Внеклассное чтение. Том 1 - Борис Акунин

Во-первых: на милицию, которая не может защититьприговоренного к смерти налогоплательщика, мы надеяться не будем. Разбитнойопер с подозрительно дорогим мобильником доверия не вызывает. Спасениеутопающих — дело рук самих утопающих. Вот основополагающий принцип российскойжизни, который следовало бы включить в конституцию, чтобы не создавать унаселения ненужных иллюзий.

Во-вторых: зацепка, по которой тосковал капитан Волков,кажется, все-таки есть.

Откуда мнимый Кузнецов взял адрес фирмы? В объявлении былдан только контактный телефон — не «Страны советов», а главного редакторагазеты «Эросс». Алтын пообещала, что сама будет отсекать всех неперспективных,и, хоть кое-кому из «эроссиян» удавалось хитростью или по случайностипрорваться через этот кордон, но большинство сумасшедших и извращенцев всё жеотфильтровывалось еще в редакции. Однако Кузнецов прорвался. Каким образом?

Николас набрал номер мобильного телефона жены.

— Я, — раздался в трубке знакомый хрипловатый голосок.

Сколько раз Фандорин говорил жене, что она разговаривает потелефону совершенно недопустимым образом! Ну что это в самом деле: вместо«алло» или на худой конец «слушаю» — грубое «я», а в ответ на вежливое «добрыйдень» — по-хамски кургузое «добрый»?

— Ну, как ты там? Как погода в Питере? — начал издалекаНиколас. — У нас вот с утра гроза.

У Алтын нюх как у спаниеля, поэтому главный вопрос нужнобыло задать как бы между прочим, не привлекая к нему внимания.

— Короче, Фандорин, — оборвала жена. — Я веду заседание.Что-нибудь с детьми?

— Нет.

— С тобой?

Он вздрогнул. Неужели почувствовала?

— Нет-нет, всё отлично, — поспешно уверил ее Николас.

— Чего тогда?

О, несентиментальная правнучка хана Мамая, противницабессодержательных нежностей и милой воркотни! Ни разу Ника не слышал от нееслова «люблю», хотя в том, что любит, непонятно за что, но любит, сомнений невозникало. Если б перестала — только бы он ее и видел, ушла бы и не оглянулась.

— Ну, живее рожай, — поторопила Алтын. Испугавшись, что онапо своему обыкновению просто возьмет и отсоединится, Николас зачастил:

— Слушай, ты мне вчера прислала такого классного клиента.Некий Кузнецов, помнишь? Хотел тебя за него поблагодарить.

— Ты что, Фандорин, из скворечника упал? — отрезала Алтын. —Буду я с твоими психами ля-ля разводить. Их Цыца фильтрует.

«Цыцей» она называла свою референтшу Цецилию Абрамовну.Выходит, звонить в Питер не следовало. Мог бы и сообразить, что Алтын сама нестанет отвечать на звонки каждого встречного-поперечного, это было бы ужслишком самоотверженно.

Мужчины не умеют меняться так часто и так радикально, какженщины, подумал Фандорин, глядя на попискивавшую частыми гудками трубку. Зашесть лет знакомства Алтын сбрасывала кожу и полностью преображалась по меньшеймере четырежды. С началом любовных отношений превратилась из маленького,злобного ежонка в страстную, нежную гурию (эх, вот время-то было, не вернешь).Потом, родив (разумеется, двойню — она никогда не признавала полумер икомпромиссов), пополнела и поширела, так что трудно было узнать в ней прежнюютонкую, подвижную Алтын, превратилась в сильную, красивую и плодовитую самку.Говорила, что главная функция женщины — рожать и воспитывать, что нет на светеникакого дела важнее этого. Ушла из своей прежней газеты — бесповоротно, ничутьне жалея. Когда Никин компаньон, тогда еще не свихнувшийся на божественном,затеял создавать масс-медиальный концерн (было в ту пору у русских олигарховтакое хобби) и предложил фандоринской жене возглавить эротический еженедельник,Ника был уверен, что Алтын с негодованием откажется. Она неожиданносогласилась, и он испугался, что ей с этим громоздким, малоприятным делом несправиться.

Справилась, преотлично справилась. И семью от бедностиспасла, и инвестора обогатила. «Эросс» оказался единственным жизнеспособнымзвеном скороспелой и столь же скоро рассыпавшейся масс-медиальной империи. НоАлтын снова переменилась, и опять до неузнаваемости. А когда с женойпроисходила очередная метаморфоза, в ней менялось всё: внешность, комплекция,манера говорить и одеваться, привычки — причем абсолютно ненарочитым,естественным образом.

Что ж, Цыца так Цыца.

Выпить кофе, отвезти детей в сад, потом в редакцию.

Усопший холдинг Никиного благодетеля в период своегорасцвета состоял из дециметрового канала «Супер-ТВ»,общественно-публицистической «Консервативной газеты» (развернутой на базерайонной многотиражки «Юный зюзинец»), гламурного журнала «Трутень» (в прошломежемесячника «Трудодень») и досугового еженедельника «Эросс». Последнийунаследовал помещение и большую часть штата от отраслевой газеты«Социалистическое атоммашстроение», купленной по дешевке в одном пакете с«Трудоднем» и «Зюзинцем». В ту пору соучредитель «Страны советов», являвшийсяпо совместительству владельцем множества других фирм и предприятий самогонепредсказуемого профиля, загорелся идеей формирования общественного мнения иготов был потратить несколько десятков миллионов на обзаведение необходимыммасс-медиальным инструментарием. Но со временем он утратилобщественно-политические амбиции, да и эпоха неконтролируемых экспериментов собщественным мнением пошла на убыль, так что компоненты холдинга оказалисьпредоставлены сами себе: можешь — плыви, не можешь — тони.