Криминальные будни психиатра - Андрей Шляхов

— Получить помощь.

— Да, но оказалось, что это почти никому не нужно. Если страшно — то проще уволиться. Жуть, конечно. Сидишь — и думаешь, а вдруг сейчас войдет убийца и…

— Вот-вот! — подтвердила Ирина. — Работать невозможно, все мысли только об этом. Интересно, а когда убийцу поймают, нам сразу об этом объявят или будут хранить тайну в интересах следствия?

— С учетом того, что последние убийства попали в телевизор, объявят сразу.

— Да, ты прав, — согласилась Ирина. — Кстати, а с главным инженером тебе не доводилось общаться?

— Видел мельком. Не человек, а метеор какой-то…

— Да, все время бегает туда-сюда. Значит, ты ничего о нем сказать не можешь?

— Да нет. — Савелий пожал плечами. — А почему он тебя интересует?

— Так просто.

— Так просто ничего не бывает, — заметил Савелий. — Все в жизни имеет свой смысл, даже то, что кажется бессмыслицей…

Справа подрезала красная «мазда», сзади ожесточенно засигналил водитель «газели» (водители «газелей» вообще наиболее ожесточенные из всех водителей), поэтому от разговора на время пришлось отвлечься. Когда ситуация выправилась, Савелий напомнил:

— Так что там с главным инженером?

— Мне кажется, что он всех убил. Боюсь поверить, но…

От удивления Савелий чуть руль из рук не выпустил. Главный инженер? При чем тут главный инженер, когда ясно, что убивал Хотин?

— Почему тебе так кажется?! — Он бросил быстрый взгляд на Ирину, желая удостовериться в том, не шутит ли она, но выражение ее лица было серьезным.

— А что ты так волнуешься? — в свою очередь, удивилась Ирина.

— Я не волнуюсь — мне интересно.

— Давай, я расскажу тебе об этом дома, — предложила Ирина. — А то еще ты сгоряча въедешь в кого-нибудь. Тем более что ехать уже недалеко. На перекрестке сверни налево, так будет быстрее…

Открыв входную дверь, Ирина пропустила Савелия, вошла следом, щелкнула выключателем и объявила:

— Здесь я живу.

Стандартная двухкомнатная квартира в стандартной девятиэтажке. Планировка была хорошо знакома Савелию, поэтому он снял кроссовки и направился в ванную, но Ирина остановила его:

— Зачем ты разулся? Терпеть не могу мужчин в носках!

— А я терпеть не могу ходить в уличной обуви по квартире, — ответил Савелий. — Тем более по такому сверкающему от чистоты паркету, как у тебя.

— Обуйся! — потребовала Ирина.

Савелий улыбнулся, снял носки и сунул их в карман джинсов.

— Какой ты прыткий! — Ирина легонько толкнула Савелия. — Не успел войти, как уже начал раздеваться.

— Может, мне раздеться совсем? — улыбнулся Савелий.

— Совсем — это потом! — Ирина шутливо погрозила ему пальцем. — И я еще подумаю, оставлять ли тебя ночевать.

— Это правильно, — одобрил Савелий, открывая дверь ванной. — Я люблю, когда так.

— Когда тебя не оставляют ночевать? — удивилась Ирина.

— Когда все неопределенно и надо немножко волноваться — оставят меня ночевать или нет. Это придает остроту ощущениям.

— Да, пожалуй, — согласилась Ирина. — Неопределенность возбуждает. До известных пределов…

Савелий без труда догадался, что она имеет в виду, говоря о пределах. Конечно же, убийства на складском комплексе, больше ничего.

Усадив Савелия на диван (впереди, на стене, — телевизор, под ним на полочке — DVD-плейер, слева — узенький стеллаж с дисками, справа — напольный вентилятор), Ирина принесла ему стакан апельсинового сока со льдом, велела не скучать и ушла приводить себя в порядок и готовить ужин. Чтобы уж точно не скучать, Савелий нашел среди дисков старую добрую комедию «Легкая жизнь» с Раневской, Марецкой, Яковлевым и Пляттом. С приятным удивлением отметив про себя, что она в Ирининой коллекции есть. Значит, их вкусы совпадают. Вставил диск, нажал на кнопку воспроизведения, включил вентилятор — и не заметил, как прошел час. Увлекся настолько, что Ирине пришлось окликать его дважды.

Ира переоделась в белую футболку с надписью «Я тут!» и легкие светло-коричневые бриджи, вымыла голову, уложила волосы своим замечательным феном и от этого стала еще красивее. Настолько, что не хотелось отводить от нее взгляда.

Ужин был скромным (за это время многого не наготовишь), но с претензией на изысканность. Какая-то морская рыба под клюквенным соусом (неожиданное сочетание Савелию понравилось), разные сорта сыра на большом деревянном блюде, бутылка итальянского красного вина.

— Увы, белого вина нет, но рыба с красным соусом, так что можно и красное вино.

— Конечно, можно, — заверил Савелий. — Я вообще предпочитаю красное белому.

— Это вино я привезла из Италии прошлым летом, — прокомментировала Ирина, ввинчивая в пробку рычажный штопор. — Берегла для особого случая.

— Чтобы выпить его с человеком, которого знаешь третий день, — поддел Савелий.

— Ключ к замку подходит сразу или не подходит вообще, — парировала Ирина и улыбнулась, давая понять, что восприняла шутку правильно.

Отправив в рот первый кусочек рыбы, Савелий зажмурился от удовольствия и похвалил:

— Как вкусно!

— Рада, что тебе нравится, — просияла Ирина. — А вино мы пить будем?

— Будем! — Савелий разлил вино по бокалам, поднял свой и провозгласил тост: — За то, что мы встретились!

Вино оказалось терпким и вкусным. Съев всю рыбу, Савелий попросил добавки.

— Вот теперь я вижу, что тебе и в самом деле понравилось, — сказала Ирина, беря пустую тарелку. — Я же не ахти какой кулинар, практики мало.

— Почему мало? — удивился Савелий.

— Для себя одной неинтересно готовить.

— А вот я люблю приготовить под настроение и для себя одного, — признался Савелий. — Особенно что-то новое, вот недавно готовил свинину в кисло-сладком соусе по-китайски. Ничего так получилось.

— Запиши меня в очередь на это блюдо, — попросила Ирина.

— Записал. Ты в этой очереди первая, а я второй. Да, кстати, может, теперь расскажешь, почему ты заподозрила главного инженера?

— Давай под кофе, — попросила Ирина. — За едой хочется говорить о приятных вещах.

За кофе так за кофе. Савелий ничего не имел против. Столько ждал, подождет и еще полчаса.

Кофе пили в гостиной, удобно расположившись на диване. Ирина дважды с дивана вскакивала. Один раз для того, чтобы выключить вентилятор и открыть окно, а во второй раз сбегала на кухню за шоколадом.

Когда рядом сидит красивая женщина, к которой ты неравнодушен, обсуждать главного инженера складского комплекса не хочется, будь он хоть трижды убийцей. Но назвался груздем — изволь лезть в кадушку.