Мотылек атакующий - Екатерина Островская

– Вот, Артемка, полюбуйся. Это та самая Мотылек, о которой нам Алик все уши прожужжал. Но сегодня я сам увидел – и просто в восторге. Она так Кувалду башкой об землю долбанула, что ту нашатырем минут десять откачивали. Так что у нас теперь есть кого против кореянки выставлять.

– Против Ли Хэнги? – не поверил Артем, продолжая поедать глазами Машу. – Ты серьезно? Она же просто машина…

– Давай пока проверим нашего Мотылька в серьезных боях. Кого можно против нее поставить?

– В Москве есть Пирцхвалава. Во Владике китаянка одна – ее-то как раз без проблем можно выписать. Через неделю в Москве будет Джексон. У нее бой с Пирцхвалавой опять же…

– Может, Джексон по пути в Москву сюда завернет? Скажем, в среду?

– Господа, – произнес Порываев, поднимаясь, – все это замечательно, но мне в Москву надо не в среду, а завтра. То есть уже сегодня. Так что попрошу доставить меня домой…

Алексей Филиппович посмотрел на сына и кивнул:

– Отвези Альберта Степановича. И девушку нашу подкинь, куда скажет. А я здесь сегодня отдохну…

Маша в сопровождении Артема и прокурора вышла из ложи и сразу поняла, как собирается отдыхать Кущенко-старший: в коридоре на диване устроились две размалеванные красотки в ожидании, когда их позовут. Прокурор и Артем проследовали мимо них, даже не повернув головы, да и Маше девицы были неинтересны. Вообще-то она хотела поскорее выйти из клуба и сразу попрощаться со своими спутниками. Их общество было ей очень неприятно. А о том, чтобы ехать в машине, которая убила Славика, даже подумать было страшно. Но оказалось, что Кущенко-младший явился в клуб не на «Мазерати», а на внедорожнике с тонированными стеклами. Маша поколебалась немного и все же залезла в салон. Правда, Порываев первым успел занять заднее сиденье, развалившись, как на диване, и ей пришлось сесть в пассажирское кресло рядом с водителем и почти всю дорогу ловить на себе взгляды Артема. Правда, ехали не особенно долго. Подъезд к дому, в котором проживал прокурор, был закрыт шлагбаумом, который тут же поднялся, как только внедорожник помигал фарами – судя по всему, машину Кущенко-младшего здесь знали. Порываев, не прощаясь, вышел у подъезда.

Но перед тем, как закрыть дверцу, он с самым серьезным видом полюбопытствовал:

– Ну как, молодой человек, на этой машине вы еще никого не задавили?

– А у вас материальные трудности? – вместо ответа спросил Артем. И заржал, довольный своей шуткой.

Когда проехали шлагбаум, Маша назвала адрес. Не свой, разумеется, а дома, в котором еще недавно, перед тем, как переехать в ее квартиру, жили Новиковы. Тот находился недалеко от прокурорского, но Артем никуда не спешил. Теперь, оставшись с пассажиркой наедине, Кущенко-младший пристал к ней с расспросами: где Маша изучала боевые искусства? Видела ли она бои Ли Хэнги? Не хочет ли освоить технику тхэквондо в клубе, который он сам посещает уже двенадцать лет?

Маша отвечала односложно, размышляя о том, что сейчас очень удобный момент – ночь, плохо освещенный двор, случайных свидетелей нет, а если прохожие и обнаружатся, то вряд ли смогут что-то разглядеть. Можно подъехать к подъезду, пригласить Артема в гости, а когда тот выйдет из машины, нанести хорошо подготовленный удар… Маша уже решила, что так она и сделает.

Внедорожник свернул во двор. И тут Маша подумала: нет, не надо спешить. Во-первых, Кущенко-старший знает, с кем уехал его сын. Во-вторых, свидетели все же могут быть – мало ли, вдруг кто-то выглядывает из окна и выгуливает собаку в темной глубине двора. Конечно, никто не сможет опознать напавшего на Артема человека, но наверняка свидетель заметит, что убийцей была женщина, которая приехала с погибшим на машине. Придется скрываться, а в таком случае подобраться к старшему Кущенко будет намного сложнее.

Внедорожник остановился у подъезда.

– Не хочется расставаться, – улыбаясь, шепнул Артем.

Маша молча покачала головой.

– Может, поднимемся к тебе? – продолжал приветливо улыбаться Кущенко-младший.

– Если узнает твой отец, то возможны неприятности, – ответила Маша.

Артем перестал улыбаться.

– У тебя с ним что?

– Ничего. Однако…

– Гад какой! – возмутился Артем. – Только мне девушка понравится, а он уже тут как тут!

– Найдешь другую, – вздохнула Маша, выходя из машины, – ты парень симпатичный…

Она захлопнула дверцу и направилась к подъезду. Артем нагнал ее на крыльце и схватил за руку.

– Погоди! Ты не поверишь, но мне впервые девчонка понравилась. Как увидел тебя, сразу понял, что мне другая не нужна. Все дуры и шлюхи вокруг, только о шмотках и о клубах пищат… Если я скажу отцу, что ты моя девушка, он отстанет от тебя.

– Скажи, – кивнула Маша, выдергивая руку и подавляя желание решить все здесь и сейчас. – Скажи, и сразу все изменится. Вот если бы ты был хозяином «Колизея»…

– Все, что у отца есть, и так моим станет. Но можно ускорить процесс, только намекни. Он уже оттрубил свое, пусть отдыхает, как хочет.

– Алексей Филиппович не захочет, но ты все равно поговори с ним.

– Ладно! – махнул рукой Артем. – Пока закроем тему. Скоро ты увидишь, как я раскручусь.

– Буду надеяться, – через силу улыбнулась Маша.

Повернулась к двери и стала набирать код замка, когда Артем вдруг схватил ее за плечи и быстро поцеловал в щеку. Затем бросился к машине.

– Пока! – крикнул он. – Считай, что договорились!

Маша вошла в вестибюль дома, пробежала мимо двери лифта, проскочила лестничный марш, оказалась на площадке между первым и вторым этажом, и ее вырвало.

Под крышей клуба Алексей Филиппович оборудовал для себя апартаменты. Просторная гостиная с барной стойкой, спальная комната с кроватью размером три метра на три и, конечно, сауна. Откуда был выход к бассейну, совсем крохотному, меньше кровати, воды в котором набиралось лишь по пояс. Внешняя стена была стеклянная, и сквозь нее можно было смотреть на город. Днем открывался вид на бесконечные крыши и возвышавшиеся над ними купола церквей, на шпиль телебашни чуть в стороне, а ночью за этим громадным «окном» было звездное небо, слегка подсвеченное снизу фонарями спящих улиц.

Кущенко вышел из сауны, сошел в бассейн и посмотрел на город. За стенкой хихикали Лолита и Злата. Алексей Филиппович лег в воду, примостив под голову коктейльный плотик, и почувствовал облегчение. «Странно, – подумал Кущенко, – ведь был в сауне всего минут пятнадцать, а раньше мог часами париться, и ничего».

Когда-то он любил заниматься делами именно в сауне. Приводил туда нужных людей, а чиновники, когда на них не было костюмов и галстуков, становятся податливыми и падкими на всякие глупости. Как давно это было… Он был молод и полон сил, в сауне мог пересидеть любого. А теперь? Сейчас ему сорок девять. Сколько еще осталось? И какую радость в своей жизни он может вспомнить? Когда заработал первый миллион зеленых? День, когда родился Артем?