Ангелы на льду не выживают. Том 2 - Александра Маринина

– А я спрашиваю не про Власова, а про то, почему вас заменили тогда на Ярцеву.

– И это имеет отношение?..

– Как знать, как знать, – загадочно ответила Настя.

Надо лететь в Пермь и выяснять все на месте. Возможно, сын этого Елисеева действительно попался с партией наркотиков, и любящий отец сорвался из Москвы, чтобы вытаскивать обожаемое чадо из беды. Но возможно, что это ложь, придуманная на ходу, прямо сейчас или тогда, когда нужно было попросить замену. А на самом деле судью Елисеева купили. Дали денег или пообещали какие-то блага за то, что он попросит замену, ссылаясь на выдуманные и никем не проверенные обстоятельства. Ну что ж, если в Перми выяснится, что сын Елисеева в интересующий Настю момент ни в какую милицию не попадал и ни в чем не обвинялся, можно будет работать дальше. Если убийца действительно Владимир Власов и если он решил свести счеты со всеми, кто так или иначе испортил ему жизнь и спортивную карьеру, то он не может обойти своим вниманием ни Елисеева, ни Ярцеву. Разумеется, при условии, что он узнал об истинном положении вещей.

Однако прежде, чем отправляться в Пермь, следовало прояснить вопрос: готов ли заказчик оплачивать расходы. Такова действительность: платит тот, кто заказывает музыку. Никакой самодеятельности, особенно связанной с тратой денег.

– В Пермь? – недовольно протянул Владислав Стасов, услышав Настин отчет. – Еще чего… Ты мне голову не морочь, ответь лучше, что это за задачка с ящиком и адвокатами, которую ты Лильке моей задала. Она у меня спрашивает, а я не знаю, что сказать. А в самом деле, чего делать-то, если адвокат хочет, чтобы свидетеля допросили на предварительном следствии, потому что он обладает сведениями, оправдывающими обвиняемого, а потом оказывается, что следователь ходатайство не получил, и свидетеля этого на суде отфутболивают?

– А это, Владик, просто, как три копейки, – засмеялась Настя. – Адвокат идет в ближайшее почтовое отделение и отправляет ходатайство ценным письмом с уведомлением о вручении. Именно ценным, потому что к ценному письму полагается прикладывать опись в двух экземплярах, и в этой описи будет черным по белому написано, что направляется ходатайство следователю такому-то по уголовному делу такому-то, номер, соответственно, указывается и полностью имя обвиняемого. На почте выдают квитанцию, а на квитанции колотушечкой пробивается дата. И второй экземпляр описи тоже адвокату выдают. И вот при таком раскладе следователь, который страсть как не хочет включать в дело данные доказательства, уже никуда соскочить не может. Во-первых, ценное письмо с уведомлением о вручении обязательно должно быть доставлено в секретариат, и почтальон не уйдет, пока конверт не будет вскрыт и бумага не получит регистрационный номер. А во-вторых, если они чего-то там нахимичат и сторона обвинения на суде начнет говорить, что этих доказательств нет, потому что об их приобщении адвокат на предварительном следствии не ходатайствовал, то адвокат вытащит из папочки две заветные бумажки: на одной – дата, когда он ходатайство направил, на другой – суть документа. И вот тут суду ничего не останется делать, кроме как выписать следствию пистон погорячее и свидетеля все-таки допросить.

– И зачем ты Лильке этим голову морочила? – озадаченно спросил Стасов. – У нее же диссертация не по адвокатуре, а по криминологии.

– Я не морочила, а просто привела пример того, что человеку без практического опыта невозможно быть успешным адвокатом, зарабатывающим достойные деньги. Она же искренне считает, что Антон может бросить розыск и уйти в адвокатуру. Вот я и постаралась показать ей, как мало она знает о тонкостях работы адвокатов. Так что с Пермью-то? Давай уже, принимай какое-то решение. Или хотя бы спроси у заказчика, – настаивала она. – Пусть он принимает решение. Мне, конечно, лететь не хочется, врать не буду, но если надо – значит, надо.

– Буду я еще у него спрашивать, – проворчал Стасов. – У меня в Перми полно корешей по Омской школе милиции, кто-нибудь из них поможет.

Настя пожала плечами.

– Ну, смотри сам. Ты начальник.

– Да, я начальник. Поэтому ты сейчас пойдешь в соседнюю комнату и напишешь мне полный отчет за последние… – Он полистал ежедневник и удовлетворенно кивнул: – За последние пять дней. Ни одной строчки я от тебя не видел! Ты, Аська, наглеешь прямо на глазах! Думаешь, если мы с тобой сто лет нежно дружим, то можешь вести себя кое-как?

Она расхохоталась и легким жестом взъерошила изрядно поредевшие за последние годы волосы на затылке шефа.

– А ты начинаешь чувствовать себя крутым боссом, как я погляжу. Владик, я дома отчет напишу, ладно? И завтра принесу. Или по почте тебе пришлю.

– Никаких «дома»! Иди и пиши здесь, пока не напишешь – никуда не уйдешь.

Настя скорчила было обиженную мину, но тут уже не выдержал и рассмеялся сам Стасов:

– Купилась, купилась! Как я тебя сделал, а? Да я же понимаю, что ты ни есть, ни пить, ни спать не будешь, пока не узнаешь, что там, в Перми, случилось. Вот и решил тебя занять делом, пока я буду старые связи поднимать. Иди! – прикрикнул он. – И на глаза мне не попадайся, пока отчет не подготовишь.

«Ну и ладно, – подумала Настя, включая компьютер на своем рабочем столе. – Пока буду составлять отчет – глядишь, и какая-никакая четкость в мыслях появится. Итак, в жизни Владимира Власова были события, помешавшие его удачной карьере сначала как спортсмена, потом как тренера. Рокировка судей и замена Елисеева на Ярцеву помешали ему и его партнерше Третьяковой стать членами сборной России. Чиновница из спорткомитета Ефимова помешала ему уехать за границу и тренироваться с новой партнершей, чтобы выступать за другую Федерацию. Галина Носуленко сделала все возможное, чтобы выжить его с тренерской работы. Бизнесмен Ганджумян лишил его возможности тренировать талантливого ребенка и тем самым заявить о себе как о способном тренере. Николай Носуленко уволил Власова. Все. Больше ничего, существенно повлиявшего на жизнь Власова. Что в итоге? Елисеев и Ярцева живы и здравствуют. Николай Носуленко погиб в Греции. Галина Носуленко убита, но ее убийца найден и осужден. Ефимова убита, но совершенно другим способом – заколота ножом. Бизнесмен Ганджумян ранен. Все эти люди имели отношение к Власову, но одни из них живы, другие – нет. Те, кого нет в живых, умерли по-разному. Единственная точка соприкосновения – использование переделанного травматического пистолета в двух случаях. Возможно – в трех, но об этом можно будет говорить только после получения результатов баллистической экспертизы по делу Ганджумяна. Хило, ох, хило… Не выдерживает никакой критики. На первый взгляд, версия о причастности Власова выглядела так привлекательно, а если разобраться – полный пшик. Самое главное: в нее никак, никаким боком не вписывается убийство Михаила Болтенкова. Болтенков сделал Володю Власова чемпионом России среди юниоров-одиночников. Когда Власов ушел из активного спорта, именно Болтенков взял его к себе вторым тренером. И ничего, кроме благодарности, Власов по отношению к своему бывшему тренеру испытывать не мог. Правда, там травматик…

Прав был Стасов. Составлять отчеты очень полезно».