Талисман Михаила Булгакова - Ольга Тарасевич

– Наверное, вы не женаты, – резюмировала Наталия свои размышления. – И вряд ли у вас есть дети.

Олег, улыбаясь, развел руками:

– Наталия, вы просто созданы для детективной работы! Все в точку, месяц как развелся! Жене надоело, что меня часто нет дома. А я устал объяснять, что в каждой профессии есть своя специфика и ненормированный рабочий день – это особенность работы частного детектива… Место моей помощницы по-прежнему вакантно, и если вы только захотите его занять, я буду счастлив, и…

– Я не захочу его занять, – Наталия отставила пустую чашку и улыбнулась. – И вы будете несчастны. Я бы лично не связывала свое счастье-несчастье с выбором другого человека. Но это дело вкуса. Кстати, о вкусе – по некоторым позициям он у вас очень даже ничего. Спасибо, чай был замечательный.

– Но почему?! Почему вы отказываетесь? Я уверен, что ваши доходы бы увеличились!

– Деньги – это важно, но это не главное. Конечно, если бы речь шла о выживании, пришлось бы что-то решать. Но так вопрос не стоит. И я безумно люблю свою профессию.

Наталия собиралась уже выпалить, что работа судебного медика – это не грязное копание в трупах, как думают обыватели, а, прежде всего, любопытное аналитически-интеллектуальное противостояние преступнику; и еще колоссальная ответственность. Заметит эксперт легкий след от инъекции на руке человека, якобы сбитого машиной, – и следствие пойдет по одному пути, не заметит – и все будет совсем иначе. Подобная нагрузка – это как постоянное балансирование на краю пропасти: и страшно, и адреналин зашкаливает. С такой работой больше ничто не сравнится, замену найти сложно. Да, судебная медицина принимает не всех. Порой, оказавшись в морге, врачи понимают, что не хотят изо дня в день соприкасаться со смертью. Но если только получается осознать, что через эту смерть на самом деле спасается много жизней, то искать другое занятие уже просто никакого желания не возникает.

Наталия собиралась озвучить все эти аргументы, но, наверное, по ее лицу было понятно: переубедить не получится. Поэтому Олег не стал тратить время на продолжение бесполезной дискуссии. Вздохнув, он отодвинул пустую чашку, включил компьютер и открыл базу МВД.

– Итак, некий Иван Павлович Воскресенский… Написавший монографию о талисманах Михаила Булгакова… А в общем и целом, похоже, на этого человека у нас ничего нет. Не судился, не привлекался, даже свидетелем по уголовным делам не проходил. Ого! – На лице Олега появилось разочарованное выражение. – С две тысячи десятого года постоянно проживает на территории Германии, в связи с чем поставил в известность свой ЖЭК и доверил племяннице проживать в своей квартире, расположенной на улице Клары Цеткин… Так, но если он живет в Германии – это еще не алиби. Ему ведь никто не мешает приехать в Россию. У меня есть одна замечательная интерполовская программка, позволяющая отслеживать въезд-выезд любого гражданина на территорию нашей страны. Итак, вводим: «Воскресенский Иван Павлович». И… обломись, моя малина… Увы, никаких данных о въезде в Россию в ближайшее время.

– Так вот почему Денис не видел лица этого ученого… – задумчиво протянула Наталия, любуясь ухоженным цветником прямо под окнами кабинета Олега. Видно было, что розы высаживал человек, прекрасно разбирающийся в оттенках сортов, поэтому нарастание интенсивности окраски шло постепенно, от бледно-розовой слева до интенсивно-бордовой справа. Такие переходы создавали впечатление катящейся волны роз. – Экстрасенсы мне рассказывали, что расстояние для них якобы не играет никакой роли, что они, настроившись, могут увидеть и человека в соседнем доме, и того, кто на другом континенте. С Денисом, похоже, все не так.

– А кто это – Денис? Он настоящий экстрасенс? – Олег вопросительно поднял брови. – Вы ничего о нем не рассказывали. Я решил, что вы сами эту фамилию, которую мы проверяли, из списка выбрали. И я бы ее выбрал. В конце концов, это один-единственный чувак из всего списка, кто написал работу о талисманах Булгакова. А у нас тут браслетка, как раз талисман, все сходится.

Наталия с досадой закусила губу.

И ведь хотела же она не говорить ничего Олегу про Дениса!

Хотела не говорить – потому что предвидела вопросы и разъяснения, и опять пришлось бы рассказывать о проекте «Ясновидящие». А этот Олег – по нему видно – он же жуткий материалист, и попробуй еще объясни такому, что есть тонкий мир, и астральные тела, и энергетические потоки…

Слишком много слов.

Слишком мала вероятность быть понятой.

Те, кто уже готов к осознанию таких вещей, сами ищут ответы на подобные вопросы.

Тем, кто еще не готов, что-либо объяснять бесполезно. Они находятся на том уровне развития, откуда нематериальный мир представляется чем-то очень абстрактным. И это не плохо и не хорошо: каждому – свое и всему – свое время. Но просто разговаривать на такие темы лучше с людьми, которые сами настроены на эту волну, иначе просто напрасно потеряешь время.

– А я думал, вы мне доверяете! – Олег встал из-за стола, засунул руки в карманы джинсов и нервно заходил по кабинету. – Мне кажется, если вы с кем-то обсуждаете наше расследование, то было бы честно, по крайней мере, поставить меня в известность! Я считал вас своим другом! Вы откровенничаете неизвестно с кем! Это же вопрос элементарной безопасности. Вам дадут по голове – и как мне искать урода, если я понятия не имею, с кем вы мило воркуете о конфиденциальных сведениях!

«Тестостерон, – Наталия слабо улыбнулась, – мужской гормон, из-за которого в таких ситуациях мужики заводятся с пол-оборота. И я догадываюсь, что он дальше скажет. «Весь мир – враги, и друзья тоже оказались врагами, и я всем объявляю войну».

– Я думаю, что скоро познакомлю вас с Денисом. Вот у кого есть потребность помогать в раскрытии преступлений. И парень очень талантлив. Нет, он не может точно увидеть, кто преступник. Но все-таки даже его фрагментарная помощь очень ценна. Это он указал фамилию Воскресенского. И сказал, что этот человек, по его мнению, может быть причастен. Но это не значит, что Воскресенский – действительно убийца или сообщник Власюка. Он мог иметь намерения, но не осуществить их. Или он мог убить человека, но это не имеет никакого отношения к нашему делу; допустим, речь идет о ДТП со смертельным исходом. Просто энергетический фон, энергетический уровень этого человека чем-то отличался от других имен списка. И Денис на это среагировал! Точно так же, приблизительно, он очертил район за Сергиевым Посадом, где может находиться Власюк. Но опять-таки – не факт, что он там сидит и нас дожидается. Возможно, информация была актуальна на момент предсказания. Возможно, Власюк провел в том месте много времени в прошлом, и там остался сильный энергетический след. Если честно, то я сама во всех этих вопросах разбираюсь очень слабо. Просто Денис сказал мне, что он видит район города Сергиева Посада, – вот и все.

– Сергиева Посада? Поселок возле Сергиева Посада! Да там же был дом его матери! Но Власюк его продал!

Наталия пожала плечами. Не перечислить вариантов, которые могут возникнуть в этом плане. У кого-то есть возможность почти задаром построить гараж, однако нет автомобиля – тогда родственники могут якобы продать человеку машину, но продолжать ею пользоваться. Даже простую шенгенскую визу охотнее дают, когда у человека есть какая-то собственность. И мало ли как еще мог сложиться этот пасьянс…