Магия венецианского стекла - Наталья Солнцева

- Ну и видок у вас! - прыснул Матвей. - Нас в милицию не заберут?

- Не мы одни такие будем. Сегодня ночь Дракул, Касперов и Фредди Крюгеров, - терпеливо пояснил длинный. - Всех не заберут. Вы одевайтесь, Матвей Аркадьевич, не брезгуйте! Костюмы новые, на заказ сшиты. На следующий год их будут сдавать напрокат любому желающему, а сейчас они в нашем распоряжении.

- И кто же я? Какой-нибудь вельможа-заговорщик?

Матвей со странным ощущением разглядывал себя в зеркало - длинный парик и расшитый серебром камзол делали его похожим на блестящего царедворца петровской эпохи. Совсем неплохо! Он вдруг почувствовал, что изменилась не только его внешность, а сам внутренний дух, определяющий себя уже не инженером или частным предпринимателем Карелиным, а кем-то другим…

- Вы - Яков Брюс! Колдун и чернокнижник! - выпалил длинный. - А мы, - ваша свита. На Сретенке раньше стояла Сухарева башня, где Брюс занимался своими опытами - переплавлял свинец в золото. Говорят, там иногда появляется призрак высокого старика в парике, камзоле, с лентой через плечо и в башмаках с пряжками. Будто бы это Брюс ищет свою тайную книгу, которая любые ворота отворяет и показывает, где лежат клады. Перед смертью он замуровал ее в башенной стене и теперь хочет забрать.

- Так ведь башню снесли давно, еще до войны, - заметил один из Могильщиков.

- Ну и что? Мертвому сие неведомо, - включился в игру Матвей. - Может, нам повезет, и мы встретим сподвижника Петра Великого собственной персоной. Или он нас!

- Вот потеха!

- А правда, что скелет Брюса вытащили из могилы и отдали на исследование в мастерскую Герасимова [1]? - с горящими глазами спросил новенький, Артем. - И кости исчезли неизвестно куда?

- Ходили такие слухи, - подтвердил Матвей.

Пару лет назад ему в руки попалась книжка о «птенцах гнезда Петрова», среди которых особняком стояла загадочная фигура Якова Брюса, потомка шотландских королей, получившего графский титул и чин фельдмаршала от русского царя. Он оставил о себе множество самых невероятных легенд, и считалось, что «не рождался на Руси ни до, ни после ни один человек, который мог бы сравниться с Брюсом». Ведомы были ему прошлое и будущее, судьбы людей, секреты философского камня и вечной молодости, все тайны земные и небесные.

Достоверно известно, что Брюс обладал острым, проницательным умом, говорил на многих европейских языках, преуспел в разных науках, естественных и оккультных, от физики, математики, астрономии, географии, геологии и военного дела до алхимии и астрологии. Был он и дипломатом, и книгоиздателем, и картографом, и командующим артиллерией; прославился на полях сражений Крымского и Азовского походов, Северной войны, а за Полтавскую битву получил орден Андрея Первозванного.

Этот вельможа умудрился пройти через горнило придворных интриг и остаться человеком чести. В то же время кем только его не называли - колдуном, чародеем, волшебником, масоном, пособником дьявола и черным магом. Молва о подземных лабораториях и алхимических опытах Брюса окутывала его образ мистической, пугающей аурой. Ему приписывали всевозможные чудачества - полеты на «железном драконе», собственноручно сконструированном в тайных мастерских, запрятанных в глубоких подвалах его особняка; способность «отводить глаза»; одним мановением руки замораживать воду в пруду или вызывать звуки невидимой арфы. Чудеса продолжались и после кончины графа: исчезли астрономические принадлежности, оборудование лаборатории, некоторые книги и другие вещи, а в его подмосковной усадьбе «Глинки» долго появлялся призрак хозяина, наводящий ужас на новых владельцев. До сих пор обитатели «Глинок» утверждают, что в лунные ночи по аллеям парка скользит тень Якова Брюса, который что-то ищет или пытается что-то сказать.

Прочитанное произвело на Карелина столь сильное впечатление, что он даже ездил в загородное поместье графа Брюса, где тот провел последние годы жизни.

Матвей бродил по аллеям парка, любовался домом в стиле итальянского барокко, живописным водоемом, сохранившейся лабораторией: одноэтажным павильоном с декором петровской эпохи, впитывал атмосферу, само настроение брюсовской усадьбы. Зачем ему это понадобилось? Он думал, но так и не нашел ответа.

И вот, по иронии судьбы, ему самому придется стать знаменитым графом - пусть всего на одну ночь, - почувствовать себя этим удивительным человеком-загадкой, перевоплотиться. Есть нечто магическое и в переодевании, и особенно в принятии чужого образа, имени, манеры поведения. На миг Матвею показалось, что он и есть Яков Брюс, силой беззакония времени перенесенный из восемнадцатого века в нынешнюю Москву…

- Что с вами? - спросил его Оборотень.

Карелин опомнился, сообразил, где он находится и что собирается делать: вместе со своей «свитой» праздновать ночь Самхейна.

Признаться, он знал об этой традиции только из зарубежных фильмов да понаслышке.

Веселая компания отправилась на Сретенку. Было темно и сыро, шел мокрый снег. Навстречу попадались группы людей в страшных масках персонажей «ужастиков», в красных, белых и черных плащах-балахонах, в отрепьях и кринолинах, с крыльями летучих мышей, в саванах, в монашеских сутанах и рыцарских доспехах, кто во что горазд. Многие несли тыквенные светильники, громко смеялись и задирали прохожих, которые испуганно шарахались.

- Может, завалимся в какой-нибудь клуб? - предложил Смерть. - Тех, кто в костюмах, могут пустить бесплатно. Говорят, в погребах князей Голицыных такую потрясную тусовку устраивали - пир среди надгробий! Не настоящих, конечно, из папье-маше, но все равно отпад.

- А ты вошел в роль… - пробормотал Солдат. - На кладбище потянуло?

- Не, пацаны, - отказался Алхимик. - Я против. Договорились же гулять по городу! Я графиню Шереметеву мечтаю встретить. По телеку болтали, будто она по Склифу любит пройтись - это здание ведь ее муж построил, как больницу для бедных. Вот она там и ходит, бледная, красивая, в белом платье и венке из роз.

- Мертвая?

- Покойная, - торжественно произнес Алхимик. - Она была крепостной актрисой, граф в нее влюбился без памяти, женился, а она умерла от чахотки.

- Молодая?

- Ага.

- В Склиф нас никто не пустит! - с сожалением вздохнул Оборотень. - Разве что графиня на улицу выйдет. Может такое быть?

Колдовское очарование этой ночи удивительным образом подействовало на ребят. Они не замечали холода, луж под ногами и сыплющихся с неба крупных снежинок.

- Ой, глядите…

Навстречу Карелину с его «свитой» шла странная пара: стройная дама в пышном алом наряде и мужчина в черном плаще и шляпе. На их лицах белели венецианские маски.

«Свита» притихла, невольно замедлила шаг. У Матвея перехватило дыхание - такой жутью повеяло от этих масок и от тех, чьи лица они скрывали. «Кажется, развлечение удалось! - подумал он, стараясь сохранять беззаботный вид праздного гуляки. - Психологически мы легко настроились на нужный лад. Вот так люди сами себя и пугают».