Дело о Сумерках богов - Георгий Персиков

Родин последовательно разглядывал комнату за комнатой через мощные окуляры. Максим нетерпеливо ерзал рядом, рискуя сверзиться оземь. Вдруг зоркий доктор негромко вскрикнул и протянул бинокль его хозяину.

– Взгляните сами. Только умоляю – держите себя в руках!

Максим прильнул к биноклю и зашептал:

– Вот же мерзавцы, морских ежей вам в гузно! Я же вас на рее вывешу в рядок!

В знакомом им кабинете Шараевского у пылающего камина на стуле с высокой резной спинкой в просторных белых одеждах сидела Юленька. Перед ней стоял хозяин замка и, воздев руку, вдохновенно вещал о чем-то. В сторонке стоял тот самый загадочный карлик и то ли внимал оратору, то ли обдумывал какие-то свои коварные планы.

Максим зашевелился и пополз по ветке к стене. Родин схватил его за ворот.

– Опомнитесь! Вы не сможете пробраться к ней. Ждите подходящего момента.

Голос разума хоть и с трудом, но все же пробивался к сознанию Максима. Он скрипнул зубами, ничего не ответил и снова вернулся к биноклю.

В комнате появились двое здоровяков, которые встали за спинкой стула пленницы, почтительно ожидая распоряжений. Карлик подошел к Шароевскому и что-то вложил ему в руку, прикрывая предмет корпусом от остальных. Магнат довольно ухмыльнулся и резким жестом что-то велел сделать здоровякам. Максим с ужасом наблюдал, как тот, что стоял ближе к окну, извлек из-за пазухи плотно набитый песком носок и обрушил его на затылок ничего не подозревающей Юленьки!

Бедная девушка рухнула на каменный пол. Разъяренный брат выронил бинокль и полез за револьвером. Родин остановил его.

– Тихо, тихо! Момент для нападения на мерзавцев скоро наступит. Думаете, они ее в замке оставят? А зачем тогда лишили ее сознания?

– Что? Опять ждать?! – не таясь уже, вскричал Максим. – Мы дождались уже до того, что ее бьют. Нужно, чтобы они ее совсем убили? Тогда вы решитесь действовать?

– Не глупите, прошу вас! Они сейчас чувствуют себя в безопасности. И эта уверенность не должна покидать их. Иначе они действительно могут убить Юленьку!

– Можно подумать, что вас это тревожит! – саркастически рассмеялся Максим. – Вы кружите головы обеим девочкам, а сами холодны, как говядина с ледника!

– Я… Я честен и с Полей, и с Юленькой! Вы не можете упрекнуть меня в двойной игре! Я… – Родин осекся. – Смотрите, я же говорил, что сейчас будет шанс расквитаться с негодяями.

Здоровяки положили бесчувственное тело девушки на носилки и в сопровождении Шароевского и карлика вышли из кабинета. Родин ухватился за веревку и спустился вниз – куда проворнее, нежели взбирался. Максим отцепил нож, смотал ремень и веревку, а потом отчаянно сиганул вниз с ветки. Он мягко приземлился и перекувыркнулся.

– Что же, я готов повстречаться с паном – любителем кровушки! – очень недобро блеснул глазами разгоряченный молодой человек.

Они притаились по обе стороны декоративной кустарниковой изгороди, обрамлявшей дорогу к замку. Дверца в тяжелых воротах вскоре заскрипела, и на аллее показалась процессия: двое гигантов с носилками, коротышка за ними и хозяин замка в качестве замыкающего. Максим высунул голову из зарослей. Родин поднял вверх ладонь – не спеши, остынь! Но стоило моряку увидеть бледное личико сестры, как он потерял всякий контроль над собой.

– Стойте, ублюдки! – завопил он и рванулся сквозь живую изгородь.

Пока он продирался сквозь ветви, оказавшиеся удивительно цепкими и прочными, Шароевский со своей шайкой успел отбежать на приличное расстояние. Родин с Максимом кинулись вдогонку.

– Что ж ты наделал! Они сейчас двинут к соляной шахте! – отчаянно кричал Родин.

* * *

Молодые люди выкладывались, как призовые легкоатлеты, но расстояние между ними и похитителями не сокращалось. Шароевский и его подручные споро подбежали к входу в штольню и скрылись внутри.

Георгий и Максим потеряли след как только выскочили из дощатого пристроя в черный зев соляных копей. Вокруг было темно хоть глаз выколи. Шаги звучали совсем иначе – эхо множило звуки, и определить направление на слух стало решительно невозможно. Да и высчитать расстояние до цели было сложнейшей головоломкой. То дуновение из вентиляционных каналов и крысиных лазов отчетливо доносило уверенные команды Шароевского. То дробный топот вражеских ног вдруг делался тише комариного писка и словно укатывался за линию подземного горизонта. Родин подсвечивал дорогу тускло горящей лучиной, которую удалось отщипнуть от закаменевшего дерева тоннельного крепежа. Порывы сквозняка то и дело грозили лишить незваных гостей единственного источника света.

Наконец молодые люди очутились на развилке. Максим взвыл от отчаяния – направление дальнейшего продвижения было совершенно непонятно. Он начал было сыпать ругательствами, но Родин резко схватил его за рукав и быстро прошептал:

– Помолчите!

Откуда-то снизу доносился голос Шароевского, который по-русски говорил карлику:

– …история этой шахты, почтенный Сигурд, насчитывает почти девять веков. Польские короли владели Величкой до Первого раздела Речи Посполитой. И немало золота им принесли эти недра. Уже тогда, сто пятьдесят лет назад, здесь было четыре уровня. А сейчас их уже десяток – спасибо австрийцам, которые отхватили в ту пору сии земли. Их новшества до сих пор используются – пневматические дрели, к примеру. Я собираюсь полностью механизировать солеварню. А вот и подъемник. Сейчас он паровой, а раньше работал на конной тяге. Но даже во времена Анри Валуа, который процарствовал у нас годик, прежде чем усесться на французский престол, здешние кабины опускали и поднимали по пятьдесят человек за раз! Кстати, тогда шахту могла посещать исключительно высшая знать. Сейчас, конечно, правила у меня здесь куда демократичнее. Порой, хе-хе, заходят и непрошеные гости, но далеко уйти у них не получается.

– Подъемник – единственный путь вниз? – с сильным акцентом спросил карлик.

– Нет, здесь еще есть лестница в дальнем коридоре – где-то с полверсты от входа. Но ее в темноте найти практически невозможно – туда ведет узкий тоннель, весьма запутанный. А кабину подъемника мы оставим внизу. Так что у наших недругов нет ни единого шанса еще раз потревожить нас.

Заработал механизм подъемника и заглушил голоса. Родин, благодаря разговорчивости экскурсовода, примерно понимал, в каком направлении им двигаться и что искать. Медлить было нельзя – похитителям и без того досталась хорошая временная фора.

Найти искомый узкий коридор не составило труда. Но лучина догорела, и молодые люди остались без источника света. Продвигаться вперед теперь приходилось на ощупь. Максим вдруг неожиданно заговорил с Юлей:

– Прости, что не уберег тебя. Но теперь-то с тобой все хорошо. Ты надежно укрылась здесь…

Родин ущипнул его. Максим ойкнул и замолчал. Через полминуты он произнес:

– Это темнота и тишина так давят, что начинают мысли путаться. Мне вдруг показалось, что сестра совсем рядом.