Последний в черном списке - Евгений Сухов

— В прокуратуру, — сыщик отдал водителю распоряжение о дальнейшем маршруте и углубился в свои мысли.

— Можно я с вами, Виктор Алексеевич? — неожиданно попросил Сабуров. — Домой не хочу. Мы вчера с женой все-таки поругались. Оказывается, она не на совещание ушла, а ждала меня в кафе, где мы должны были обедать.

Следователь согласно качнул головой.

Дождь продолжал лить стеной. Дорога была пуста, и Перегудову со стажером потребовалось не более двадцати минут, чтобы добраться до кабинета следователя в здании прокуратуры.

— Мне кажется странным, что в авиакомпании тебе не дали никакой информации по Лерайскому. Володя, знаешь что? Посмотри-ка в Интернете, что есть по этой авиакомпании. Происшествия, пресс-релизы…

— Один момент, — отозвался Сабуров и уткнулся взглядом в монитор компьютера.

Перегудов сел на свое рабочее место и стал перелистывать протоколы опросов свидетелей.

— Безусловно, мы имеем дело с преднамеренным убийством, — вслух рассуждал сыщик. — Причем убийство выполнено кустарно, не профессионалом. Дальше… Обе жертвы работали в одном месте. Следовательно, что-то было такое, что связывало для преступника этих двух людей, и это что-то связано с их работой… Вот, собственно, и все, что мы имеем. Негусто…

— Ну да, если это, конечно, не случайное совпадение, — отозвался стажер, не поворачивая головы. — Возможно, их связывало по жизни что-то еще. Может быть, это какая-нибудь ревнивая женщина.

— Ерунда, — безапелляционно отмел подобное предположение Перегудов. — Если бы не одно обстоятельство. Они оба были уволены в одно и то же время. Да, возможно, они и были связаны каким-то общим делом. Бизнесом или еще чем-то, помимо работы. Но кто-то из родственников Лерайского обязательно бы проговорился. Хотя бы о его странном поведении, подозрениях… Хоть намек какой-то. Но ничего такого не было.

— Что за черт! — неожиданно прервал Сабуров начальника. — Смотрите! Короткое сообщение. Гибель двух самолетов.

Перегудов вскочил с места и, двумя гигантскими шагами преодолев расстояние до компьютерного столика, встал за спиной стажера.

— Странно, но больше по этой теме ничего не выходит! — сказал Сабуров, не отрывая взгляда от экрана.

— Ты хорошо посмотрел?

— Да, — Владимир продолжал барабанить пальцами по кнопкам клавиатуры. — Вообще ничего…

— Так. Попробую выяснить что-нибудь через знакомых журналистов, — информация заинтересовала сыщика. — А ты срочно напечатай запросы.

Перегудов достал трубку мобильника и отыскал в электронной записной книжке нужного абонента.

— Здравствуй, Олег. Слушай, нужна твоя помощь… Дело такое разворачивается… Ты, случаем, не в курсе? Разбились два самолета. У тебя нет какой-либо информации по авиакомпаниям?.. — спросил Перегудов. — Послушай, Олег, срочно надо встретиться… Нет, я не дома. В прокуратуре. Ты сам-то где сейчас?.. Рядом? — взволнованно говорил он. — Хорошо. Жду. До встречи.

Перегудов подошел к окну и, отворив створку, нервно закурил.

— Ты официальный запрос в авиакомпанию давал?

— Нет, но я лично говорил со специалистами в отделе кадров, — ответил молодой человек.

— Володя, ну что же ты! Ты уже не студент! Готовь срочно бумагу и срочно факсом в авиакомпанию и ФСБ. Кем работали? Как долго? Когда были уволены? Причина увольнения? Отошли сейчас, а завтра к обеду, глядишь, что-нибудь получим.

Через минуту Сабуров встал из-за стола и подошел к факсимильному аппарату.

— Посмотрим, что они теперь скажут, — произнес молодой человек.

Перед следователем на рабочем столе лежала толстая папка с материалами дела Лерайского, а рядом дымилась чашка свежесваренного кофе, когда дверь кабинета Перегудова отворилась и вошел высокий мужчина в потрепанных стильных джинсах и замшевой куртке.

— Олег, дружище! Здравствуй! — радушно воскликнул Перегудов, вставая из-за стола. — Кофе готов, как и обещал.

— Отлично! То, что надо! — отозвался Олег и, небрежно бросив куртку на стул у входа, расположился напротив Перегудова. — Давай к делу. Что у тебя?

— Объясняю, Олег. У меня два трупа. Оба убитых работали в авиакомпании. Обоих уволили две недели назад. Ничего по ним нет. Кто такие? За что уволили? Да тут еще какие-то обрывочные сведения о гибели самолетов!..

— Слушай, Витя, я не могу тебе сказать. Лучше не суйся в это дело. Потому что это будет… Ну, я знаю, что ты бы меня тоже не стал останавливать… — помолчав, сказал журналист и нервно отпил из чашки горячий напиток. — Ладно, черт с тобой.

Олег поставил чашку с кофе на стол.

— Ну, я знаю, что две недели назад уволили двух диспетчеров. Действительно, была авиакатастрофа. Разбились два самолета. Пассажирский и военный. Через некоторое время после аварии диспетчеров и уволили…

— Постой-постой! Ты уверен насчет диспетчеров? — тревожный взгляд Перегудова был устремлен на журналиста.

Олег в недоумении развел руками.

— Витя, я занимался этим делом сразу после катастрофы! — сказал он и, встав со стула, достал из сумки ноутбук. Развернув компьютер экраном к Перегудову, Олег встал у сыщика за спиной.

— Здесь фотографии сразу после катастрофы, — пояснил он, отыскивая курсором мышки нужную папку. — Качество, правда, дурацкое. Это мой знакомый на телефон снимал. А как ты умудрился упустить такую новость?

— Олег, я что, телевизор смотрю, что ли? Когда мне? Работы выше крыши! Я из бумаг не вылезаю! Ну, давай, рассказывай, — поторопил журналиста Перегудов. — Два самолета. Один пассажирский, другой военный…

— Не просто пассажирский, Витя, — Олег занял свое место на стуле с другой стороны стола напротив Перегудова. — В самолете летели дети. И все они погибли. Я в тот день летел в Амстердам. Рейс задержали. Короче, пришлось тусоваться в аэропорту. Ну и держался около терминала. У меня там приятель. Так парнишка просто меня запомнил. Я летаю-то часто. Разговорились. А как только про новость узнали, я тут же подсуетился. Он мне по инерции многое рассказал. Его дежурство только началось, поэтому к утру он уже многое знал. Знаешь, «сарафанное» радио… Ну и я, конечно, никуда не полетел. По горячим следам многое выяснил. А на следующий день закрутили гайки. Мы не стали об этом писать, не успели. Мне повезло, я считаю. Если бы я не оказался тогда в аэропорту, ничего бы не выяснил. Все концы в воду. Все нормально. Всем молчать…

— Ну, а что же там с этими двумя? — с нетерпением спросил сыщик.

— Оба, Лерайский и Кулемин, дежурили в тот день в диспетчерской.

— А что произошло? Почему произошла авария? — неожиданно подключился к разговору стажер, который до этого момента безмолвно наблюдал за старшими со стороны.

— Это нам и не дали выяснить. ФСБ тут же замяло дело. Сразу редактору позвонили. Сказали: тут журналист твой вылез, так пусть не суется.