Линия мести - Марина Серова

— Да, вы очень близки, — произнесла я со смешанными чувствами. — Наверно, здорово, когда между братом и сестрой такая привязанность…

— Да, конечно, но… — Андрей замешкался, потом продолжил: — Так все равно не может продолжаться вечно. Как бы ни дружны мы были с Аней, рано или поздно придет время, когда она кого-нибудь встретит или я… встречу. Я решил, что не буду осуждать сестру, даже если ее выбор мне не понравится. В конце концов, мы уже не дети, а взрослые люди, и у каждого должна быть своя личная жизнь. И знаешь, Женя, я рад, что вы с Аней нашли общий язык. По крайней мере, она не будет против… если, конечно, ты согласишься…

— О чем ты? — вопросительно взглянула я на него. Андрей растерялся, потом тихо пробормотал: — Так… мысли вслух. Напрасные мечты…

Мы замолчали. Я старалась сосредоточиться на том, что узнала у Андрея. Много ли девушек в Тарасове носят кулончик в виде корабля? Наверняка это украшение — не единственное в своем роде, возможно, имеет место простое совпадение. А если все-таки нет? Если это не случайное стечение обстоятельств? Но… кому нужно было убивать Аню? Я хотела надеяться, что жертва маньяка — не моя бывшая соседка по палате, но факты говорили против этого. Кулончик в виде кораблика… Единственное, что нашли на жертве, единственное, что помогло бы опознать ее…

— Женя, а почему ты вдруг спросила про кулон? — нарушил молчание Андрей. — Немного странно…

— Просто вспомнила, что видела его, — пожала я плечами как можно равнодушнее. — Необычное украшение. Я раньше не встречала подвесок с корабликами, хотя, возможно, не обращала внимания.

— Ты права, — улыбнулся Андрей. — Знаешь, я ведь весь город оббегал в поисках такого украшения. Мне предлагали какие угодно кулоны, но того, что я искал, нигде не было. Посчастливилось найти в одном маленьком ювелирном магазинчике — там как раз продавались всякие редкие штуковины. Кораблик был единственный в своем экземпляре, я его купил за бешеные по тем временам деньги. Недавно зашел ради интереса в магазинчик — представляешь, закрылся! Видимо, прогорел. Вещи редкие, но дорогие, а откуда у жителей нашего города средства на покупку подобных украшений? Есть, конечно, состоятельные граждане, только сомневаюсь, что они знали про этот магазин. Сейчас на этом месте находится пиццерия, и вот она точно пользуется спросом.

— Вот как, — пробормотала я тихо и отвела глаза в сторону. Сомнений быть не могло: убита Аня, раз кулон был такой редкостью. Но… как могло такое произойти? Неужели девушку на самом деле похитили из больницы? Но кто и зачем? Да не мог сюда пройти посторонний — на входе дежурит охранник, пускают в клинику только персонал и родственников пациентов! А может, все было по-другому? Предположим, девушка сбежала сама, по своей воле. Она хотела вернуться домой, но не смогла этого сделать, так как той ночью на нее напал маньяк-убийца, зверски расправился с девушкой, а труп спрятал в лесу. Тогда неудивительно, что от Ани не было ни слуху ни духу, а нашли ее совсем недавно. Эта версия больше похожа на правду. Вот только как рассказать теперь об этом Андрею? Сейчас я уже верила, что Аня его сестра, хотя явных доказательств тому у меня не было. Но если Андрей все это время мне врал, то я самый глупый и наивный человек в мире, хотя такого о себе я сказать не могла. Да не верю я, что Андрей лжет! Не может быть этого, меня так просто нельзя провести! И зачем я так с ним вела себя утром в столовой? Как ему рассказать о смерти сестры?

— Женя, ты ведь не думаешь, что Аня мне не сестра? — словно прочел мои мысли Андрей. — Мне кажется, ты из-за этого так рассердилась на меня? Если ты и в самом деле не веришь мне, хочешь, я попрошу свою маму поговорить с тобой? Да если уж на то пошло, я могу ее попросить привезти свидетельство о том, что мы с Аней — брат и сестра! Да что угодно, только бы ты поверила мне!

