Подозреваются все - Светлана Алешина

Степан озорно подмигнул мне, проезжая мимо. Через минуту возле меня остановилась машина Виктора, и мы ринулись в погоню. Джип ловко лавировал в плотном потоке машин, но Виктор не упускал его из виду, соблюдая интервал.

Я стащила с себя кофту и юбку – под ними была моя обычная одежда. Только лицо у меня все еще было старушечьим, покрытое толстым слоем тонального крема. Чует мое сердце, неспроста Степан везет куда-то этот баул. Наверняка испугался моего визита и поспешил избавиться от награбленного.

Мы ехали за ним достаточно долго, пока не стало ясно, что джип направляется в аэропорт. Он хочет вывезти деньги за пределы Тарасова! Ничего, мы помешаем ему!

Остановившись на аэропортовской стоянке, Степан вылез из машины и встал возле дверей. Он нервно притоптывал ногой – волновался. Конечно, ведь нечасто приходилось вывозить полную сумку ворованных баксов!

Вскоре к нему подошел высокий мужчина в джинсовой куртке. Они о чем-то переговорили, после чего Степан снял сумку с плеча и передал ее собеседнику. Этот момент Виктор сфотографировал – чтобы потом предъявить как доказательство.

Мужчины пожали друг другу руки и попрощались. Степан сел в машину и уехал. К сожалению, мы не могли проследить за ними обоими, пришлось остановиться на мужчине в джинсовой куртке. Он вошел в здание аэропорта.

– За ним! – сказала я Виктору. Мы обошли здание с другой стороны и зашли в другие двери. Виктор прикрывал меня, я шла с низко опущенной головой, скрывая свое неестественно намазанное лицо. И тут краем глаза я заметила, что наш подозреваемый сел на кресло в зале ожидания, поставив рядом сумку.

Я проскользнула в туалет, оставив Виктора снаружи; мне нужно было умыться. Я с трудом оттерла жирный крем. Мое лицо вновь приобрело свой естественный цвет. Теперь минимум родной косметики – и можно выходить.

– Ну что, Виктор, – сказала я вполголоса, выйдя из дамской комнаты, – возьмем этого голубчика под белы ручки?

Виктор вопросительно посмотрел на меня.

План был таким: мы подходим к мужчине и предъявляем ему свои журналистские удостоверения. Они выглядят весьма солидно – наши фотографии на фоне российского флага. Показав издалека «ксивы», мы представляемся сотрудниками милиции и просим показать содержимое сумки.

Исполнению задуманного мешало лишь постоянное присутствие в зале сотрудников милиции – они отирались у билетных касс.

Мы сели на кресла и стали ждать – может быть, они в конце концов выйдут покурить. Спустя некоторое время милиционеры действительно двинулись на выход. Когда они скрылись за дверями, мы с Виктором поднялись со своих мест и подошли к мужику.

– Здравствуйте, – сказала я с непроницаемым лицом, – отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. – Мы синхронно распахнули свои книжечки.

– В чем дело? – побледнел мужчина.

– Мы проводим плановый досмотр пассажиров, – отчеканила я железным голосом, – предъявите ваш багаж к осмотру. А заодно и документы.

Мужик встревоженно полез в карман. Он достал паспорт и протянул его мне. «Налимов Сергей Борисович, место рождения – город Норильск», – прочитала я там. Эка его занесло!

– Откройте, пожалуйста, вашу сумку, – попросила я. Минута промедления, и вернутся милиционеры! Они вломят нам по первое число за самоуправство.

Скорей всего мужик был обычным курьером, но о содержимом сумки наверняка знал. Он нехотя начал расстегивать «молнию» – Виктор едва заметно напрягся. Понятно, этот человек мог выкинуть в любой момент какой-нибудь трюк.

Он раздвинул бока сумки в стороны – мы вытянули шеи, чтобы увидеть содержимое. Нас ждало разочарование – внутри стояли банки с вареньем! Я ощупала сумку на предмет обнаружения двойного дна, осмотрела боковые карманы – все безрезультатно. В бауле было только варенье! Нам ничего не оставалось, кроме как извиниться и отойти в сторону. И вовремя – милиционеры закончили перекур и вошли в зал.

Какое поражение! Я уже предвкушала увидеть симпатичные зеленые бумажки, в моей душе уже играли фанфары. И вдруг – варенье! Как в игре «Поле чудес»: «Я предлагал вам десять тысяч рублей, вы отказались. Ваш приз – кадка с соленой капустой!»

Значит, мы тянули пустышку – Степан просто передал своему товарищу из Сибири гостинец. А причастен ли он вообще к ограблению? Надо смириться с проигрышем и ехать в редакцию – возможно, Кабальцев накопал что-нибудь более интересное.

Только взглянув на наши расстроенные лица, Маринка сразу поняла – что-то не так. И все же спросила сочувственно:

– Как прошла операция?

– Вначале все шло хорошо, – ответила я, – а затем сорвалось. Все наши подозрения оказались беспочвенными.

– Вы обыскали дом? – продолжала любопытствовать подруга.

Виктор кивнул.

– Я поняла одно – Степан либо невиновен, либо очень ловкий человек, – мрачно произнесла я, – может быть, обвел нас вокруг пальца.

И рассказала секретарше, как было дело. Маринка долго восторгалась моими решительными действиями в образе бабки. Когда я рассказала ей про варенье в сумке, секретарша страшно расстроилась.

– Такой спектакль, столько усилий – и все даром! – повторяла она.

Теперь, когда Ромка уехал, обязанности курьера легли на плечи Маринки – она ездила сегодня в УВД узнавать последние новости. Кроме того, разговаривала со Здоренко. Майор рассказал ей, что по делу Кузнецова никаких подвижек – грабители никак не хотели проявлять себя, несмотря на «дезу» в нашей газете.

Задержанные налетчики на инкассаторов по-прежнему молчали. Отработка их связей ни к чему не привела – ничто не связывало молодых парней ни с «Ликтаром», ни с «Назаретом».

– Дело дрянь, – сказал Кряжимский, – по горячим следам преступление не раскрыли, а с каждым днем это сделать все сложнее. Да и ты, Оленька, в тупик зашла. Если только Кабальцев какие-то новости принесет…

Вспомнишь про солнце, увидишь лучи его! Конечно, Никифор Олегович не солнце, но именно в эту минуту он открыл дверь редакции. У него был взволнованный и запыхавшийся вид.

– Послушайте, что я сейчас видел! – выпалил он с порога. Все устремили любопытные взоры на него.

– Я караулил Полину возле дома в своей «копейке», – возбужденно рассказывал старик, – и тут в подъезд вошел… вы не поверите кто!

– Кто? – спросили мы в один голос.

– Денис! Тот самый, из Пензы! – выпалил Кабальцев. Я чуть не упала со стула от удивления.

– Как! – воскликнула я. – Ведь он же уехал домой!

– Выходит, что вернулся, – усмехнулся старик. – Он поднялся наверх и отсутствовал примерно полчаса. Потом спустился вместе с Полиной. Они сели в машину, зеленую «Ниву», и поехали. За рулем сидела она. Я последовал за ними.

– Куда они направлялись? – нетерпеливо спросила Маринка.

– В больницу к Наташе. Я осторожно крался за ними. Когда они зашли в палату, я заглянул туда. Возле кровати секретарши сидел какой-то мужчина, незнакомый мне – возможно, родственник девушки. Я не стал более задерживаться и, боясь обнаружить свое присутствие, покинул здание. По-моему, здесь все ясно – это форменная шайка.