетами и компот.

Кроме них, в кафе вообще никого не было.

– Минут через двадцать приедут наши трактористы, фермеры, им до дома далеко, они живут в соседнем селе, дизеля не напасешься, чтобы каждый день туда на обед ездить, – рассказала им полненькая, румяная повариха в красном фартучке. Ее золотистые волосы были украшены ободком с большим красным искусственным маком.

– Мы тут у вас дом присмотрели, на самой окраине, с высоким таким забором… – без особого энтузиазма повторил Денис то, что он говорил уже в течение нескольких часов пребывания в Вязовке. – Не знаете, не продается?

– Конечно, не продается. Это же не дом вовсе, – сощурив глаза и устремив взгляд в пространство, при этом поджав губы и вообще изменившись, произнесла повариха. – Меня вообще-то Надя зовут. Я это к чему… Думаете, не понимаю, что вы никакие не туристы и уж тем более не собираетесь покупать этот дом. Вы – журналисты, которые что-то разнюхали, но не до конца, вот и приехали, гуляете здесь, изображаете из себя влюбленную парочку. А вы расслабьтесь! Кушайте и слушайте меня!

Она посмотрела на дверь, словно не желая, чтобы ее услышал кто-то из посторонних.

– Это лаборатория, а может, частная клиника. Хотя разве можно назвать клиникой место, где детей режут на куски, потрошат их, а потом органы продают в Америку?!

Наташа посмотрела на Дениса. С ее вилки в тарелку упала порция розового винегрета.

– Да вы что? – прошептала она, делая вид, что верит каждому слову Нади. – Вы нас, получается, раскусили? Ну да, мы действительно приехали выяснить, что же скрывается за высоким забором этого дома. Нам в редакцию письмо пришло… – Здесь она запнулась, пытаясь придумать, о чем же было письмо, и тут Денис пришел к ней на выручку:

– Письмо от одной молодой женщины, у которой украли ее малыша. Она настаивает на том, что ребенка привезли в Вязовку и спрятали в доме на самой окраине, за высоким забором… Что ему собираются удалить почки!

– Наконец-то вы приехали! – Надя деловито отложила в сторону большущий черпак, вытерла руки о передник и подошла к их столику. Села напротив. Кокетливо поправила мак на виске. – Знаете, до вашего приезда мне никто не верил, что здесь творится что-то непотребное! Но я-то видела, видела собственными глазами… Я тогда была еще девчонкой.

– Что вы видели?

– У меня мать – травница, травы собирает и продает в городе на рынке. А я ей помогаю. Я вообще все травы знаю! Так вот, собираю я, значит, траву неподалеку от того дома, кажется, ромашку. Гляжу, выходит этот хмырь, Григорий этот, цветовод, мать его, с большим таким пакетом, ну, с мусором, чтобы погрузить в свою машину. Контейнеры для мусора у нас недавно только появились, мы же не Европа какая… А его мешок возьми и свались, открылся он, и оттуда вывалились бинты разные, вата… и все в крови!!! Еще ампулы, пузырьки какие-то… Я матери рассказала, но она у меня женщина спокойная, не впечатлительная, понимаете? Она сказала, что, может, Григорий этот заболел, может, перевязку себе делал, мало ли… Еще к нему раньше постоянно какие-то машины приезжали, мужчина выходил, с саквояжем, похож на доктора…

– Это интересно, – заметил Денис. – А что еще видели или знаете?

– Разве этого мало? А то, что он здесь столько лет живет, простой сторож, а денег у него – куры не клюют! Вы бы видели, сколько он тратит в нашем магазине! Покупает только деликатесы, рыбу разную копченую, икру… Масло и сметану покупает только домашние, с рук…

– Разве он не цветы продает? – осторожно поинтересовалась Наташа.

– Может, летом и продает, но зимой-то цветы не цветут, а у него теплица маленькая, у нас почти в каждом дворе такая есть, для рассады. Нет, он точно органы продает. Ему детей ночью привозят, ну, таких, усыпленных, чтобы не плакали… Он не цветовод, а убийца! Говорю же, органы детские продает в Америку.

– А почему в Америку? – спросил Денис.

– Да потому что там все дорого, – удивилась его вопросу Надя.

– Постойте, Надя, вы сказали, что у него теплица маленькая. А вы откуда это знаете?

– Там же ворота… Подошла. Посмотрела как-то в щель, увидела теплицу.

– А что еще увидели?

– Да в том-то и дело, что больше ничего! Дом стоит справа, сбоку, никак не могла увидеть его… Только сад, деревья, цветы и теплицу. Все.

– Вы в полицию не обращались?

– Нет, меня мать отговорила. Говорит, что у меня нет никаких доказательств, что там детей режут. Еще сказала, что в мусорном ведре может быть все что угодно. Напомнила мне, что, когда у нее был фурункул, у нас тоже были такие же кровавые бинты… И иглы, использованные шприцы… Ой! Извините. Это называется, приятного аппетита, да?

В это время дверь кафе распахнулась и вошли два посетителя, мужчины в синих комбинезонах. Надя бросилась им навстречу:

– Иван Дементьевич? Саша? Проходите, у нас сегодня куриный суп!

– Все это полный бред, никого он там не режет. Ты же сама слышала сегодня про инопланетян, заживо захороненную женщину… В таких вот селах у людей фантазия удивительно работает, – сказал Денис, когда они с Наташей вышли из кафе. – Ну что, осталось только навестить Ирену. Садись в машину!

Позвонила Лиза. Денис даже не успел завести мотор. Замер, слушая ее внимательно, ловя каждое слово.

– Вот это новости так новости! Как же вы вовремя мне позвонили! А мы как раз собираемся к Ирене. Всю Вязовку обошли, таких историй наслушались… Потом расскажу. Правда, об этом доме никто ничего определенного сказать так и не смог. Так, одни догадки. И как нам себя вести? Думаете, брат уже позвонил ей, сказал, что Лена нашлась? Ах да, не нашлась, но все равно она жива!

Он весело посмотрел на удивленную Наташу и подмигнул ей.

– Хорошо, буду действовать по обстоятельствам. До связи!

– Лена жива? – спросила Наташа.

– Да, она позвонила отцу и матери как раз после того, как Пирский заплатил выкуп.

– Так что же это получается, это она все придумала? Организовала? И забрала деньги? Но этого не может быть! Это просто невозможно, я же хорошо знаю Лену. Она не такая! Удивительно, что вы все поверили в это.