Связной из Багдада - Чингиз Абдуллаев

Они прошли в другую комнату, где их встретил посол ЕеВеличества вместе с переводчиком и военным атташе, вызванным для беседы сгенералом Решетиловым. Мужчины уселись в кресла, переводчик, женщина леттридцати пяти, устроилась рядом с послом, который неплохо понимал русский язык,но решил, что для такой ответственной встречи лучше воспользоваться услугамипрофессионала.

Решетилов коротко изложил суть проблемы. Он старался ничегоне скрывать и рассказал обо всем. Как в хранилище на северо-востоке Казахстанапроникли чужие, как похитили бочки, как перевезли их в Новосибирск, перегрузилив другие контейнеры и вывезли в Москву. Во время его рассказа лицо посла ничегоне выражало. Но было ясно, что все это его чрезвычайно взволновало. Он даже немог себе представить всю опасность того, что может произойти. Наконец Решетиловсообщил, что в ходе долгой проверки им удалось выйти на человека, который,возможно, является пособником террористов. И этот человек – сотрудникбританского посольства Десмонд Абрахамс.

– Мы хотели бы его допросить, – прямо заявил он ивыждал, когда переводчица донесет его слова до посла и его военного атташе.

Когда она наконец закончила говорить, посол мрачно покачалголовой, сразу давая отрицательный ответ.

– Вы не можете его допросить, господа. Не забывайте,что он дипломат и находится под защитой своего статуса. И пока мы не дадимсогласие на его экстрадицию, он не может быть ни арестован, ни подвергнутдопросу. Надеюсь, вы соблюдаете законы собственной страны…

– Господин посол, – очень невежливо перебил егоРешетилов, – мне кажется, вы не поняли, о чем и о ком идет речь. Если мыправы, то эта «бомба» может уничтожить все живое в радиусе нескольких миль. Илиэтого вам недостаточно?

Посол повернулся к военному атташе, и они о чем-то тихопереговорили. Гости терпеливо ждали.

– Послушайте, господин посол, – не выдержалнаконец Дронго, – никто не собирается арестовывать вашего сотрудника илинемедленно его изгонять, объявляя персоной нон грата. Но мы должны с нимпоговорить, чтобы понять, как могла возникнуть такая ситуация. И у нас нетвремени на дипломатический этикет. Вы просто обязаны помочь нам встретиться свашим дипломатом.

Он говорил по-английски, и посол понимал его безпереводчика. Когда Дронго закончил, посол еще раз глянул на военного атташе иприказал привести Абрахамса в гостиную. В наступившей тишине было слышно лишьпрерывистое дыхание остальных мужчин.

– Вы послали сообщение в МАГАТЭ? – поинтересовалсяпосол.

– Обязательно пошлем, – пообещал Решетилов, –но сначала мы должны знать, где находятся эти контейнеры. И почему вашсотрудник помогал им.

– Это еще не доказано, – возразил посол.

– У нас нет времени на формальности, – призналсяРешетилов. – Возможно, мы вообще уже опоздали. Но пока у нас есть шанс всеостановить, мы пытаемся его использовать.

Через несколько минут военный атташе снова появился вгостиной. Он вошел в сопровождении мужчины средних лет, одетого в штатское.Самое удивительное, что дипломат Абрахамс оказался темнокожим. Его предки,очевидно, были выходцами из какой-нибудь английской колонии, и он совсем непоходил на тех спесивых и хладнокровных англичан, ярким представителем которыхбыл сам посол. Войдя в комнату, Абрахамс сделал несколько шагов по направлениюк послу и замер в ожидании его распоряжений.

Военный атташе вернулся на свое место. Решетилов смотрел настоящего перед ним дипломата, и было заметно, что он волнуется. Коробовнервничал не меньше. Когда Абрахамс вошел, посол поднялся. Следом за нимподнялись и все остальные.

– Мистер Абрахамс, – холодно начал посол, – кнам приехали представители российской службы безопасности. Они утверждают, чтовы были связаны с местным криминалом.

Дипломат молчал. Цвет его кожи не выдавал заметноговолнения, но на висках появились капельки пота. В английской дипломатическойслужбе не принято перебивать послов, когда они обращаются к своим сотрудникам.Поэтому Абрахамс стоял, вытянувшись перед послом, и выслушивал его слова.

– Вы знали человека по имени Аркадий Сургутский? –спросил его посол.

Абрахамс отвел глаза. Даже если бы он ничего больше несказал, стало понятно, что ему неприятен этот вопрос.

– Вы можете ответить? – ледяным тоном переспросилпосол.

– Я не знаю такого человека, сэр, – заявилАбрахамс.

– У нас есть расшифровки разговоров Сургутского смистером Абрахамсом, – неожиданно сказал по-английски Решетилов.

Дронго изумленно посмотрел на генерала. Он не знал, что тотвладеет английским. Кажется, он совсем недооценил Юрия Васильевича.

Коробов достал отпечатанные на компьютере листы, протянул ихпослу. Но вместо него их взял военный атташе и стал просматривать, пока посолмолча глядел на всех остальных.

– У вас есть вразумительные объяснения этому, мистерАбрахамс? – ледяным тоном осведомился посол.

Абрахамс облизал полные губы, но не сказал ни слова.

– Этот человек знает о перевозке контейнеров вМоскву, – не выдержал Решетилов. – В любую секунду они могут бытьпущены в дело.

– Мистер Абрахамс, – терпеливо произнеспосол, – мы ждем ваших объяснений.

Дипломат молчал.

– Он координировал весь путь от Новосибирска доМосквы, – уверенно заявил Решетилов. – Нам нужно знать, где сейчаснаходятся эти контейнеры. Господин посол, вы должны нас понять. В Москве живетболее десяти миллионов человек. И среди них несколько тысяч вашихсоотечественников. И ваша семья, господин посол, тоже находится в Москве. Есличто-нибудь произойдет… мы не сможем никого спасти…

Посол не изменился в лице. Воспитанный в английскихтрадициях, он не запаниковал, не засуетился. Вместо этого снова посмотрел насвоего сотрудника.

– Послушайте меня, мистер Абрахамс, – холоднопроговорил посол, – я не знаю, с кем вы связаны и почему решились на такойбезумный шаг. Возможно, тут какая-то ошибка, и тогда я первым принесу вам моиизвинения. Поэтому я не буду вас больше ни о чем спрашивать. Сегодня ночью выбудете разговаривать с другими людьми. Но я хочу получить ответ только на одинвопрос. Как вы могли пойти на такое? Ведь у вас двое детей, проживающих вместес вами в Москве. Вы о них подумали? Или вам все равно, что с ними будет? И кудая должен теперь выслать мою семью? И семьи наших дипломатов?

Абрахамс тяжело дышал. Он уже понял, что ему придетсяотвечать за содеянное.

– Вы не хотите говорить? – спросил посол.

– Взрыва в Москве не будет, – неожиданно сообщилАбрахамс. – Этому городу ничего не грозит. И вашей семье тоже ничего негрозит.

Все присутствующие переглянулись. Это был абсолютно новыйповорот в их трагических поисках.