Побег из тропического рая - Мария Жукова-Гладкова

– О, наша иностранная красавица! Разрешите приложиться к ручке! – Роман Разночинный попытался изобразить что-то типа поклона и чуть не упал. – Бонни, ты ходила на свидание? Почему не со мной? Бонни, ты знаешь, сколько времени я без женщины? Это очень вредно.

Вася внимательно оглядел меня в свете фонариков и очень серьезно спросил, куда меня черти носили.

– На крышу, – сказала я. – Откуда свалилась Софья.

– В бронежилете?! – заверещал Разночинный.

– Кто в бронежилете? – послышался голос Кирилла, появившегося с четырьмя бутылками рома и Семеном Семеновичем. – У нас все в сборе.

– Бонни, откуда ты взяла бронежилет? – мягким голосом поинтересовался Семен Семенович.

– Привезла с собой, – ответила я.

– А их можно возить? – спросил Кирилл.

– В смысле? – повернулась я к нему.

– Ну, через таможни… за границу… С ними пускают?

– На остров? – вместо меня встряла Анька.

– Это не оружие, – серьезно сказал Вася. – Как раз защита от него. Бонни, это все-таки был выстрел?

Я сообщила собравшимся, что Софья, по всей вероятности, выпила содержимое бутылки «с джинном» и отравилась. А потом кто-то разбил эту бутылку выстрелом, пока я находилась на крыше и держала ее в руках. Похоже, стрелял очень опытный снайпер.

Все как-то разом смолкли. Я попросила народ немного расступиться и сфотографировала Софью, в неловкой позе лежавшую на площадке перед домом.

– То есть ее отравили? – уточнила Клавдия Степановна.

Я пояснила, что налицо все признаки отравления. Софью тошнило на крыше – желающие могут посмотреть, следы есть и на блузе. Цвет и запах рвотных масс свидетельствуют об отравлении. Более того, у нее наблюдалась потеря координации и явное помутнение сознания.

– А зачем она на крышу-то полезла? – спросил Кирилл. – Разбудила бы кого-нибудь, если отравилась. У вас же у всех, как я понял, лекарства с собой есть. И промывание желудка ей быстренько бы сделали…

– Это смотря какой яд… – медленно произнес Семен Семенович. – Промывание и лекарства не всегда помогают. Тут противоядие нужно, и быстро. Да, мы получили урок: не выпускай джинна из бутылки.

– А джинн-то где? – спросила Клавдия Степановна.

– Улетел, – хохотнул Вася, быстро приходивший в себя. – Не успели вы его о зяте попросить! Он, может, как раз за зятем полетел. Скоро вернется и принесет его сюда.

Я посмотрела на Клавдию Степановну и спросила, где ее соседка, бабка-огородница. Оказалось, что Варвара Ивановна спокойно храпит у себя на матрасе. Ее никакими выстрелами, боем стекла и криками не разбудишь. Вот нервная система железная! Или это глухота? Китаец тоже не появился. Или не слышал, или не хотел с нами связываться.

– А чего Софью на крышу понесло? – опять спросил Кирилл, которого явно мучил этот вопрос.

– Джинна выпускать, тебе же объяснили, – захохотал Вася. – Небось хотела попросить, чтобы ее рекламщик на ней наконец женился. Ой, блин! Как некстати балерину-то прикончили! Она же – баба владельца острова. Нас-то ведь отсюда погнать могут, а я и не отдохнул как следует. Я еще как минимум неделю хочу покупаться и позагорать.

«Вася, ты – полный кретин, – хотелось сказать мне. – Через неделю здесь может не остаться никого живого!»

– А если в самом деле был джинн или привидение? – робким голосом спросила Клавдия Степановна. – Ведь существуют же они. Многие их видели. Вон Бонни рассказывала про английскую Службу аномальных явлений.

Вася объявил, что может прочитать молитву. Признаться, я удивилась, что он знает хотя бы одну.

– Только не ты! – хором крикнули Клавдия Степановна, Анька и Семен Семенович.

– Почему это? – спросил Вася. У меня тоже возник этот вопрос.

Клавдия Степановна пояснила, что помочь может молитва святого человека, но не бабника, любителя наставлять рога законным мужьям, пьяницы, матерщинника, грубияна и задиры.

«Убийцы и вора», – могла бы добавить я, вспомнив наши прошлые встречи с Васей, но предпочла промолчать. Я была согласна с Клавдией Степановной.

– Вы сами, что ли, святая?! – заорал Вася.

Клавдия Степановна ответила, что нет, и предложила разбудить Варвару Ивановну. Она из всей компании для прочтения молитв подходила больше всего.

– Оставьте ее в покое, – сказала я. – Пусть спит.

– А молиться? Будем или нет? – спросил Разночинный.

– Утром, когда Варвара Ивановна проснется, – предложила Анька.

– Тогда мы все спать будем после бессонной ночи, – заявил Вася.

– Я не засну после такого ужаса! – воскликнула Клавдия Степановна.

– И я, – поддакнула Анька.

– А не пора ли нам всем отсюда делать ноги? – спросил Кирилл, обводя нас всех взглядом и остановив его на мне.

Я неопределенно пожала плечами.

– С какой это стати? – спросил Разночинный. – Деньги на проект потрачены. Мне раскрутку бешеную обещали. Нет, я никуда отсюда не поеду.

– Вы – идиоты! – вдруг закричала Анька. – Вы что, еще не поняли? Это же игра на вылет! Вас убирают по одному, чтобы остался победитель. Да, победитель получит приз, но один!

– Не понял, – сказал Вася.

Семен Семенович предложил всем выпить и пустил бутылку рома по кругу. Я отказалась. Все остальные отхлебнули.

– Давайте обсудим сложившуюся ситуацию, но только не над трупом, – разумно предложил Кирилл.

– Кстати, а с Софьей что делать будем? – спросила Клавдия Степановна и посмотрела на меня.

Я предложила отнести тело в бассейн. Раз организаторы забрали Алену, то заберут и Софью. И даже если не заберут, она не будет лежать перед входом в дом. В бассейне же никто из нас больше купаться не собирался.

Софью относили Кирилл с Семеном Семеновичем. Роман пошел разводить костер, чтобы мы все вокруг него устроились. Фонарики все-таки следовало поберечь – запасных батареек организаторы не предоставили. У меня они, правда, имелись, но только для моего собственного фонарика, привезенного из дома, и я не собиралась сообщать об этом остальным.

Вася сходил за армейскими сухарями для закуски, а мы с Анькой поднялись, чтобы осмотреть комнату Софьи. Там был бардак, но, вероятно, ее собственный, и еще три пустые бутылки из-под рома. Сказать, когда именно она их выпила, было невозможно. Мы также заглянули к Варваре Ивановне. Бабка-огородница спала сном младенца, только храпела как пьяный извозчик. То-то родственники ее ранней весной на дачу выгоняют и жить вместе с ней не хотят.

Наконец компания собралась у костра. Это были я с Анькой, Клавдия Степановна, Вася, певец Роман Разночинный, бомж Кирилл и бывший зэк Семен Семенович.

Роман посмотрел на Аньку и попросил объяснить, почему она решила, что всех участников игры убьют. По его мнению, смерть всех умерших можно было объяснить. Алена была пьяна, подвернула ногу и рухнула в бассейн. Рядом не было никого, чтобы оказать ей помощь, и она захлебнулась.