Альбом страсти Пикассо - Ольга Тарасевич

Следователю было что рассказывать. Арестованный по подозрению в убийстве Вячеслав Самойлов показания давал охотно.

Он признался, что общался с убитой девушкой, следил за ней, переписывался по электронной почте.

– Вся эта история началась более полугода назад, – рассказывал Седов, с аппетитом поглощая щи, – когда в таунхаусе, где жили Вадим Липин и его сестра, случились проблемы с крышей. Слушай, мать, а ведь похоже, цена на это элитное жилье не всегда соответствует качеству! Я-то ворчу, что моя «панелька» рассыпается, а и в дорогих домах такая же засада. Скоро после переезда и с крышей таунхауса возникли непонятки, и стеклопакеты чуть ли не вываливались. Наверное, Вадим просек: ругаться никакого смысла нет. Одни идиоты с кривыми руками наворотили дел, им на смену придут такие же идиоты, которые по природе своей качественно только одно умеют делать – за воротник закладывать. Лучше уж заплатить и забыть. Тем более, у Липина же куча знакомых в строительной сфере. Он вызвал одного из прорабов, с которым всегда работает на своих объектах, тот посмотрел, что надо исправить, и пригласил соответствующих специалистов. Так Самойлов оказался в доме Липиных. Вадим подгадал ремонт под каникулы сестры и сплавил ее куда-то на недельную экскурсию, по Золотому кольцу, что ли. Сам в офисе решил перекантоваться – у него там, надо думать, и душ, и комната отдыха с диваном, в общем, хорошо устроилась наша творческая элита. Не знаю уж, как там Липин обеспечивал сохранность своего имущества в квартире. Может, ценное все увез-закрыл. Но вот Самойлов утверждает, что наткнулся на дневник Татьяны. Говорит, нигде он там не шарил, просто лежали себе на столе листки, он их убрал – стол надо было от окна переставлять. Заглянул краем глаза, и… Девчонка писала, что у нее есть уникальная ценная вещь – альбом Пикассо. Я уверен – Самойлов слегка подвирает. Ну кто, уезжая, оставляет дневник на видном месте?! Не сомневаюсь: Таня убрала свои записи в стол, да еще и на ключ ящик закрыла. А вот мерзкий строитель ящик-то вскрыл, дневник прочитал, из него и узнал про альбом Пикассо.

– Подожди, того самого Пикассо? Знаменитого художника? – уточнила Лика, округляя глаза. – Не может быть…

– Может или не может – этого мы пока не знаем. Альбом так и не обнаружен, экспертиза не проводилась… Но Самойлов был уверен – альбом настоящий, в нем – куча графических рисунков именно Пикассо. Конечно, вещь уникальная, цена огромная. А у Самойлова, как ни странно, имеется достаточно контактов среди людей искусства. Он работал на реставрации многих храмов, выполнял ремонт в очень крупных музеях. Знаешь, строители, в принципе, это такие люди… Они мобильны, работают в разных местах, знают, кто где живет, у кого какие ценности в доме имеются… А Самойлов – по натуре своей в принципе жуликоватый, хотя и осторожный; и если можно получить выгоду и не получить проблем в связи с получением этой самой выгоды – он уж своего не упустит. Короче, он явно подрабатывал как наводчик. Вот нутром чую – сливал он информацию обо всяких предметах искусства. Но в этом случае, похоже, одной информацией дело не обошлось. Самойлову пришлось самому заниматься поисками альбома. Это было непростым делом.

– Почему? Татьяна хорошо спрятала свой артефакт? – поинтересовалась Лика и вдруг всплеснула руками. – Ой, Володька, я же хлеб не предложила. А ты уже весь ужин съел.

Седов улыбнулся:

– Ты можешь предложить мне и хлеба, и добавки заодно. Или лучше оставить немного еды мужу? Придет Андрей – а тут у тебя пустые кастрюли и сковородки.

