Чем черт не шутит - Татьяна Казакова

Дело в том, что как-то наша соседка на Соломенной Сторожке попросила меня посидеть часок со своей полугодовалой дочкой Машенькой, ей срочно надо было сбегать куда-то. Я с радостью согласилась, девочка была очень хорошенькая и спокойная. Соседка вкатила ее спящую в коляске и ушла. Только за ней закрылась дверь, Машенька открыла голубенькие глазки и скривила ротик.

Я стала ее качать, девочка заплакала, тогда я стала качать более энергично, Машенька заревела громче. Я попробовала покатать ее по квартире, ничего не помогало, ребенок надрывался. Тогда я взяла ее на руки и стала ходить, приговаривая разные ласковые слова. Ей это понравилось, она замолчала, таращила глазки и улыбалась. Но вскоре руки у меня устали, я присела в кресло – Машенька заорала.

Мне пришлось встать и опять ходить по комнате. Внезапно девочка закряхтела и покраснела. Я принюхалась и поняла, что случилась большая неприятность. Положив ее в коляску, осторожно сняла ползунки, вытащила памперс и, зажав нос, понеслась в туалет, держа памперс двумя пальцами вытянутой руки. Конечно, вытряхивать одной рукой содержимое в унитаз, было неудобно, поэтому и унитаз, и пол, и стены, и я были испачканы детской неожиданностью. Борясь с тошнотой, я кое-как вымыла девочку под краном. Жутко боялась ее уронить, прижимала к себе и была мокрая с головы до ног. Короче, когда пришла ее мамаша, я была на грани истерики. После их ухода пришлось мыться, потом убирать квартиру, опять мыться и т. д.

И теперь, когда заводят разговор о детях, я вспоминаю тот случай, и тошнота накатывает. Вот и сейчас, вспомнила и затошнило. Кстати, Саша тоже не изъявлял особого желания обзаводиться потомством. Саша… Значит, опять появилась Вера. Нет, не буду о грустном. Звонок!

– Думаешь, спряталась? Никто не найдет?

Я быстро положила трубку. Опять началось? Да что же это такое? Рано я обрадовалась, решив, что все позади. Но Илья Алексеевич сказал, «за тобой приглядывают». Это утешает. И приглядывают классные специалисты, если их даже Марья Степановна не засекла. На всякий случай проверила замки. Все закрыто. Но как-то не по себе.

Заснуть не получалось, беспокойство не оставляло меня, и тогда на ум пришел Карнеги. Почему-то у него очень много про беспокойство было написано. Я не поленилась, встала и нашла книгу, на глаза попалась глава про семейные отношения. Как сделать счастливой семейную жизнь. И всего-то нужно соблюдать для этого семь правил.

Первое – Не нужно придираться!

Я и не придиралась, это он всегда придирался и ревновал.

Второе – Не пытайтесь переделать своего супруга.

Да чего там переделывать-то было, меня и так все устраивало, а вот он пытался сделать из меня домохозяйку.

Третье – Не критикуйте!

Не припомню, критиковала я его или нет. А он? Без конца делал замечания.

Четвертое – Выражайте друг другу вашу искреннюю признательность.

Это в каком смысле? А, благодарить за обед, оказывать внимание и т. д. Я всегда благодарила за подарки и за обед в ресторане. А он? Не помню.

Пятое – Оказывайте друг другу небольшие знаки внимания.

Я гладила ему рубашки. Это как считать? Внимание? Спрашивала о работе, а вот он никогда не интересовался моими делами.

Шестое – Будьте предупредительны.

Что это значит? Так, подойти с лаской, говорить комплименты. Я всегда была ласкова, а он часто говорил комплименты.

Седьмое – Прочтите хорошую книгу о сексуальной стороне супружеской жизни.

Ну, с этим у нас все в порядке. Что же было не так? С моей стороны все было правильно, а с его многое не так. Надо было заставить его тоже прочитать Карнеги. Ничего, еще успею это сделать.

* * *

На следующий день, едва открыв глаза, поняла, что проспала. Вот всегда так. Только я решила быть независимой, собранной и деловитой. Так, без паники, сейчас все наверстаю. Собралась, как солдат, всего за пятьдесят минут, наспех поела, за окном светило солнце, наверное, жарко будет. Погода как раз для поездки за город. Выйдя на улицу и увидев «Газель», я подумала, что оделась в не подходящий случаю костюм. Но, как известно, возвращаться – плохая примета, поэтому я, не раздумывая, лихо закинула ногу в кабину. Юбка задралась по самое некуда, и всю дорогу коленки бесстыдно светили цветом загара. Чтобы не смущать Алексея – водителя «Газели», я прикрыла коленки сумкой.

Мы заехали в ближайший мебельный магазин на Тимирязевсой. Там я купила кухонный стол, его погрузили нам в машину, и мы покатили на Горьковское шоссе, где была назначена встреча с Витьком. Мы остановились в условленном месте. Я стала озираться – ну, и где его «Форд» цвета «сафари», о котором он с такой гордостью сообщил. Я еще подумала, надо же, как наши рабочие зарабатывают, на «Фордах» разъезжают. Рядом остановилась раздолбанная, ржавая машина.

– Наверное, это ваш приятель, – сказал Алексей, показывая в ту сторону.

– Вот эта тарантайка? – возмутилась я. – Он сказал на «Форде».

– Это и есть «Форд», только очень старый, – Алексей посигналил, из колымаги вылез невысокий рыжий парень и направился к нам.

– Здрасьте, – улыбнулся он, – вы Светлана? – Я кивнула. Он жизнерадостно сообщил, что погода хорошая, значит, по дороге можно проехать, потом замялся.

– Вы вроде, это… стол хотели взамен купить, так это не обязательно, лишь бы ту бандуру вывезли.

– Я уже купила стол, вон в машине стоит.

Витек обрадовался и широким жестом пригласил меня пересесть в свою машину. Я подумала, что «Газель» как-то понадежней выглядит и вежливо отказалась от его великодушного предложения.

И вот мы уже час тащимся по Горьковскому шоссе, а проехали всего ничего. День был солнечный, и в машине вскоре нечем стало дышать. Я задремала, проснулась от сильной тряски – это мы проезжали через Павловский Посад. Я закрыла глаза и представила себя в карете. Как будто я принцесса и еду в свой замок. Сзади на запятках стоят лакеи, по бокам едут охранники или как их там называли в старину.

Когда свернули на проселочную дорогу, пришлось пересесть на коня, нет на дикого мустанга, и я уже не принцесса, а наездница. Мустанг взбрыкивает, меня подбрасывает, но я крепко держусь в седле. Ой! Чуть не вылетела! Открыв глаза, ужаснулась, одни колдобины, дороги просто нет. Алексей поминутно чертыхался и сплевывал в окно. Я отбила себе задницу и несколько раз треснулась головой…

Неужели приехали? Не верю своему счастью! Наконец-то можно подышать деревенским воздухом. Я хотела изящно спрыгнуть с коня, то есть «Газели», но ноги внезапно подкосились, и я упала на колени. Наверное, оттого, что так долго сидела в машине, ноги не слушаются, а в голове гул. Витек что-то говорил, я видела, как шевелятся его губы, но ничего не слышала. Я что, оглохла? Мне стало страшно. Кое-как поднялась на ноги и стала трясти головой, потом потерла уши. Гул стал прерывистый. Да что же это за напасть? Обернулась – прямо передо мной стоял трактор. Тьфу ты! А я уже собралась покупать слуховой аппарат. Все-таки я очень впечатлительная.