Я недоумевающе посмотрела на Андрея. Не похож он на обычного обольстителя — Дон Жуана, — если бы он был таковым, то наверняка бы начал обвинять меня в недоверчивости, устраивать разборки, ссоры… А Андрей вел себя совсем наоборот. Неужели он готов так… так унижаться из-за того, что я ему не верю?

— А… а если я и правда соглашусь поговорить с твоей мамой? — тихо спросила я. — Что тогда?

— Тогда все просто. Когда она придет навестить меня, я сообщу тебе, — пожал плечами Андрей. — Ты убедишься, что я не лгал тебе. Никогда. Я говорил тебе только правду, хотя, возможно, это и зря… Обычно парни красуются, пытаясь произвести впечатление на девушку. Но я не привык играть в такие игры — все равно ложь рано или поздно раскроется, так? Зачем обманывать и приукрашать действительность? Чтобы потом тот, кому человек соврал, разочаровался? Отношения, выстроенные на лжи, не имеют будущего. Лучше сразу говорить правду, какой бы горькой она ни была. Я вижу, что ты тоже так думаешь. Это ведь и в твоих правилах — говорить все как есть, да? Ты ведь тоже никогда не лжешь?

Вопрос повис в воздухе. Я не знала, что ответить на это. Я почувствовала себя мелочной лгуньей — выходило, что это я обманывала Андрея, ведь я скрывала от него правду о том, кто я на самом деле! И сейчас я снова не рассказала ему про сводку теленовостей, хотя должна была это сделать! Но почему я не могу заставить себя решиться и сказать Андрею, что его сестра мертва? Почему как только я собираюсь сказать это, нужные слова не находятся, а голос пропадает? Я оказалась в западне, которую сама себе выстроила! И как из этого выпутываться, не представляю. Чем дальше, тем больше недомолвок, тем больше я запутываюсь в собственной истории, тем труднее расставить все точки над «i».

— Я… ошибаюсь? — по-своему истолковал мое молчание Андрей. — Почему ты молчишь?

— Андрей… — Я собралась с духом, приготовившись начать трудный для меня разговор. — Понимаешь, дело в том, что ты совсем ничего обо мне не знаешь. Возможно, ты составил неверное представление обо мне, и тебе кажется, что… что я… в общем, может статься, ты сильно ошибаешься по поводу меня.

— Женя, поверь, того, что я вижу, когда разговариваю с тобой, достаточно, чтобы понять, какой ты человек на самом деле. Да, ты права, я хотел бы знать о тебе как можно больше, хотел бы услышать всю историю твоей жизни… Но я не хочу лезть к тебе в душу, пока ты сама не почувствуешь, что желаешь мне рассказать о себе. Это твое право — ты можешь оставить свое прошлое в тайне, я хочу лишь знать одно: есть ли у меня хоть один шанс? Если ты обручена, помолвлена, если за пределами больницы у тебя есть человек, с которым тебя связывают близкие отношения, — я пойму, только скажи! Я не собираюсь отбивать тебя у другого, не собираюсь ломать твою жизнь. Единственное, что я хочу — это чтобы ты была счастлива. И я буду самым счастливым человеком, если ты будешь счастлива со мной. А если с другим — что ж, я приму это и больше не буду тебя беспокоить.

— Но неужели тебя не волнует, чем я занимаюсь в обычной жизни? — удивилась я. — Что, если моя профессия покажется тебе… немного странной?

— Ты меня заинтриговала, — улыбнулся Андрей. — Даже не могу представить, кем ты можешь работать, после таких слов… Но знаешь, мне абсолютно без разницы, чем ты занимаешься — можешь даже сказать, что ты занимаешься чем-то противозаконным. Представляешь, я даже не стану возмущаться, если вдруг ты признаешься, что являешься наемным убийцей или занимаешься сбытом наркотиков. Конечно, необычно для такой девушки, которая зачитывается поэзией Есенина и мастерски обыгрывает меня в шахматы — но что поделаешь! Да, конечно, я постараюсь тебя отговорить от такой… гм… криминальной деятельности, но только потому, что опасаюсь за твою жизнь. Наверно, я сошел с ума, раз говорю тебе такую вещь: даже если ты вдруг скажешь, что убила с десяток человек, я не изменю своего отношения к тебе. Можешь думать обо мне что угодно, считать меня аморальным, безнравственным типом, но я готов принять абсолютно все, что касается тебя.