Бронежилет для нежного сердца - Марина Серова

– А зачем вам? – ничуть не смущаясь, ответил амбал, тот, что недавно гостил в администрации и, по моим предположениям, был тем самым Дмитрием Зуевым, владельцем «семерки».

– Просто интересно, – слегка замялся, Милютин. – Вы очень похожи на одного моего знакомого.

Произнося эти фразы, Милютин как буравчиками впивался взорами в лица парней, и оставалось только дивиться их олимпийскому спокойствию.

«Действительно, кувалдой не прошибешь», – машинально подумала я, вспомнив недавний разговор с матерью Зуева.

Между тем Зуев, которому явно нравилась эта игра на острие, в очередной раз нагло ухмыльнувшись, проговорил:

– Меня зовут Сергей, а моего друга – Игнат. Так зовут ваших знакомых?

– Что? Нет, извините, я обознался.

С вытаращенными от изумления глазами Милютин вернулся за свой столик и бешено зашептал в сторону Столетова:

– Это они! Они! Но какова наглость! Вот так вот, прямо в лицо, и это после того, как они практически чуть не убили тебя! Ничего не боятся!

– Сергей, успокойся, – тоже вполголоса ответил ему Столетов, сам заметно волнуясь. – У нас нет доказательств, и мы не сможем сейчас ничего…

– Как это нет доказательств?! Я их видел. Видел!

– Этого недостаточно. Нужны улики, нужно…

– Как это недостаточно?! Да я сейчас полицию вызову. Я их… Мы их… Да я их просто арестую сейчас! – уже почти на весь зал кричал Милютин, снова привлекая к себе внимание окружающих. – Игнат! Звони немедленно. Да я сейчас сам позвоню. Дожили! Убийцы свободно разгуливают по городу, обедают в ресторанах, и никакой управы на них нет!

Эта эмоциональная речь уже привлекала внимание не только посетителей, но и ресторанной обслуги, а один из бандитов, подозвав официанта, что-то негромко говорил ему, указывая на Милютина.

«Уводи их немедленно!!!!!» – гласило мое отчаянное сообщение, уже улетевшее Борису. Но дело зашло слишком далеко, и просто так прервать на полуслове Милютина и спокойно удалиться было уже невозможно.

Официант, с которым переговорил Зуев, уже набирал какой-то номер на своем сотовом, а в сторону Милютина направлялись двое парней, появившиеся откуда-то из ресторанных глубин.

– Пожалуйста, пройдемте с нами, – вежливо произнес один из них и подхватил почтенного ветерана под руку.

– Что? Куда? Зачем? Это не меня, это вот их следует. Вон, вот этих, это они, – продолжал выкрикивать Милютин, тыкая пальцем в сторону столика, за которым, довольно улыбаясь, наблюдали этот спектакль бандиты. – Вот этих. Это они. Они убийцы. Вызывайте полицию! Немедленно! Их нужно арестовать. Задержать до выяснения. Я пойду свидетелем. Куда? Да куда вы меня тащите? Это вон их…

– Пойдешь, пойдешь, – подтолкнул второй охранник, принимая Милютина под другую руку. – И свидетелем пойдешь, и соучастником…

Пора было действовать, но я медлила, мысленно разрываясь между необходимостью выручать попавшего в беду ветерана и желанием сохранить инкогнито.

Обезвредить этих слонов, в которых разве что сала было много, а во всем другом ничего замечательного они собой не представляли, было для меня делом одной минуты. Но сделать это на глазах смотревших интересное кино бандитов означало дать им понять, что я вовсе не утонула, а лишь слегка перевоплотилась. Это грозило потерей приятной свободы действий, обусловленной моим временным отсутствием в мире живых.

Но, к счастью, на сей раз я была здесь не одна. Пока я, разрываясь между Сциллой и Харибдой, мучилась в сомнениях, в дело включился Борис, и расстановка фигур на поле несколько изменилась.

– Послушайте, ребята, – начал он, поднимаясь из-за столика. – Оставьте этого господина. Мы уже уходим.

– А ты не лез бы, куда не просят, – как-то не очень вежливо ответил один из охранников, почти не глядя в сторону Бориса и продолжая тащить Милютина куда-то в ресторанные закрома.

Такая грубость никому бы не понравилась, и я ничуть не обвиняю Бориса, ответившего на эту фразу хорошим ударом в подреберье.

Охранник застонал и согнулся, выпустив руку Милютина, а его товарищ, по-видимому, решив, что здесь он нужнее, тоже отпустил старика и замахнулся кулаком на Бориса.

Дальнейший ход событий только лишний раз подтвердил ту простую истину, что дилетантам не тягаться с профессионалами.

Несмотря на то что оба ресторанных охранника были по размерам раза в два больше Бориса, он вполне результативно приводил их в состояние свежей отбивной и вскоре завершил бы этот процесс, если бы на выручку из недр заведения не подоспело еще три человека.

Тут уже чувство товарищества заговорило в Игоре, и, забыв о конспирации, он бросился в самый центр драки.

Предоставив поле действия мужчинам и пользуясь столь редкой в моей практике минутой, когда я могла наблюдать со стороны то, что обычно делаю сама, я любовалась четкими и продуманными маневрами спецназовцев и втайне потешалась над потугами ресторанных громил. Наконец краем глаза, заметила, что столик, за которым сидели наши друзья, пуст.

Кинувшись к окну, я увидела отъезжавший «Форд» и поняла, что теперь и сама могу на время позабыть о конспирации.

Тайфуном ворвавшись в самый пыл сражения, я, по-видимому, оказалась тем решающим фактором, которого не хватало, чтобы определить, за кем же останется победа.

Разметав по углам дюжих ребят из ресторанной обслуги и кое-кого из клиентов, я толкала впереди себя Столетова и во всю глотку кричала: «Валим!». Борис и Игорь, охваченные эмоциями, все никак не могли остановиться, раздавая направо и налево прощальные удары.

К ресторану уже подъезжали полицейские, и вой сирен привел в чувство моих неистовых воинов. Один за другим Игорь и Борис выскочили из дверей и помчались к машинам, чуть не волоком таща за собой не на шутку расходившегося Милютина.

Столетова я усадила вместе с собой в «Ниссан», поскольку тех, кому не нужно было знать о наших контактах, здесь уже давно не было, а нам явно было о чем поговорить. Борис затолкнул Милютина на заднее сиденье и через секунду скрылся из поля зрения.

Не заставил себя долго ждать и Игорь. Бросив быстрый взгляд на нас со Столетовым, он тоже до предела выжал газ, и когда, мигая разноцветными огнями, к ресторану подкатили патрульные машины, от нашего присутствия там не осталось и следа.

– Женя, это вы? Ты? – растерянно уставившись мне в лицо, вопрошал Столетов, все еще не в силах связать в своей голове знакомый ему голос с незнакомой внешностью. – Что-то я вообще ничего не понимаю.

– Игнат Семенович, не волнуйтесь. Это действительно я. Просто немного загримировалась, чтобы не узнали бандиты. Они ведь думают, что я утонула. Так зачем же их разочаровывать? Мы с Игорем, вот с этим ловким парнем, – указала я на спину своего водителя, – живем в соседнем с вами номере и бдительно следим за происходящим. Я не хотела раскрывать все карты просто потому, чтобы вы как-нибудь нечаянно не проговорились где не надо и не выдали этот маленький секрет. Но раз уж так получилось, что ж, теперь вы знаете. Но я убедительно прошу с Сергеем Вадимовичем на эту тему не говорить. Сами видите, на язык он слаб.