Этрусское зеркало - Наталья Солнцева

Он молча смотрел, как она надевает на свои красивые ноги босоножки из множества кожаных ремешков.

До Медведкова они добирались в полном молчании. Алиса подчеркнуто старалась не встречаться с Глебом глазами. У подъезда она уклонилась от поцелуя, кивнула ему на прощание и скрылась за дверью.

Весь следующий день Глеб ждал звонка от нее, но Алиса так и не позвонила. Он тоже решил не звонить. К вечеру, ненавидя и презирая себя, Глеб отправился к модельному агентству. Если Алиса там, он хотя бы проводит ее - издалека, не приближаясь, - убедится, что с ней все в порядке.

Он облюбовал для себя местечко в проходе между домами, где по вечерам лежала густая, плотная тень. Отсюда прекрасно были видны двери агентства. Глеб приготовился терпеливо ждать, но Алиса вышла подозрительно рано - и не одна, а с мужчиной. Они сели в темную иномарку и укатили.

Глеб, не раздумывая, бросился ловить такси. Хорошо, что он взял с собой деньги - будет чем заплатить водителю. Ему повезло. Первая же машина приветливо распахнула дверцу: круглолицый улыбчивый паренек-шофер согласился ехать вслед за иномаркой.

- Там моя девушка, - задыхаясь от волнения, выпалил Глеб.

- Понял, братан, - кивнул водитель. - Догоним.

Они легко нашли иномарку в потоке автомобилей.

- «Рено», - усмехнулся паренек. - Не бойся, не уйдет!

Через сорок минут они поняли, что иномарка направляется к выезду из города.

- На Ярославку шурует, - обернулся водитель, блеснул в темноте зубами. - Поедем за ним?

- Если денег не хватит, заедем потом ко мне, я доплачу, - умоляюще сказал Глеб.

- Ладно, - кивнул паренек. - Хочешь посмотреть, с кем она? Дело святое… Как зовут девушку?

- Алиса…

- Красивое имя.

Паренек замолчал, стараясь в темноте не упустить «Рено». Они мчались по загородному шоссе. Встречные автомобили слепили фарами. Глеб так разволновался, что не мог толком следить за дорожными указателями - глаза застилала мутная пелена. Таксист сворачивал, чертыхался, ворчал недовольно себе под нос, но не отставал от «Рено»: его захватил азарт погони.

Наконец он сбавил скорость, обернулся.

- Дорога почти пустая, теперь близко держаться нельзя - заметят. Придется приотстать, - объяснил Глебу водитель. - Куда они, не знаешь?

Глеб, сцепив зубы, помотал головой.

- Это хуже, - вздохнул таксист. - Но ничего, попробуем не упустить. Улицы темные, хоть глаз коли…

Глебу захотелось спросить, где они, но он не смог - челюсти свело намертво. Неужели Алиса… Нет! Ему казалось, что он спит и видит страшный сон, который вот-вот кончится. Зачем Алиса приехала сюда?

Такси остановилось.

- Выходи, - сказал шофер. - Дальше ехать нельзя. Мне пойти с тобой?

Глеб, как пьяный, вышел из машины, ничего не соображая. Ревность, жгучее сожаление и боль затопили его, оглушили и ослепили. Он пошатнулся, но устоял на ногах.

- Эй, ты обкурился, что ли, братан? - глухо, издалека донесся до него голос таксиста. - Осторожнее там…

Глеб оттолкнул руку паренька и побрел вперед.

Остальное происходило для него в тумане тяжкого, непереносимого отчаяния. Кто-то невидимый вел его по темной, заросшей кустами улочке, нашел удобное для наблюдения место… сам Глеб этого не смог бы. Он потом почти ничего не вспомнил, кроме «Рено» с двумя красными огоньками сзади, вышедшей из него Алисы и подавшего ей руку… чудовища. Великан в этот раз принял другое обличье - нелепое и оттого еще более ужасное. Что за шутовской наряд? Что за трущобы вместо волшебного дворца?

У Глеба помутилось в голове…

- Братан… братан…

Последнее, что он увидел, - склоненное над ним лицо таксиста с оттопыренными ушами.

«Почему у тебя такие уши?» - хотел спросить Глеб, как в сказке про Красную Шапочку, но не успел - провалился в спасительную бархатную черноту…