– Он звонил, у него встреча в ресторане. С голода не умрет, – Лика плюхнула на тарелку Седова еще одну отбивную, щелкнула кнопкой электрочайника. И собиралась было объяснить, что даже когда Андрей не приходит к ужину, все равно ужасно хочется приготовить что-нибудь вкусненькое; и что если женщина говорит: не люблю готовить – она просто не любит того мужчину, для которого готовит. Вронская собиралась выпалить все это – но прикусила язык. Все-таки подобные мысли – очень личное, и теперь совсем не время для таких откровений…

Она слушала рассказ Седова и словно начинала видеть фильм с Татьяной Липиной в главной роли.

Какая жуткая трагедия – потерять и мать, и отца; причем даже не из-за аварии, а в результате ужасного жуткого жестокого преступления…

Вот Татьяна остается без родителей, и Вадим вынужден быстро взрослеть, отказываться от каких-то развлечений, чтобы присматривать за сестрой. Постепенно он сам не замечает, как начинает излишне опекать девушку. Да, он обеспечивает все потребности сестры еще до того, как они возникнут. Но Таня вынуждена вести необычный образ жизни, рядом с ней, несмотря на ее более чем самостоятельный возраст, все время находится гувернантка…

Ремонт в доме Липина закончен. И познакомиться с Таней Самойлов просто не может, так как ее все время сопровождает молодая женщина, которая, как сторожевой пес, постоянно пресекает даже мимолетный флирт со своей подопечной.

В своих записях, которые прочитал кровельщик, Таня писала о том, что хочет продать альбом Пикассо и сбежать от брата. И тогда Самойлов понимает: не только он не может обсудить с Таней сделку, у девушки тоже не имеется возможности найти покупателя.

Они пересекаются в Интернете…

– Самойлов говорит, что у него изначально не было намерения покупать альбом. Он хотел его украсть. Татьяна предложила ему встретиться на вечеринке, так как она редко когда оказывается без своей строгой сопровождающей, а уж от брата на пьянке-гулянке как-нибудь отвяжется. Видимо, Самойлов, уже имеющий представление о размахе вечеринок в загородных домах, заранее предположил – будет обслуживающий персонал, в число которого можно попасть. Они договорились встретиться и обменяться ключами от банковских ячеек. Таня собиралась оставить там альбом, но не сделала этого. Хотя ключ от ячейки захватила с собой, и он был изъят при обыске у Самойлова. Где сейчас находится альбом Пикассо (если он вообще существует) – оперативно-следственная группа пока не установила. Самойлов на вечеринке в вашем доме незаметно вытащил ключ от банковской ячейки из сумки девушки. По его словам, необходимость во встрече отпала. Он собирался сбежать, но случайно угодил в погреб.

– То есть в совершении убийства он не признается?

– Нет. А ведь на ноже обнаружены его отпечатки. Нечеткие, но именно его. В причастности к попытке кражи он тоже не признается. Хотя там уже задержали подозреваемого, который знаком с Самойловым. Знаешь, меня бы признание в совершении убийства со стороны Самойлова удивило. Очень удивило бы!

– Почему?

– Этот мужик не похож на убийцу. По крайней мере, на тех отморозков, с которыми мне приходилось по долгу службы пересекаться. Самойлов слишком умен для убийства. Он, кстати, и специалист в своем кровельном деле хороший, зарабатывает много. Украсть, обмануть, схитрить – вот это в его стиле. Но мокруха… убивать девочку, чтобы ключ забрать… Это тот случай, когда, как говорил Остап Бендер, есть сто пятьдесят относительно честных способов отъема денег… А если допустить, что Самойлов не убивал, что его пытаются подставить, – то картинка тоже распадается, альбом он так и не нашел. Я было предположил, что Таня взяла его с собой, и на вечеринке ценность кто-то украл, и дальше уже закрутилось что-то непонятное. Но потом Загуляев принес мне из комнаты для вещдоков сумочку Липиной. Туда не то что альбом не влезет – расческа не поместится…