Мой личный враг - Татьяна Устинова

Калитка отворилась совершенно бесшумно, хотя Александразаранее решила, что она непременно должна заскрипеть.

— В дом не пойдем, — напомнила идущая в хвосте Лада. — Вдругтам менты камер каких-нибудь понаставили.

Они гуськом пошли по дорожке. Для того чтобы попасть вгараж, нужно было обойти дом справа и вдоль забора дойти до приземистогосимпатичного строения из желтого кирпича, в котором Вешнепольский держал своимашины.

— Тихо как… — сказала Александра.

— Тут вообще замечательно, — отозвалась Маша, оглядываясь.Глаза у нее блестели. — Ваня говорит, детей мы будем растить здесь, а в школувозить в Москву.

— Вы их родите сначала, — буркнула Лада, — а уж потомповезете… Ты точно знаешь, какие ключи от гаража, а какие от машин?

— Точно, точно, — с досадой отмахнулась Маша, — сто раз ужеговорила.

Подойдя к затейливой железной дверце, похожей на ту, что былаза очагом в каморке у папы Карло, Маша стала возиться с ключами.

— Ванька-то какой затейник, — удивилась Александра. — Я и незнала… Забор у него со зверями, дверь с орнаментом…

— А в доме как красиво! — подхватила Маша, вставляя ключ. —Приезжайте, девчонки. Вот он вернется, и приезжайте: Будем пить шампанское,смотреть старые фильмы и валяться на диванах.

Дверь в темную глубину гаража тоже открылась беззвучно.Оттуда сразу потянуло холодом и специфическим приятным запахом машин. Машабоязливо оглянулась и сказала:

— Свет с правой стороны. Сейчас я зажгу… Яркий желтый светзалил громадное выстуженное и почти пустое помещение. У гофрированных железныхворот дремал синий джип, а чуть поглубже сверкала полированными дельфиньимибоками «десятка».

Александра шагнула внутрь, следом за ней протиснулась Лада.

— Мань, давай ключи от «Тойоты». Я лучше тебя открою. Ты незнаешь, он сигнализацию включает, когда машины в гараже?

— Вроде да, — сказала Маша.

— Вроде или да? — потребовала Лада, забирая у Маши ключи. —А то сейчас разорется на весь поселок…

— Открывай, — нервничая, прошипела Александра.

Машина доверчиво подмигнула фонарями, что-то невнятнопроизнесла, щелкнули замки.

— Открылась… — почему-то с удивлением прошептала Лада. — Ктополезет? Ты, Мань?

Маша осторожно приблизилась к джипу и потянула на себя дверьпассажирского сиденья.

— Я сейчас, — бормотала она, — я очень быстро…

Она нагнулась, заглядывая внутрь. Александра замерла,вытягивая шею.

— Черт! — вскрикнула вдруг Маша и отшатнулась, будтонаткнулась вдруг на ядовитую змею. — Черт возьми!

Александра все поняла прежде, чем Маша успела объяснить, вчем дело.

Содержимое бардачка было выворочено и валялось на сиденье ина полу. Обшивка кресел и дверей распорота, из них во все стороны торчаликлочья белого поролона. Коврики сбиты. С мясом выдрано зеркало заднего вида.Джип, такой благополучный и надежный снаружи, был совершенно искалечен внутри.

— Закрывай, Лада! — крикнула Маша. — Закрывай быстрее!

Она захлопнула дверцу и понеслась к «десятке», на ходудоставая из сумочки фонарь, который они все-таки догадались прихватить с собой.Добежав до машины, Маша трясущимися руками вытащила фонарь и быстро посветилавнутрь.

Александра и Лада были уже у затейливой дверцы. Машавыключила фонарь и через секунду стояла рядом.

— Ну что? — спросила Лада.

— Все то же самое, — тяжело дыша, ответила Маша. — Бежим!

На улице оказалось светлее, чем думала Александра. Онавыскочила первой и, пропустив девиц, навалилась на дверь, как будто за нимигнался людоед. Маша быстро и точно, с одного попадания, вставила ключ, замокповернулся, закрываясь, и они стремглав помчались по дорожке, огибающей дом,прямо к спасительной машине…

Наблюдатель был не слишком добросовестным. Кроме того, емупочти сразу надоело слоняться вокруг явно пустого дома, в который никто и несобирался приезжать. Он замерз, промочил ноги и мечтал не то чтобы согреться, ахотя бы покурить и переобуться. В машине у него были сигареты и сухие носки, ион с легким сердцем решил, что ничего не случится, если он на десять минутотойдет от этого проклятого дома.

— Ты чего?! — вытаращил глаза его напарник, когда он дернулзапертую дверь машины. Легко ему таращиться, когда он целый день продремал втеплом и сухом салоне, слушая кассету, на которой квакали грудастые девчонки,уверенные, что они поют.

— Носки переодеть, — мрачно сказал наблюдатель. — Заболею, кфигам…

Он вернулся к дому не через десять минут, а черездвенадцать. «Вот козлы, — вяло сердился он на своих нанимателей. — Заказалипустой дом сторожить. Однозначно, козлы, блин…»

И вдруг краем глаза он неожиданно уловил какое-то движениена безмолвном участке. Совершенно уверенный, что за забор забежала очереднаявыброшенная дачниками собака, он не спеша повернулся и… остолбенел — там кто-тобежал, явно не собака. Это были люди, довольно много, — с перепугу он сразу неуглядел, сколько именно. Они удалялись от него к другой стороне участка, а ондаже не представлял, что ему делать.

Он был недобросовестный, не слишком умный и слишком молодойнаблюдатель. Конечно, из его головы моментально вылетели все инструкции,которые ему давали, отправляя «на точку». Да он их почти и не слушал. Только,думал, что все вокруг козлы…

Он еще раз растерянно посмотрел на людей с другой сторонызабора, трясущейся от волнения рукой дернул «молнию» куртки и достал из-запояса пистолет.

Никаких звуков Александра не услышала. Она просто бежала помокрой садовой дорожке, зная, что спасение уже близко. Сквозь неплотные доскизабора виднелся красный блестящий бок верной «Хонды». Что-то неожиданно исильно дернуло ее за сумку. Не останавливаясь, она рванула ее на себя, и вдругпрямо перед носом увидела, как на мокром гравии дорожки появилась маленькаяпродолговатая ямка, потом вторая, потом еще одна…

— Пригнитесь! — не своим голосом закричала Лада. Или этобыла Маша?

В нас стреляют, поняла Александра, — совсем как в кино пробандитов. Вот до чего дошло.

Очень уж все обыденно. Тысячу раз видано и слышано — сэкрана, конечно. Она даже не испугалась.

Калитка распахнулась и закрылась, с силой бабахнулопружиной. Александра рванула переднюю дверь «Хонды» и услышала, как с другойстороны участка, визжа тормозами, к забору подлетела машина. Едва она, головойвперед, воткнулась в сиденье. Лада рванула с места. «Хонда» взревела, из-подбешено крутящихся колес полетела грязь. Александра оказалась наконец в сидячемположении, и желтый забор Ваниного дома стал стремительно удаляться в боковыхзеркалах.