Нежное дыхание смерти - Анна Малышева

И девушка окликнула его:

– Игорь Вадимович, послушайте меня. Я обдумала то, что вы сказали, и все еще считаю, что план рискованный. Но если вы поможете мне, подстрахуете, я соглашусь.

Даша, вы умница! – Он невероятно оживился, глаза тепло заблестели. – Ведь я уже все обдумал. Иного пути узнать что-то у нас просто нет. Надо воспользоваться этим!

– Поняла, поняла. Только скажите, вы все точно узнали? Я смогу туда вступить только потому, что понравлюсь кому-то из начальства? Как-то странно…

– Ну, не так уж странно, по-моему, все устраивается так, – философски заметил он. – Понравитесь вы кому-то или нет – от этого обычно зависит судьба… В общем, ничего необычного я не вижу. А план каков: вы пойдете туда завтра с пригласительным билетом, я его купил в Северном клубе, где сам состою. Купить-то билет я могу, а пойти – нет! Вот в чем загвоздка. Вход и выход только для лиц женского пола. Этакая феминизация.

– Странно, да? – спросила Даша, снова принимаясь разглядывать билет.

– Ну, не более странно, чем любой клуб, – возразил он. – Ведь никто не удивляется тому, что обычно клуб – заведение сугубо мужское. В Северком, например, ни одной женщины.

– Хорошо, – кивнула она. – Значит, я легко туда попаду. А почему именно завтра?

– Потому что надо поторопиться, – пояснил собеседник. – Статуи прибудут в клуб буквально на днях, не сегодня-завтра, надо ловить момент. Потом их могут упрятать куда-нибудь, и вы их уже не увидите. А вам придется упирать именно на статуи. Может быть, вы сами очень интересуетесь скульптурой, ну что-нибудь в этом роде.

Сомневаюсь я, что кто-то захочет провести для меня экскурсию, – пожала плечами Даша. – Очень странно, что вы так уверены в этом. По-моему, меня просто пошлют подальше.

– А я думаю, что статуи будут выставлены на всеобщее обозрение. Например, в каком-то доступном месте. В зимнем саду, в библиотеке…

– Статуи большие? – перебила Даша. – В компьютере ничего про это не сказано?

– Ничего, – с сожалением ответил Игорь Вадимович. – Но разве это важно?

– Конечно, ведь тогда можно вычислить, где надо их искать. Статуи небольшого размера могут и в шкафу запереть, а побольше – в саду поставить, не в зимнем, а в настоящем…

– Верно рассуждаете, что и говорить. А вообще-то упирайте больше не на статуи, а на бумаги. Статуи все равно делал не Аркадий. Просто интересно посмотреть, что они могли подсунуть.

– Они – это Джакометти?

– Все может быть… – Он закашлялся и сунул в карман зажигалку и сигареты. – Собираемся, Даша, остальное в машине…

Он помог ей одеться, и они вышли из кафе – довольно торопливо.

– Слишком много русской публики к ночи, – пояснил он, отпирая машину, оставленную внизу, на огромной стоянке. – Вообще-то тут всегда тихо и хорошо. Вам понравилось?

Даша кивнула, она думала о другом.

– Кстати, вы не рассказали о визите в дом вашей подруги. – Ее спутник завел машину.

А ничего интересного не было. Я встретилась с ее матерью. Та сказала мне, что Аллу скоро выдадут и будут хоронить.

– Разумеется, следов насильственной смерти нет? – усмехнулся он. – Наша милиция нас бережет?

– Конечно. – Даша смотрела на огни, пробежавшие в окне. – На улицу Кораблестроителей.

– Помню, – отозвался он. – А как же дверь?

– Здесь вышла полная чепуха: дверь оказалась старой и капризной, а замок – поломанным… Оказывается, он не всегда запирался. Иногда только делал вид. Понимаете – снаружи все крутилось, будто запирается, а внутри ничего не запиралось.

– Ясно, – кивнул Игорь Вадимович. – У людей тоже так бывает. Хуже некуда. Снаружи все нормально, а внутри – ничего не работает.

«Философ, тоже мне…»

– Пятьсот долларов я вам завтра передам, – вдруг услышала она и резко повернулась к собеседнику.

– Зачем пятьсот долларов? Я не возьму!

– Глупенькая, а в клуб как? – прищурился он на нее. – Это же взнос!

– Хорошенький взнос… – поежилась Даша. – Послушайте, куда я лезу?! Там же одни крутые бабы наверняка! Мне там нечего делать! Они сразу раскусят, что рядом с ними я даже не стояла!

Да зачем им вас раскусывать… – пожал он плечами. – Главное – сохраняйте спокойствие. Блефовать не надо, конечно, у кого глаз наметанный, тот сразу разберется, какими средствами вы привыкли располагать и прочее. Вы и не ломайте из себя миллиардершу – будьте такой, как есть. В этом немало шарма.

– Ах, зачем им мой шарм! – обозлилась девушка. – Вы подумайте: разве они не поймут, что я пролезла туда с какой-то своей целью?

– А туда все пролезают с какими-то своими целями, – невозмутимо заметил Игорь Вадимович. – Поймите же, что там не какие-то сверхъестественные существа обитают, а обыкновенные женщины.

– Все, молчу! – сдалась Даша. – Когда меня оттуда вышвырнут, вы сами убедитесь, что я говорила дело. Ну а как я скажу, что хочу стать членом клуба? Сразу? Или надо подождать, пока мне не предложат?

Он задумался:

– Это вопрос. Действуйте, как сочтете нужным. По обстановке. Предложат – замечательно, а нет – сами наведите разговор на эту тему. Видите ли, клуб помогает многим женщинам обустраиваться в жизни. У них есть свой юрист, свои ходы и выходы в разных структурах, ну, скажем, в паспортном столе, в суде, в бюро путешествий… Словом, все поставлено с хорошим размахом, по-европейски…

Даша совсем оробела, но он рассмеялся, увидев это:

– Да что вы, ради Бога! Я вами гордиться буду, когда вы туда войдете! Ведь для такой красивой девушки не должно быть ничего страшного!

– Ну, как раз наоборот, – возразила она. – Приходится бояться вдвое больше. Ну, пусть будет все, как сказали вы… А когда мне туда являться? У меня дежурство. Я отложить не могу.

– До скольких работаете? – быстро сориентировался он.

– До восьми, и никак не могу уйти раньше. С восьми до восьми.

– Но это же невозможно! – возмутился он. – Ведь вы не сможете попасть в клуб… Даша, отложите-ка вашу работу! Ну, поменяйтесь с кем-нибудь, что ли! А то вообще увольняйтесь!

– Ну, это вы слишком. – Девушка засмеялась. – Куда же мне идти прикажете? Сразу в президенты баллотироваться?

– Я вас устрою!

– К себе в мастерскую? – Даша криво усмехнулась и почувствовала что-то вроде разочарования. Все, как она и ожидала, ничего больше. – Рамочки делать? Или бухгалтерию вести?

– Это мы посмотрим, – заявил ее спутник, как будто не замечая иронии. – А может быть, вам и клуб поможет. Раз уж вы станете его членом. Вам откроются многие пути.

– Вы меня прямо в новую религию обращаете. – Даша все еще злилась. – Гербалайф или еще что… Вы все-таки не забывайте, что это будет понарошку. В смысле -вступление в клуб. Полагаю, за то, чтобы выйти из него, не надо платить пятьсот долларов?