Два вида страсти - Марина Серова

Не теряя времени, я отправилась на Никитинскую. Мне было важно застать Дубровскую врасплох. По моим расчетам, уже одно то, что мне стало известно ее местонахождение, должно было сбить с нее спесь и дать ей понять, что с ней не шутят. Я была уверена, что мне удастся припереть ее к стенке и заставить разговориться.

Полная победоносных планов, я подрулила к так называемой «свечке» на Никитинской и направилась в подъезд. Проскользнув внутрь вместе с какой-то развеселой парочкой, не обратившей на меня никакого внимания, я опрометью бросилась вверх по лестнице. Благо квартира Георгия располагалась всего лишь на восьмом этаже. Уже почти добравшись до цели, я услышала, как этажом выше распахнулась дверь и, судя по веселому многоголосью, на площадку возле лифта вышла компания припозднившихся гостей.

— Гоша, ну Го-о-о-ша! — тянул нараспев поддразнивающий молодой женский голос, — ну пойдем с нами, весело же будет!

— Он не Гоша, он Жора! — веско возразил не менее веселый голос, но уже мужской. Послышался смех и шум других голосов, сливавшихся в неразборчивый хор.

— Нет, ребята, вы поезжайте, — раздался уже знакомый мне голос, вне всякого сомнения, принадлежавший Георгию. — У меня мать до сих пор в больнице, завтра с утра прямо к ней. Так что надо успеть еще выспаться.

Послышались восклицания, то ли одобрительные, то ли огорченные. Все закончилось тем, что приятели начали наперебой желать матери Гоши выздоровления. Среди прочего я разобрала, как кто-то произнес «Ирине Эдуардовне поправляться», и у меня не осталось сомнений, что Гоша действительно не кто иной, как Георгий Дубровский. Да я и без того узнала его по голосу. Я никогда не путаю голоса.

Никем не замеченная, я проворно спустилась обратно в подъезд, а вскоре хлопнула дверь лифта, и вся компания с шумом и хохотом вывалилась во двор. Я выскользнула следом. Никто из гостей Георгия, шумно обсуждавших предстоящую вечеринку, не обратил на меня никакого внимания. Трое молодых людей и две девушки проворно загрузились во внедорожник и отбыли в вечерние тарасовские сумерки продолжать веселье.

Я решила последовать их примеру, то есть не веселиться, а отбыть к себе домой. Очутившись в тишине своей квартиры, я уютно расположилась на диване и принялась подводить итоги. Первым делом я обдумала подслушанный разговор сына Дубровской с подвыпившими гостями. Из услышанного я уяснила, что Георгий все еще не в курсе, что мать сбежала из больницы, и место ее пребывания ему неизвестно. Значит, Георгия бесполезно расспрашивать, где она может находиться. Уж точно не в его квартире. У него в гостях только что было пятеро его знакомых, причем явно не из разряда стеснительных. И что, никто из них не заметил, что Дубровская все это время была в квартире? Не на антресоли же он ее засунул.

Таким образом, отпадали один за другим наиболее вероятные варианты возможного местопребывания Дубровской. Ни у себя в коттедже, ни в доме собственного сына успешная бизнес-леди, видимо, не чувствовала себя в безопасности. Так где же скрывается без пяти минут подозреваемая в убийстве Ольги Антиповой? Отбросив методом исключения неподходящие варианты, я пришла наконец к единственно верному и, увы, крайне нелицеприятному выводу. Я поняла, где следует искать Дубровскую.

В восемь утра, облачившись в спортивный костюм и для верности нацепив еще и бейсболку, я уже как штык была на Парковой. Изображая любительницу утренних пробежек, я действительно пробежалась по бульвару, стараясь, однако, удаляться на не слишком большое расстояние. Мне было важно не упустить машину Влада, если он вздумает куда-нибудь отправиться. Сам автомобиль я сразу же заприметила на открытой стоянке.

Затем я присела на скамейку, так, чтобы мне был виден вход в нужный подъезд. Вскоре мои ожидания оправдались — Влад вприпрыжку выскочил из подъезда и куда-то направился бодрым спортивным шагом. На меня молодой человек не обратил никакого внимания. Он выглядел вполне довольным жизнью, можно сказать, воодушевленным. Судя по тому, что он не стал садиться за руль, его путь лежал недалеко. Я осторожно двинулась следом.

Вскоре я поняла, что Влад направляется в ближайший супермаркет. Я вошла вместе с ним и, купив для вида упаковку сухого печенья и зубную пасту, прошла к кассе, чтобы оказаться у выхода раньше самого объекта наблюдения. Расплачиваясь, я не переставала исподтишка наблюдать за Владом. Тот невозмутимо выкладывал на ленту покупки, среди которых я заметила несколько бутылок минеральной воды с серебристо-синей этикеткой. Точно такая же бутылка стояла на прикроватном столике в больничной палате Дубровской. Кроме того, я заметила, что Влад собирался приобрести средство для снятия макияжа и жидкость для удаления лака с ногтей. Уж не для себя ли?

Я все более укреплялась в мысли, что Ирина Дубровская скрывается в квартире Влада. Но вот как попасть в эту квартиру? Влад прекрасно знает, что я частный детектив, а вовсе не сотрудник правоохранительных органов. Так что фокус с удостоверением здесь не прокатит.

Я неотступно следовала за Владом, гадая, что бы предпринять. Позвонить Мельникову и сообщить о своих предположениях? Но для того, чтобы войти в квартиру Влада, Андрею придется соблюсти ряд необходимых формальностей, а оформление документов может занять не один день. И тут, едва не сбив Влада, в переулок ворвалась темно-синяя иномарка. Я сама едва успела отскочить, очутившись на клумбе палисадника. Влад смачно выругался и решительно направился к резко затормозившему у края переулка авто. Судя по всему, молодой человек намеревался задать трепку обнаглевшему водителю оного. И вдруг дверь иномарки со стороны водителя резко распахнулась, и я буквально остолбенела, увидев, кто именно находился за рулем.

Георгий Дубровский! С силой захлопнув дверь автомобиля, он стремительно направился навстречу любовнику матери. Не было никаких сомнений, что оба молодых человека горели желанием отмутузить друг друга. Чем они и занялись, подойдя на достаточно близкое для этого времяпрепровождения расстояние. Влад был в менее выгодном положении, поскольку одна рука у него была занята пакетом, содержимое которого требовало бережного обращения. Однако, несмотря на это неудобство, он давал достойный отпор Георгию, норовившему схватить его за грудки.

— Куда ты дел мою мать, альфонс фигов?! — возопил Георгий и тут же сам ответил: — Я знаю, что она у тебя!

— Отвали, урод! — не остался в долгу Влад, умело оттесняя наседавшего противника, явно превосходившего его в весовой категории. Пихая и осыпая друг друга оскорблениями, мужчины ввалились в подъезд. Я, улучив момент, проскользнула следом. Поднимаясь в квартиру, любовник Дубровской и ее сын продолжали бурно выяснять отношения, так что я пополнила свой словарный запас весьма колоритными оборотами. Наконец оба очутились в квартире, о чем возвестила громко хлопнувшая дверь.

Я приблизилась к двери и осторожно повернула ручку. К моему величайшему облегчению дверь оказалась не заперта. Я слегка приоткрыла ее, и до меня донесся далекий гул голосов. Видимо, мужчины переместились из прихожей во внутреннее пространство квартиры. Я осторожно вошла внутрь, бесшумно затворив за собой дверь. Гневные голоса теперь доносились из кухни, и я, почти прижавшись к стене, начала пробираться в этом направлении.