Макияж для гадюки - Наталья Александрова

Не успел скрыться за дверью мужик, как вслед за ним вошлидвое людей в замасленных спецовках — судя по всему, сантехники.

Один из них тащил металлический ящик с инструментами, иНадежда тотчас сообразила, что горячая вода в подъезде будет отключена незавтра, а уже сегодня. Кошка снова появилась на крыльце и вслед за сантехникамипроскользнула в открытую дверь.

Павел тяжело вздохнул и хотел что-то сказать, но Надеждаприжала палец к губам. На дорожке возле дома появилась удивительно вульгарнаядевица, точнее, сильно молодящаяся женщина немного за тридцать. Высоченныекаблуки, предельно короткая юбка, открытый обтягивающий топ, оставляющийоткрытым загорелый живот, мелко завитые бесцветные кудри и неумеренный макияжзаставили Надежду Николаевну на какое-то время согласиться с покойной свекровьюРаисы.

— Кажется, это она! — прошептала Надежда. Бинокльтак приближал к ней женщину, что казалось, она может услышать даже негромкийразговор.

Павел облегченно вздохнул и устроился поудобнее.

Женщина скрылась в подъезде. Надежда выждала еще несколькоминут.

— Ну что же ты, звони! — нетерпеливо проговорилПавел.

— Подожди минутку, она еще не дошла до квартиры.

Надежда взглянула на часы и вооружилась телефоном.

Сначала в трубке по-прежнему раздавались длинные гудки, иНадежда подумала, что ошиблась номером, но наконец трубку сняли, и кокетливыйголос проговорил нараспев:

— Алле?

— Привет, Раиса! — ответила Надежда Николаевнамногообещающим тоном.

— Это кто? — в голосе собеседницы прозвучало явноеразочарование.

— Тайное всегда становится явным! — на этот разНадежда постаралась сделать свой голос зловещим.

— Да кто это? — недоумевая, допытываласьРаиса. — Лидка, ты, что ли, зараза? Кончай трепаться!

— Нет, это не Лидка! — насмешливо ответила НадеждаНиколаевна. — Привет тебе от свекрови!

Некоторое время в трубке не раздавалось ни звука. НаконецРаиса совершенно другим голосом проговорила:

— Вы ошиблись номером. Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Все ты, Раечка, отлично понимаешь! За что ты АлевтинуВласьевну угробила? Эту святую женщину!

— Святую? — воскликнула Раиса, — Да она такаясволочь была, каких поискать!

Тут же поняв, что попала в ловушку и сорвалась, женщинапонизила голос и проговорила, задыхаясь от злости:

— Кто это говорит?

— Неважно, — Надежда выдержала небольшую паузу ипродолжила, — не думай, что убийство сойдет тебе с рук!

— Какое убийство! Да меня вообще не было дома! Кому онанужна, старая галоша? Смерть признали естественной!

— Только потому, что у них не было в руках крема!

— Какого крема? — переспросила Раиса упавшимголосом.

— Ты прекрасно знаешь, какого.

— Да кто же это? Чего вы от меня хотите?

— Я хочу, чтобы восторжествовала справедливость! —ответила Надежда голосом актрисы из мексиканского телесериала. — Жаль, чтосейчас отменена смертная казнь! Но максимальный срок тебе обеспечен!

— Да я тут вообще ни при чем! — в голосе Раисызвучал неприкрытый ужас. — Она сама взяла крем! Это я должна была умереть!

— А вот это ты расскажешь прокурору, — насмешливоотозвалась Надежда, — и посмотрим, удастся ли тебе его убедить!

— Я не виновата! — воскликнула Раиса.

— До скорой встречи в суде, — холодно ответилаНадежда и отключила телефон.

— Рыбка заглотила наживку, — проговорила онавполголоса и снова подняла бинокль, — теперь нам нужно только ждать клеваи внимательно наблюдать за поплавком!

— Опять ждать! — огорчился Павел Петрович.

— Сразу видно, что рыбак из тебя никудышный! —ответила Надежда не поворачиваясь. А вот и наша рыбка!

Действительно, из подъезда вылетела Раиса. Она появилась такбыстро, что Павел Петрович даже не успел обидеться на «никудышного рыбака».Одета Раиса была так же, как прежде, но выглядела на этот раз так, как будто заней гонится привидение. Лицо, несмотря на обильный макияж, было бледным отстраха, завитые волосы торчали, как на огородном пугале. Затравленнооглядевшись по сторонам, женщина бросилась бежать через пустырь к улицеКустодиева. Павел Петрович повернул ключ в зажигании, выжал сцепление имедленно поехал следом.

Добежав до улицы, Раиса заметалась по тротуару, пытаясьостановить машину. И хотя времени был восьмой час вечера и на пустынной днемулице появились кое-какие машины, все водители ехали домой с работы, и никто нехотел подвозить Раису. Тогда она, спотыкаясь на высоких каблуках, рванула кСиреневому бульвару. Там движение было оживленнее, но, должно быть, ееиспуганный вид не внушал водителям доверия, и только четвертый или пятый из нихостановился. Женщина вскочила в салон, и машина поехала в направлениижелезнодорожного переезда. Павел Петрович держался на значительном расстоянии,чтобы не попасться Раисе на глаза, хотя, судя по ее виду, она была до тогонапугана, что совершенно ничего не замечала вокруг себя.

Машина Раисы выехала на Выборгское шоссе, проехала поджелезнодорожным мостом и свернула направо, вдоль границы Шуваловского парка.Павлу пришлось снова увеличить дистанцию, потому что на пустынной дороге онстал еще более заметным. К счастью, дорога не имела разветвлений, и можно былоехать вперед, не задумываясь. Был светлый вечер, из парка тянуло прохладой.

Миновав парк, проехав заросшее камышами болотце и осиновуюрощу, Павел Петрович оказался в маленькой деревушке. Казалось странным, чтосовсем рядом с огромным городом может быть такая крошечная и неказистая деревня— несколько покосившихся изб с заколоченными окнами явно дожидались сноса.Видимо, судьба этой деревни давно уже была решена, и только несколько недельотделяли ее от окончательного уничтожения.

Около одного из этих домиков, чуть более привлекательногочем остальные, стояла машина. Павел торопливо свернул за полуразвалившийсясарай, пока его не заметили. Надежда выскочила из его машины, велев Павлусидеть тихо и явиться ей на помощь только в самом крайнем случае, и,пригнувшись как индейский следопыт, двинулась вперед. Высокий бурьян и пышноразросшиеся лопухи скрывали ее. Выглянув из-за забора, она увидела, какдоставившая Раису машина развернулась и уехала обратно в город, а Раиса,спотыкаясь на своих огромных каблуках, направилась к избушке.

Надежда снова нырнула в бурьян и, низко пригибаясь,бросилась в том же направлении.

Поясницу немедленно заломило, но сейчас было не до нее.Надежда пересекла заросший сорняками огород, едва не наступила на большую серуюжабу и наконец подобралась к маленькому окошку. Ноги немилосердно жглокрапивой, кофточку облепили прошлогодние репейники.