Соблазн для Щелкунчика - Наталья Борохова

Вдова Макарова рассматривала Виолетту так, как рассматривают гадкое ползучее насекомое, которое просто необходимо шлепнуть тапкой.

– Вот что, милая девушка. Я очень занята и не имею возможности посетить ваше богоугодное заведение, да еще в столь ранние часы. Так что передайте мою горячую признательность вашему коллективу и скажите, что я не нуждаюсь в подачках.

Ей не терпелось продолжить водные процедуры, тем более что из ванной доносился плеск воды.

– Что-то я вас не видела раньше в «Кокосе», – вдова внимательнее пригляделась к Виолетте.

– Это и неудивительно, я работаю там всего несколько дней. Но уже слышала о вашем горе.

– И лицо мне ваше как-будто знакомо… – размышляла вслух Макарова. – Какое поразительное сходство…

Виолетта заволновалась. Неужели толстый слой косметики, очки и рыжий парик оказались бессильны перед цепким взглядом милой вдовушки? Неужели она сумела разглядеть в этой примитивной девице бойкую журналистку, бравшую у всех интервью в первый день процесса?

В довершение всех бед дверь в ванную неожиданно распахнулась.

– Киса! Твой котенок хочет бай-бай!

Перед Виолеттой в полном неглиже предстал Иван Пчела, тот самый развязный тип, с которым она когда-то появилась на памятном дне рождения Бергера. Он развел в стороны руки и дурашливо заулыбался.

– Ба! Да к нам пожаловала пресса! Виола, как дела?

Вдова метнула тревожный взгляд в сторону двери, где только что стояла Виолетта. Но девицы и след простыл.

– Ты очень неосторожен, милый! – ласково попеняла вдова. – Если мы хотим быть в безопасности, нам придется какое-то время быть бдительными и соблюдать приличия. Смешно сказать, мне пришли предложить материальную помощь! Мне, которой принадлежит сейчас весь мир!

– Ты права, моя кошечка! Наконец ты богата. Как долго мы этого ждали. Мой бывший босс остался во-от с таким носом! И ты знаешь, мне его совсем не жаль. Ты все рассчитала правильно…

Елизавета была в смятении: «Два плюс один… Хотя почему один? Плюс два. В компании потенциальных убийц пополнение. Хитрюга Самарин, бледно-голубой Гаврилов, а теперь еще и повеса Пчела с безутешной вдовушкой… Кто же из них?»

– Дамы будут еще что-нибудь заказывать? – тощий, как лыжная палка, официант не скрывал своего презрения.

Зачем, скажите, торчать в кабинке почетных гостей ресторана «Кактус», если по всему видно, что денег у этих расфуфыренных метелок кот наплакал? Выдули уже два чайника с китайским лимонником, а толковый заказ так и не сделан. Где уж тут надеяться на чаевые. Хоть бы убрались поскорее…

– Милый, принеси-ка нам кофе, – обратилась к нему девица с внушительными подвесками в ушах.

«Вот зараза! – зло подумал официант. – И серьги у нее, красная цена – пять рублей за ведро».

– Да пошевеливайся, дорогуша! Не стой как вкопанный. Не видишь, мы беседуем?

Кипя от возмущения, официант удалился. Посетительницы заговорщицки зашептались.

– Я уже все узнала, – делилась новостями Елизавета. – Это та самая кабинка, где частенько сиживал наш разлюбезный покойник Макар.

– Вот еще найти бы официанта, который обслуживал его в тот самый вечер, – вздохнула Виолетта. – Даю голову на отсечение, на это уйдет полгода.

Не прошло и пяти минут, как перед девушками появились две чашечки с ароматным кофе. Официант стоял рядом, демонстративно рассматривая потолок.

– Вот ведь горе луковое! – возмутилась Виолетта. – Мы что сюда, по-твоему, есть пришли?

– Я думал, дам замучила жажда, – ехидно заметил официант. – Вы будете заказывать десерт? Могу порекомендовать вам пирожное «Шелковый чулок сеньориты», крем-карамель «Мексиканские страсти» или суфле «Совесть пикадора».

– Дамы на десерт слопали совесть, – засмеялась Лиза. – Звучит почти символично.

– А мне по вкусу… Как его? Дырявый чулок сеньориты. Кстати, что это?

– Бисквит, безе, сливочная карамель, шоколадная стружка, – у официанта не было желания шутить. – Так будут дамы что-нибудь заказывать или нет?

– Да что ты заладил: «дамы, дамы»! Что мы, просто поболтать не можем, не заказывая этот миллион калорий?

Официант демонстрировал откровенную скуку.

– Тогда бы я рекомендовал… м-м-м… молодым леди спуститься в наш бар. Там малолюдно в этот час и довольно уютно. В этой же кабинке, как следует из ее названия, мы обслуживаем только особых гостей.

– Ну и кто эти особые персоны? – лениво поинтересовалась Скороходова.

– Известные бизнесмены, политики, заезжие знаменитости. Если хотите знать, нас посещал даже митрополит.

– Скажите, а Макаров, ваш бывший хозяин, здесь обедал? Прямо в этой кабинке? – вежливо спросила Елизавета.

– Да, именно здесь. При жизни Виталия Александровича было все по-другому. Здесь кушали только достойные люди…

– О-о! Но таких гостей наверняка обслуживал специально вышколенный персонал. Официанты – победители «Золотой вилки»!

– Да это я всех обслуживал! – потерял невозмутимость молодой человек. – Это мне Виталий Александрович доверял. Только мне!

– Так, значит, вы тот, кого мы ищем! – обрадовалась Лиза. – Ну-ка вспомните, что произошло здесь 27 августа прошлого года. Все говорят про какой-то конфликт…

Виолетта только головой покачала. Разве можно так задавать вопросы? Неудивительно, что официант сразу же превратился в мумию.

– Все, что когда-либо происходило в этой кабинке, навсегда останется в тайне…

– Вы не поняли, – горячилась Дубровская. – Я – адвокат по делу Макарова. Я хочу найти заказчиков его убийства. Разве вы не хотели бы помочь?

Виолетта вздыхала. Официант сосредоточенно рассматривал рыбок в аквариуме.

– Это очень важно! Преступники безнаказанно гуляют на свободе. А вы можете пролить свет на это темное дело. Я уверена, был бы жив ваш хозяин, он…

– …сказал бы, – продолжил фразу официант, – «Держи, Василий, язык там, где надо. То есть в заднице!» Он не зря доверял мне. Он знал, что может на меня рассчитывать!

– Но Макар мертв. А вы храните тайны, которые уже никому, кроме меня, не интересны!

– Считайте, как хотите. Но Виталий Александрович не раз говорил мне, что у меня аура чистая. Как слеза ребенка! Так что его секреты я унесу с собой в могилу.

Елизавета замолчала, понимая, что разговор зашел в тупик. Скороходова прокашлялась:

– Послушай-ка, Василий. Аура у тебя действительно светлая, без очков видно. Но как ты считаешь, пятьсот рублей смогут высушить эти слезы?

Официант грозно взглянул на Виолетту. «Все пропало! – уныло подумала Дубровская. – Сейчас он выставит нас вон. Прощай полезная информация! Прощай ценный свидетель! Ну что за необходимость совать всем деньги? Василий – это совершенно другой случай. Здесь нужен тонкий подход».