В самое сердце - Татьяна Полякова

— То есть вполне вероятно, что Кудрявцев был убит? — спросила я.

— Вполне. И сделал это действительно Шапкин. По собственной инициативе или с подачи Зиновьева. Но Нина точно в этом не участвовала, иначе ее претензии к отцу начисто лишены смысла. После ссоры со свекровью, которая обвинила их семейство в убийстве сына, Нина едет к отцу выяснять отношения. И в тот же вечер исчезает. Возможно, Зиновьев подозревал Шапкина, однако, если наша бабка ничего не путает, а я уверен, что это так, Зиновьев с Шапкиным встречались. Тот приезжал к нему в Мальцево. Вопрос — зачем? Если он избавился от Нины как от опасного свидетеля, скорее всего, к старику явился с угрозами — чтобы сидел тихо и ментов не беспокоил.

— По-моему, вполне логично, — подал голос Димка.

— Логично, — кивнул Вадим. — А что, если Шапкин к исчезновению Нины непричастен? Напротив, пытался ее найти и с этой целью приезжал к старику?

Димка пожал плечами, я сказала:

— Первая версия кажется более вероятной. Шапкин решил спасти любимую женщину от негодяя мужа и, будучи бандитом, метод выбрал самый бандитский — убийство. Но ничего от этого не выгадал. Нина оплакивает мужа и обвиняет в его смерти своего отца. Могла и Шапкину пригрозить полицией. Зиновьев позвонил ему после разговора с дочерью, и Шапкин рванул в Мальцево, перехватил Нину, они поссорились, и он ее убил.

— Никаких звонков в тот вечер не было. Менты Шапкина проверили. После ее исчезновения обратили внимание на дружбу с бандитом, а учитывая недавнюю смерть мужа… В общем, он стал подозреваемым номер один.

— И? — спросила я.

— У парня алиби. Конечно, об алиби он мог позаботиться, но… В эту версию не вписывается наш вчерашний приятель, который висел у нас на хвосте. Допустим, Шапкин убил Нину и через три года погиб сам. Тема, как говорится, закрыта. Кого в этом случае заинтересует старая история и те, кто пытается в ней разобраться? А вот если Шапкин не виноват в гибели Нины и сделал это кто-то другой…

— Тогда наше вмешательство весьма некстати, — кивнул Димка. — Что будем делать?

— Наведаюсь к господину Трегубову и узнаю, чем ему вчера так приглянулась моя тачка.

— Может, для начала понаблюдать за ним?

— Иногда проще спросить, — усмехнулся Вадим. — Отправлюсь прямо сейчас.

— Я с тобой, — сказала я, памятуя наставления Джокера следить за тем, чтобы Воин не особо увлекался. Такое за ним, к сожалению, водилось. Димка едва заметно кивнул.

— Всегда рад твоей компании, милая, — хмыкнул Вадим и направился к двери. — Чего это Поэт смурной? — спросил он, когда мы садились в машину. — Ревнует?

— Не лезь не в свое дело, ладно? — вежливо попросила я.

Волошин вновь хмыкнул, однако замолчал.

Застать Трегубова в такое время дома было маловероятно, и мы поехали к нему на работу. Магазин запчастей находился в промзоне, в бывшем заводском корпусе, первый этаж которого сдавали в аренду.

Мы вошли в небольшое помещение, за прилавком мужчина в клетчатой рубашке сверял что-то по компьютеру. Я его сразу узнала, а он узнал нас. И наш визит ему не понравился. В первый момент он улыбнулся, надеясь обрести покупателей, но выражение лица начало стремительно меняться: испуг, растерянность, а потом и легкая паника. Трегубов попятился, должно быть, рассчитывая скрыться в подсобке, но Воин куда раньше оказался возле прилавка, сгреб Трегубова за шиворот и ткнул лицом в деревянную столешницу.

— Ты что, спятил?! — взвизгнул Матвей Сергеевич.

На его вопль из подсобки появились двое мужчин помоложе и в некотором недоумении уставились на Вадима, теряясь в догадках, что происходит.

— Давайте-ка поспокойнее, — предупредил Вадим. — Не то я ему шею сверну.

— Отпусти его, — сказал один из мужчин. — Иначе полицию вызовем.

— Я бы не торопился… — Воин наклонился к Трегубову и спросил: — Полицию вызывать? Или сами разберемся?

— Сами, — прохрипел Матвей Сергеевич.

— Ну вот и отлично.

Воин отпустил его, тот выпрямился и помассировал шею. Страх его оставил. Я чувствовала лишь беспокойство и досаду. Мужчины рядом продолжали гадать, что происходит. Клиент слегка спятил и пришел качать права? Мое присутствие сбивало с толку — качать права вместе с девушкой обычно не ходят.

— Поговорим? — предложил Вадим. — На всякий случай: если решишь удрать, найду я тебя довольно быстро, но в следующий раз для начала ноги сломаю.

— Да пошел ты… — пробормотал Трегубов и направился к выходу. Мы за ним. Мужчины, переглянувшись, остались в магазине.

Оказавшись на улице, Трегубов повернулся и спросил:

— Куда?

— В машине поговорим, — Вадим кивком указал на свой джип.

Мы сели в машину — я впереди, они сзади.

— Ну? — поворачиваясь к Трегубову, произнес Вадим.

— Что «ну»? — проворчал тот.

— Рассказывай, какая у тебя в нас нужда?

— Никакой.

— И за нами ты просто так катался?

— Вас девчонка наняла, да?

— Предположим. Только вопросы здесь буду задавать я, — пророкотал Воин. — Ты Вику имеешь в виду?

— Вику, — проворчал Трегубов.

— Продолжай, продолжай.

— Она наследство получила, получит… Дед у нее умер. У него с деньгами был порядок.

— И что тебе за дело до ее наследства?

— Мне ее отец должен. Между прочим, триста штук. А за эти годы знаешь сколько процентов набежало? Уже под миллион. Почему бы девчонке мне его не отдать?

— Ты с ней на эту тему разговаривал?

— Ну да, вчера.

— И что ответила Вика?

— Спросила, есть ли расписка.

— Она есть?

— Нет, — зло ответил он. — Но ее мамаша прекрасно о долге знала. И девчонка тоже наверняка знает, просто прикидывается.

— Выходит, ты был знаком с ее отцом?

— Ага. Повезло в жизни. На самом деле он был нормальным парнем, — помедлив, продолжил Трегубов куда спокойнее. — Мы с детства дружили, помогали друг другу. А потом он стал играть — и все… Другой человек. Наделал долгов, ко мне явился, просил помочь. Сказал, убьют его, если деньги не отдаст. Ну, я дал, конечно. Куда деваться? Хотя и подозревал: плакали мои денежки. Так и вышло. Все завтраками кормил. Потом я узнал, он у кого только не занимал. Дураки вроде меня давали. А потом и вовсе удавился. Я с Ниной пробовал поговорить… После похорон. Но денег у нее не было. Папаша помогать отказался, да и в таком состоянии она была… Короче, простился я со своими денежками. А теперь узнал, что старик умер. У него один дом в Мальцеве стоит целое состояние. Зачем он Вике? Ясное дело, будет продавать. Почему бы не отдать долг старому другу, который отца выручил, а сейчас и сам находится в трудном положении? С бизнесом в стране беда, народ на глазах нищает, налогами давят… В общем, мне бы эти деньги очень пригодились.