Странное происшествие в сезон дождей - Виктория Платова

«Оклад $2000 плюс премиальные, на случай, если вы решите передумать. Надеюсь, что нет».

Все дело в пустой черно-белой улице, а не в ней самой: Дарлинг почему-то уверена в этом. Любое другое объяснение выглядело бы банальной пошлостью — в стиле тех романов, которые она изредка читает в метро. Привлекательный мужчина средних лет, не стесненный в средствах и не обремененный семейными обязательствами, положил глаз на юную простушку и решил приблизить к себе… Впрочем, не так уж она юна: почти двадцать семь — солидный возраст. Уже не предательница Пат, но еще и не Джин, которую никому не удалось спасти. Рассказать бы кому-нибудь об этом странном человеке Костасе. Рассказать бы о нем Паоло, но — странное дело — Дарлинг больше не чувствует потребности делиться своими переживаниями ни с Паоло, ни с верной жежешечкой. Эсминцы и линкоры меняют дислокацию. Уходят из территориальных вод. Летчики-камикадзе, усыпанные лепестками сакуры, тоже могут возвращаться домой.

Всем спасибо.

Наверное, правильно бы было закрыть жежешечку именно этой фразой, озадачив не только Паоло, но и последних романтиков Омска, а заодно Томска и Новосибирска. Но тогда начнется игра в вопросы и ответы, понаблюдать за которой соберется некоторое количество праздных зевак. Игра не слишком долгая и призванная подтвердить истину, с которой никто не хочет мириться:

рано или поздно забывают всех.

Чаще — рано, иногда — поздно, если тебе повезло оказаться незаурядной личностью. Плата за незаурядность, как правило, слишком высока. Так было с Джин и с другими — говорили ли они об этом с Паоло? Наверное, нет — иначе бы Дарлинг запомнила.

Чтобы потом благополучно забыть.

…На следующее утро, без трех десять, Дарлинг, сопровождаемая василиском, входит в офис Костаса на Конногвардейском бульваре. Наличие феерического брата несколько примирило Дарлинг с существованием мужа Коко, и она была даже не прочь поболтать с ним в дорожных пробках (о Костасе, о ком же еще!), но из него и слова не вытащишь. «Ага» сопровождает любое ее замечание, «угу» — любое предположение. И лишь припарковавшись, Вассилис позволяет себе вполне самостоятельное: «Удачи».

— Как я выгляжу? — спрашивает Дарлинг.

— Нормально.

— Нормально для человека, который хочет получить работу, или нормально для девушки?

— Просто нормально.

— А сама я нормальная? Как ты думаешь?

— Э-э-э… Какая разница, что я думаю? Разве тебе не все равно?

— Все равно. Но хотелось бы услышать что-то ободряющее.

— Угу. Ты странная.

— Точнее, у меня не все дома?

После секундного колебания Вассилис выдает самый исчерпывающий ответ:

— Угу.

— Так и думала, что ты это скажешь. Ты очень меня поддержал. Спасибо.

Кабинет Костаса, вопреки ожиданиям, вовсе не поражает воображение Дарлинг. Он не так огромен, как принято изображать в долгоиграющих отечественных сериалах. И к тому же совершенно не обжит. Во всяком случае, она не находит ни одной вещи, которая хоть как-то утепляла бы его. Нет ни личных фотографий, ни самых простеньких безделушек, только несколько картин на стенах. Картины заслуживают того, чтобы приглядеться к ним повнимательнее, но Дарлинг совершенно сознательно отводит взгляд и сосредотачивается на добротной кожаной мебели, огромном пустом столе с сиротливо стоящим на нем монитором. И, наконец, на самом Костасе.

А с картинами она разберется потом.

Сегодняшний Костас отличается от вчерашнего только цветом рубашки: на этот раз она бледно-голубая.

— Итак… Дарья. Перейдем к делу сразу?

Нет, для начала можем сходить в зоопарк. Конечно, ничего такого Дарлинг не говорит, две тысячи плюс премиальные из записки выглядят слишком уж соблазнительно. Кабинет финансиста и, по непроверенным сведениям, создателя холдингов разной величины — это не жежешечка, так что никаких вольностей, никаких колкостей, никакого выпендрежа. Молчать и слушать, а лучше — внимать с крайней степенью почтительности.

— Да. Перейдем к делу сразу.

— Вы окончили университет?

— Юридический факультет. Работаю помощником нотариуса.

Звучит омерзительно и навевает скуку. До сих пор Дарлинг не задумывалась, как затрапезное «помощник нотариуса» выглядит со стороны. Как банка с заплесневевшими огурцами, позабытая в холодильнике.

— Не слишком успешная карьера. — Легкая улыбка, взбежавшая на лицо Костаса, кажется Дарлинг иронической. И зачем только было писать записки с тремя нулями? Чтобы затем ткнуть человека носом в его несостоятельность?

— Я не амбициозна. Мне двадцать семь, я всего лишь помощник нотариуса, и я не амбициозна.

— Ну хорошо… Вассилис сказал мне, что у вас отличный английский.

— Мне он сказал, что у меня не все дома. Но английскому это не мешает.

Ну вот, началось!.. Еще утром, едва сунув в рот зубную щетку, Дарлинг дала себе слово не пороть чепухи на собеседовании (утреннюю встречу с Костасом она рассматривала именно как собеседование). Привычка отпускать малопонятные шуточки не раз подводила ее при устройстве на работу: так, сразу после универа было потеряно место юрисконсульта в одной небольшой, но перспективной компании. Стезя адвоката по гражданским делам (о которой страстно мечтала оторванная от реальности мама) тоже оказалась непроходимой. Но что поделать, если любой официоз вводит Дарлинг в ступор и она начинает вести себя не совсем адекватно? Вот и сейчас, когда хлебная должность была уже почти в кармане, одна дурацкая фраза может все испортить. Или не все и есть еще шанс?.. Если в ближайшие пять секунд Костас не укажет ей на дверь, она постарается быть паинькой и больше не лажаться.

— …Вот как? — Костас приподнимает бровь. — Забавно. Что, терпеть не можете собеседования?

— Ненавижу, — честно признается Дарлинг. — Всегда их проваливаю.

— Тогда считайте, что мы разговариваем как друзья.

— Это проблематично, но я постараюсь.

— Обязанности несложные, но круг их достаточно широк. Бронирование гостиниц, бронирование билетов, деловая переписка, подготовка встреч. Мой распорядок полностью ляжет на ваши плечи, и проколов быть не должно. Вы будете сопровождать меня в поездках, так что готовьтесь к частым командировкам. Что еще?

— Вы не спросили, страдаю ли я аэрофобией.

— Да, действительно. Летать придется много. В основном — летать. Надеюсь, с этим у вас все в порядке?

— С этим — да.

— Заграничный паспорт?

— Да.

— Отлично. В ближайшую неделю вам сделают Шенген…

— Шенген? — снова не выдерживает Дарлинг и закатывает глаза. — Не спятить бы!

— Приступать к работе можете уже сегодня. Через полчаса подъедет Ольга, мой бывший помощник. Она любезно согласилась ввести вас в курс дела. Гардероб тоже придется менять согласно дресс-коду. Ольга вас проконсультирует. Если возникнут вопросы…