Гляди в оба - Марина Серова

Я оглянулась на девчонок, у которых тоже, похоже, совсем выветрился пыл. Они глядели на Сеню почти что с испугом. Вот вам и справедливость, увиденная по видику! В жизни все совсем не так. Таких, как Сеня, вам лучше понапрасну не трогать. Зато получили урок, поняли, насколько полезно грезить про Прекрасных Принцев и жить в телерадиофантазиях, забывая о действительности.

— Ладно, пошли, — скомандовала я девочкам, — у меня еще одна встреча.

— Вы ответите за то, что вторглись в мой дом! — угрожающе сказал мне вслед осмелевший Сеня.

— Ладно уж. У тебя столько грехов, особенно связанных с малолетними девочками, что я даже не знаю, с какого начать.

— А вы начните, начните, — начала возвращаться память к Сениной жене.

— Не надо, — коротко сказал Сеня, и я поняла, что теперь он будет молчать как рыба. По крайней мере первое время.

Мы тоже в полном молчании покинули квартиру под номером 13, спустились по лестнице.

— А вы нас запишите в это самое ваше общество, — вдруг сказала одна из них.

— Какое еще общество? — Никак не могла я сразу переключиться от своих мыслей.

— Ну вот в это, про женщину-мать, нам Тараска говорил…

— Ладно, только не сегодня, — сказала я девчушкам. — Пока некогда. — И девочки растворились в темноте, словно их и не было.

Константин мирно спал в машине, положив свою белокурую голову на руль. Тоже мне караульный! А если бы я сейчас бежала? Если бы нужно было спасаться от погони и от него зависела моя жизнь? Вот как раз этой минуты, когда он протирает глаза, могло бы и не хватить. Все подвиги моего спасателя были словно подчинены только одной цели, добившись которой он сразу сделался обыкновенным, неинтересным человеком.

Я нарочно громко хлопнула дверью автомобиля, чтобы привести Константина в чувство.

— Что? Едем? — очнулся он. — Куда?

— К «Колибри».

— Кто там? Что ты разузнала?

— Там — никого, — сказала я Константину, стараясь сдерживать по мере сил нахлынувшее раздражение. — Поехали!

Моя родненькая «девятка» по-прежнему стояла на площадке возле «Колибри» и казалась в темноте очень одинокой, почти что предметом одушевленным. Все понимает, только ничего не говорит и даже не осуждает.

— Все! — Я вышла из «БМВ» с мягкими, даже чересчур мягкими сиденьями. — Дальше я одна. Пока.

— Ты чего? Обиделась? Что случилось? — не понял Константин.

— Иди выспись, — ответила я спокойно — Мне нужно закончить дело.

Не оглядываясь, я быстро пошла к своей машине. Да и когда поехала по дороге, тоже не стала оборачиваться, хотя видела, что Константин едет следом. Нужно постараться оторваться. Я резко вывернула на узкую, полутемную тарасовскую улочку. Уж сколько раз они меня спасали, эти вызубренные наизусть дворы и улицы моего провинциального Тарасова! И не сосчитать, пожалуй.

Я хорошо знала, что больше никогда не захочу встретиться с моим блондином. Почему? Да откуда я знаю? Может, история Муси подкосила веру в Прекрасных Принцев? Да нет, не это. Как настоящий мужчина может заснуть, когда женщина находится в опасности?.. И вообще, будь я тарасовским губернатором, я бы специальным указом запретила показ идиотских сериалов, мать твою… Заменила бы их специальными выпусками программ «Помоги себе сама» или чем-нибудь в этом роде.

Не соблюдая больше никаких условностей, я нажала кнопку звонка квартиры Пташкиных.

— Кто там? — привычно проскрипела за дверью Поля.

— Я принесла украденные вещи. Нашла, — сказала я, обращаясь к двери.

— Батюшки, хорошо-то как! — обрадовалась Поля. По шагам я догадалась, что она пошла за Александром Петровичем, который вот уже собственной персоной стоял передо мной на пороге. Он сильно осунулся, изменился за один только день. Это был уже не тот человек, с которым мы вчера сцепились в схватке. Совсем-совсем другой.

— Что, принесли все-таки? — спросил Александр Петрович без особого выражения. — Ну и где они были?

— Принесла. Может, вы меня впустите? — И я сама шагнула за порог.

— Ну, где? — протянул руку Александр Петрович.

— У вас дома. Я так думаю — в комнате жены. Я пришла, чтобы проверить свою версию.

— Как это? — не понял Пташкин. — Что за бред? Они всегда хранились у меня, в смысле — у нас…

— Мне и самой не терпится проверить. Пойдемте посмотрим.

С бьющимся сердцем зашла я в мрачную комнату с черными зеркалами. Когда включили свет, стало все же не так жутко. А вдруг я что-то не поняла? Не объясняя ни слова, принялась я обыскивать Мусины баулы и достаточно быстро на дне одного из чемоданов нашла пакет, в который были аккуратно завернуты все пропавшие драгоценности: перстень с аметистом, кулончик, еще какое-то кольцо. А вот и фамильные сережки. Ух ты, как красиво! В «Жемчужине сердца» и близко ничего такого нет. Никакого сравнения с блестящими штуками, какими Александр Петрович обвешивал свою супругу. Так, получается, не настолько она была сумасшедшей, если не забыла прихватить в дорогу главную ценность? Свою собственную, между прочим, своей фамилии, не пташкинской. Может, и правда, насмотревшись на то, что творится в доме, доверчиво надеялась начать новую жизнь с наглым Шуриком.

— Так, значит, все это время они были дома? — удивленно спросил Александр Петрович. — Никуда не пропадали?

— Могли бы пропасть. Сегодня ночью. Вместе с этими чемоданами.

— Выходит, Сергей ничего не брал? — сделал вывод отец. — Слава тебе господи…

Александр Петрович с видимым облегчением перевел дух. А я подумала, что не так-то мало сегодня сделано. Пусть у родных останется теперь добрая память о беспутном Птахе и они снимут с него мысленные обвинения. Жалко, что мы не встретились при жизни, зато хоть после смерти Птах не должен пожалеть о нашем знакомстве.

— Вы сейчас же должны распорядиться, чтобы выпустили Лену.

— Какую Лену? — спросил Пташкин рассеянно.

— Ту самую, из Заводского района, у которой вы клипсы из ушей выдирали. Хотя этих ваших так называемых драгоценностей, которые вы обозначили мне кругленькими суммами, на каждом углу можно купить, и гораздо дешевле.

— Ты знаешь, она и правда ведьма, — кивнул на меня Пташкин-старший своей Полине.

— …А вот эта вещичка действительно, наверное, стоит столько, что на нее можно ювелирный магазин купить. И скоро мы узнаем, кто это мог бы сделать…

— Кто?

— Сейчас познакомимся. Мне еще больше вашего интересно, — призналась я честно.

Слава богу, ждать пришлось недолго. Минут через двадцать под балконом послышалось какое-то шуршание. Подойдя на цыпочках к окну, я призывно распахнула балконную дверь. Несколько минут — и новоявленный Ромео стоял передо мной в комнате. Я быстро закрыла балконную дверь и включила свет.