Последняя тайна Лермонтова - Ольга Тарасевич

– Правда, – машинально подтвердила я. – Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

Не нравилась мне вся эта история.

Откуда у Андрюшиной бывшей телефон самой мягкосердечной девицы? Вот ни тени сомнений, «туфельки» разговоры бы с незнакомкой разговаривать не стали, отправили бы ее в пеший эротический тур – и все дела. Получается, у Елены здесь есть сообщники – может, только не обладающие такими возможностями, как горничные, которые могут совершенно спокойно шастать по всей территории? Они-то и навели Лену именно на Таню. И еще... от предчувствия следующей мысли у меня заныли зубы, но я не позволила волне боли вдребезги разбить рассуждения... еще, еще... я видела Андрея Соколова на самой верхней площадке лестницы... но я не видела, как он туда поднимался.

В состоянии шока память людей самоочищается и выталкивает все мучительные болезненные подробности, которые могут воскресить негативные эмоции.

И моя память не исключение.

Мечущаяся от Тани к Вовке, объясняющаяся с ментами и костерящая себя за тупость, я могла просто не заметить, как Андрей взлетел вверх по ступенькам.

Или я могла заметить – но тут же забыть, потому что заботливое подсознание, у которого не получилось очистить мою память от вида распластанной на декоративной решетке девушки, старалось заретушировать хоть что-нибудь.

Любой из этих вариантов мне нравится больше, чем предположение о том, что к гибели горничной причастен Андрей.

Нет, ну это просто ерунда какая-то! Мой Андрей, который не перечислял, в отличие от других интернов, признаки огнестрела как относящиеся к травме тупым предметом. Мой Соколов, который ни разу не поморщился по поводу копошащихся в трупе опарышей, который не орал на санитаров, если те, распиливая череп, случайно окатывали его струей кровищи. Он создан для нашей работы, уравновешенный, спокойный, въедливый. Еще когда Соколов проходил практику, я поняла: из этого парня выйдет толк.

Шло время, и оно отшлифовало изначально существовавшие данные, доведя их до совершенства. Соколов превратился в идеального эксперта. Я знаю: Андрей никогда не копит хвостов, он не будет спать ночами, но отпечатает все заключения в срок. Пока все не отсепарирует, в деталях не рассмотрит – от трупа не отойдет. Сколько важных нюансов благодаря такой дотошности удалось ему заметить!

Помню, привезли к нам мужчину с «железкой». Казалось бы, железнодорожная травма, и так все понятно, человек попал под поезд, чего огород городить, резать спину и ноги. Я наблюдаю: Андрея торопят, следующего «клиента» норовят подсунуть, а он, спокойный, как удав, ковыряет пятки, что в принципе только при падении с высоты делается. Подозрения Андрея оправдались, пятки-то у мужчины, оказывается, с сюрпризами. Кровоизлияния в подошвах, краевой перелом пяточной кости. Что получается: сначала человек выпрыгнул, или сбросили его, и только уже потом под колеса угодил. И никакой не несчастный случай это был, убийство как потом выяснилось!

Благодаря Андрею много преступников отправилось за решетку. Все журналисты взахлеб писала про случай с трупом, обнаруженным в оздоровительном центре в железной емкости для воды. Первоначальная версия: сердце. Андрей набрал органы на яды, в том числе и жировую клетчатку, накапливающую органические растворители, химики в исследованиях полтаблицы Менделеева нашли – бензол, толуол. Следствие стало копать и выяснило: в оздоровительном центре, в нарушение всех правил, организовано незаконное хранение химических веществ, странно еще, что там прочий персонал и клиенты не поумирали.

Но особенно «любят» Андрюшу черные риелторы! Зарубил он аферу с квартирами на корню, заподозрил отравление старца по слишком большому количеству мочи в мочевом пузыре. Как в воду глядел: анализы потом показали морфин со снотворным.

Не так много сегодня экспертов, которые так трепетно относятся к своей работе, которые ответственны всегда, в любой ситуации.

Не так много таких, как Андрей, и вот...

Ерунда!

Нет, он не мог.

Просто надо все выяснить.

Я сама все придумала, я сама себя накручиваю!

Он не мог, но... Если его экс-жена сорвалась и наделала глупостей, то как поступит Андрей? Пусть бывшая – но не чужая. Андрей надежен, как банковский сейф, порядочен и благороден, просто реинкарнированный Дон Кихот. Что делает приличный человек в такой ситуации? Доносит на бывшую супругу в милицию? Это тот случай, когда между порядочностью и соблюдением закона знак равенства не поставишь. Андрюша – не Павлик Морозов. Для него выбор между предательством и Уголовным кодексом – вовсе не выбор...

– Девчонки, а вы не знаете, откуда бывшая мадам Соколова выяснила Танин номер телефона? Она живет в Петербурге, маловероятно, чтобы здесь у нее были знакомые.

«Знаем», – сказали увлажнившиеся глаза «черных туфелек».

«Знаем», – подтвердили чуть порозовевшие щечки «коричневых туфлей».

Впрочем, девицы при этом активно демонстрировали неосведомленность: дергали плечами, мычали, разводили руками.

Ай-ай-ай, нехорошо обманывать взрослую солидную тетеньку!

Но – врите больше, мои дорогие.

По мне, так лучше уж ваш сговор, чем причастность Андрея.

Девицы, конечно, видели товарища Косякова-Перекосина. У таких не глаза – прицелы снайперских винтовок, постоянно высматривающие подходящую для произведения потомства особь мужского пола. Как можно предположить, перспективным по критерию размножения парень не признан – иначе вокруг него бы уже водили хороводы, прерываемые лишь для того, чтобы накормить суженого-простуженного пирогами с яблоками. Но догадались ли девицы, что и тест по профпригодности для мальчика – вершина покруче Джомолунгмы? Этот вывод, конечно, очевиден. Но у меня не так уж и много возможностей напугать барышень. А вдруг они поверят, что я настучу следователю и что этот дебил с радостью воспользуется информацией?

– Симпатичные какие у убийцы сообщницы! Кстати, а вы в курсе, что даже непреднамеренное пособничество по Уголовному кодексу тоже является наказуемым преступлением? Приезжавший следователь оставил мне визитку, просил перезвонить в случае чего...

Чередование угроз с комплиментами ни к чему не приводит: девчонки только хмурятся и молчат.

С ними надо как-то по-другому.

– Ну хоть вы меня не доканывайте. Пожалуйста! Мне и без того сейчас ой как несладко. Муж, сволочь, бросил меня, молодую нашел! Помогите мне, ваш ответ очень важен!

Нет контакта. «Ты с мужем пожила, пусть теперь другие понаслаждаются, в этой жизни нет ничего вечного», – в унисон решили морщинки у сурово поджатых небалованных девичьих губ.

Что ж, зайду с другой стороны:

– А я знаю, с кем у Тани был роман...

– Откуда?

– Вы специально так говорите!

Оживились, родные. Отлично. Вот вам под нос – записка. Заодно выясню, Танин ли почерк. Если писала не Комарова – то писать «пропало» буду я.