Реанимация закона - Кирилл Казанцев

– А он мне родственник? – презрительно скривил губы Антон. – Сват, брат, золовка? Своими солдатиками сам интересуйся.

– Пацаны не хотят с тобой на дело идти, – покрутив в руках сигару, сказал Слива. Он оставил ее наконец в покое и достал из кармана пачку сигарет. – Не «по понятиям» ты живешь, братва тебя не принимает.

– Я так понимаю, что должен выйти отсюда и наложить на себя с горя руки? Не дождешься, Слива. Ты меня чего позвал? По делу? Излагай, а нотации мне читать и жизни учить не надо. Я ученый. И битый.

– Хорошо, – кивнул Слива и почему-то посмотрел на часы. – Это хорошо. Ты далеко пойдешь, Антоха. Если не остановят. Это все сопли, ты молодец! В жизни так и надо. Что мне этот Проня, б… Да я таких Проней десяток себе найду. Подумаешь! Меня другое волнует…

Антон нахмурился. Что-то не совсем понятно было с Проней, как-то странно Слива о нем говорил. И сейчас его не было среди окружения Сливы. Если у него серьезно сломана рука, тогда понятно, а если причина в другом? В том, что Проня не справился?

И тут карты наконец открылись. Антон услышал быстрые шаги за дверью, которая вела в сауну, и она тут же распахнулась. Ему удалось не показать выражением лица, что он узнал этого человека, даже удивлен его тут присутствием. И очень характерный, хотя и не очень заметный шрам под правым глазом. Хорошо, что тогда на ночной съемке Антон этот шрам разглядел. И на той поляне успел заметить, когда его пытались заставить пристрелить «мента».

– А ты молодец, парень, – хрипловатым сочным голосом проговорил мужчина, пронизывая Антона черными как угольки глазами.

Он был сегодня вообще весь черный. Черный костюм, черная рубашка, черные ботинки. Антон почему-то подумал, что душа у этого человека тоже черная. Что этот стиль в одежде не для рисовки, а потребность более глубокая.

– Слива вот недоволен, а я, наоборот, хвалю. – Мужчина засунул руки в карманы брюк и стоял перед Антоном, покачиваясь с носков на пятки. – В нашем деле надо уметь перешагивать через слабости, через людей перешагивать. Тебе нужны деньги?

Антон посмотрел на мужчину с вежливой иронией, но промолчал.

– Согласен – вопрос риторический, – усмехнулся мужчина и вдруг расхохотался, задрав вверх подбородок и показывая щетинистый острый кадык. – Я даже соглашусь, что вопрос поставлен глупо! А кто их не любит? То, что любишь, хорошо, а вот на что ты способен ради них, любимых? Кстати, вопрос не риторический.

Антон буквально наткнулся на острый прожигающий взгляд черных глаз. Веселья в них уже не было. Они смотрели, как два черных пистолетных дула. Правильный ответ – и они опустятся, неправильный – исторгнут два огненных всполоха, которые разорвут тебе грудь, расколют череп. Иллюзий насчет этого человека у Антона не осталось. Наверняка это как раз тот, кто стоит за спиной Сливы, кто манипулирует всем, кто методично и аккуратно делает какое-то свое дело, прикрываясь Сливой, рынком, контрафактом, «быками» из охраны Сливы, больше напоминающими телков. Теперь он намеревается манипулировать Антоном. Неужели удалось-таки добраться до сердцевины этого гнойника? И опять у Антона нет возможности сфотографировать лицо этого человека.

– Овчинка должна стоить выделки, – усмехнулся он, – а у всякого вопроса, как и поступка, есть своя цена. В мире миллионы неподкупных людей на различных постах, только я не уверен, что все они откажутся предать родину и свой народ, если им предложить поистине баснословную сумму. По их меркам, конечно.

– А у тебя какие мерки? – тут же спросил человек со шрамом.

– Свои. Чтобы перестать быть законопослушным – одна цена, а чтобы перейти на сторону инопланетного агрессора, который захочет поработить землю, – другая.

– А ты негодяй, Антоха, – с одобрительной улыбкой заметил мужчина.

– Приятно слышать похвалу от ангела с крылышками. Кстати, вы не представились.

– Можно называть меня ангелом, а можно и дьяволом. Но привычнее – по фамилии. Иванов! – С этими словами мужчина щелкнул пальцами, и один из парней Сливы подошел к сейфу, утопленному в стену. – Вот эта сумма, которая будет храниться в сейфе, твое вознаграждение. Это доллары. Я подумал, что, возможно, захочешь сменить место постоянного жительства, и не на европейскую страну.

Антон смотрел, как из сейфа извлекли небольшой кейс. В нем в самом деле лежали пачки сотенных купюр. Но было их как-то маловато для финала такой патетической речи.

– Согласен, – как будто прочитал мысли Антона «Иванов», – для переезда на жительство в Аргентину этого маловато. Но это аванс на тот случай, если в твоих дальнейших услугах мы нуждаться не будем. Непредвиденные обстоятельства, скажем. Но если они не наступят, то за твой второй шаг ты получишь столько, что сможешь безбедно закончить свои дни в любой стране мира и никогда больше не ударить пальцем о палец. Времени на раздумье я тебе давать не буду. Предполагается, что ты уже работаешь на меня.

– Да понял я, понял, – Антон демонстративно начал разглядывать ногти на своих руках. – Меня пригласили поболтать о жизни? Или все-таки есть ко мне какое-то дело? Связанное вон с тем кейсом, который вы опять положили в сейф.

– Хорошо, давай перейдем к делу. Твоя задача – обеспечить безопасность одной простой операции. Ты с группой должен сегодня встретить на дороге машину курьеров и принять груз. Груз доставишь по адресу, который тебе сообщат после встречи, и привезешь на это место одного специалиста, который проверит груз. Потом, если все нормально, будет вторая часть твоей работы. Ты все понял?

– Все. Сколько у меня времени на формирование группы, разработку маршрута?

– Нисколько, – усмехнулся «Иванов». – Выезжаешь прямо сейчас. С тобой поедут вот эти двое, но на другой машине. Они будут прикрывать тебя во время движения туда и обратно. Разумеется, и там на месте тоже. А сейчас выложи все из карманов.

Приказ был неожиданным, но опасности в себе он не таил. При себе у Антона не было ничего, что говорило бы о его принадлежности к органам внутренних дел. А мобильный телефон не сохранял в памяти ни входящих звонков, ни исходящих. Однако этим дело не ограничилось. Один из парней взял со стола какую-то рамку на ручке, щелкнул тумблером и стал водить вокруг туловища Антона, вокруг каждой ноги и руки. Радиомаячков и «жучков» на Антоне тоже не было. Он стоял и с иронией смотрел на «Иванова». Разыгрывать обиду было нельзя, потому что кто платит деньги, тот и… иными словами, тому все можно.

– Перестраховщик, – язвительно заметил Антон, собирая свои вещи.

Ему позволили положить в карман бумажник, ключи от квартиры, но когда он протянул руку к телефону, на него сверху легла рука «Иванова».

– А вот это тебе не нужно. Пока не нужно. Вернешься и заберешь. А в дорогу возьми вот этот аппарат. – Он вытащил из кармана другой телефон и положил перед Антоном. – Связаться по нему ты можешь только со мной.

– А ты отследишь мои передвижения, – добавил Антон.

– Не без этого. Получишь груз, нажми кнопку «1». Я назову адрес, куда доставить. Там мы с тобой и встретимся. А теперь…