Доказательство виновности - Чарлз Тодд

После того как экономка немного успокоилась, Ратлидж попросил позвать Джорджа.

Он находился на конюшне, где обычно держали машину. Как оказалось, на фронте Джордж служил авиационным механиком, а лакеем его взяли потому, что он хорошо разбирался и в автомобилях. Когда Ратлидж спросил, не было ли на автомобиле Френча вмятин или царапин, Джордж возмутился:

— Машина в превосходном состоянии! И никто не может сказать ничего другого!

— Готовы дать показания под присягой?

— Да, сэр, готов. То есть машина была в превосходном состоянии, пока стояла здесь. Но мистер Френч водит аккуратно; от него я получал машину точно в таком виде, в каком передавал ее ему.

— Где вы держите замшу, которой протираете машину? — спросил Ратлидж.

— Под передним сиденьем, сэр. Мистер Френч любит, чтобы фары и все хромированные детали сверкали. Он и сам не гнушается навести чистоту.

— Что-нибудь еще под сиденьем обычно лежит?

— Нет, сэр.

— Нет ли там дамского носового платка?

— Нет, сэр, ничего подобного там нет… Зачем мне дамские платки? А что, мистер Френч жаловался?

— Нет. Просто автомобиль мистера Френча мы нашли в Суррее, а с самим мистером Френчем связаться до сих пор так и не удалось.

— Вряд ли он далеко. Послушайте, неужели вы оставили его без машины?

Ратлиджу с трудом удалось успокоить Джорджа. Он очень обиделся за своего хозяина и готов был поехать в Суррей, чтобы искать его, хотя понятия не имел, где может находиться Луис Френч.

— Возможно, сэр, кто-то разыграл его, и он остался в глуши без автомобиля… Представляю, как он сейчас злится!

Ратлиджу пришлось заверить лакея, что ни о каком розыгрыше не может быть и речи.

Когда он уходил, Джордж стоял на пороге конюшни с видом человека, который потерял друга.

В голове у Ратлиджа не умолкал Хэмиш. Он напоминал: вмятина на крыле — еще не улика до тех пор, пока не докажут, что к днищу прицепился кусочек материи с брюк или пиджака мертвеца.

К тому времени, как Ратлидж приехал в Скотленд-Ярд, Гибсон уже успел вернуться. Они с сержантом встретились под лестницей.

— Что сказал Гудинг, когда увидел тело?

— Он его не знает. Уверен, что это не мистер Френч. Встревожил он меня, ваш Гудинг. У него так дрожали руки, что он с трудом сумел выйти из машины, когда я отвез его назад, в контору.

— Он думал, что увидит мистера Френча?

— Да, наверное, раз мы нашли автомобиль и заглянули к нему узнать, нет ли вестей от его хозяина.

— А если в Челси подбросили тело Трейнора? — задумчиво предположил Ратлидж.

— Я не спрашивал. Но Трейнора Гудинг знает; он бы сказал, когда я спросил, узнает ли он покойника.

Ратлиджу пришлось согласиться с сержантом.

— Как вам показалось, Гудинг говорил правду?

— Похоже на то. Ну и что нам теперь делать с машиной, сэр?

Ратлидж велел перегнать автомобиль Френча к его дому на Малхолланд-Сквер. Гибсон кивнул:

— Я обо всем позабочусь. Кстати, раз уж мы с Гудингом ездили на опознание, я захватил в морге пакет с вещами покойника, в том числе и его одежду.

— Давайте посмотрим. — По пути в кабинет Ратлидж рассказал сержанту Гибсону, что ему удалось узнать в лондонском доме семьи Френч.

— И вы верите экономке и лакею? — спросил, в свою очередь, Гибсон.

— В целом — наверное, да. У них нет причин лгать. Они дорожат своим местом. Кроме того, мистер Френч, похоже, не капризный хозяин. — Ратлидж открыл дверь своего кабинета.

У него на столе лежал большой коричневый пакет, перевязанный бечевкой.

Он разрезал бечевку и развернул оберточную бумагу. В пакете лежали туфли, носки, нижнее белье, брюки, подтяжки, рубашка, галстук и пальто.

Отложив мелочи в сторону, Ратлидж первым делом занялся туфлями.

Мысок одной туфли и бок другой оказались потертыми, что лишний раз подтверждало, если это нуждалось в подтверждении, что мертвеца куда-то волокли.

Потом Ратлидж разложил на столе брюки и внимательно осмотрел их. На одном отвороте он заметил затяжки, здесь и там прорехи, но нигде не был вырван кусок материи.

Он перешел к пальто и не сразу, но нашел то, что искал. На груди и рукаве присохла грязь. Пальто также свидетельствовало о том, что труп волокли по земле, — выдернутые нити, мелкие камешки. Шов у ворота чуть разошелся, дыру Ратлидж увидел, лишь отогнув воротник.

Он достал из кармана свернутый платок, извлек оттуда найденный под машиной кусок материи и приложил к дыре. Кусочек подошел идеально. Ратлидж осторожно коснулся дыры пальцем. Порвался не только верх, но и подкладка, хотя на рубашке, когда он ее осмотрел, никакой дыры в том месте не обнаружилось.

Сломалась ли шея у человека, когда пальто надорвалось, а потом, под тяжестью тела, кусок ткани оторвался?

— Убийство, да, сэр? — спросил Гибсон, заглядывая ему через плечо.

— А может, водитель испугался и решил скрыть следы преступления.

— Но кто сидел за рулем? Вряд ли наш покойник. Должно быть, мистер Френч. Вот почему ему пришлось избавиться от автомобиля. Помятое крыло — серьезная улика. Он наверняка понимал, что мы рано или поздно догадаемся: несчастного сбили в Эссексе.

— Если его сбил Френч, почему он просто не сообщил о происшествии? Луис Френч мог представить дело в любом выгодном для себя свете. Скорее всего, ему бы поверили.

Не успел Гибсон ответить, как Ратлиджа посетила новая мысль. Старый учитель Макфарланд вспомнил о человеке, который несколько десятилетий назад ворвался в дом Френчей и угрожал членам семьи. Что стало с незваным гостем?

Может быть, он до последнего времени сидел в тюрьме… Допустим, его наконец освободили. Он отбыл наказание за нападение на Хауарда Френча и его сына… Очень может быть, что он вернулся в Эссекс, лелея мысли об убийстве… или шантаже. Может быть, именно о нем Френч собирался побеседовать с Мэтью Трейнором? Может быть, преступник прислал ему письмо с угрозами?

Что, если убийца, терзаемый жаждой мести, случайно убил не того человека? Тогда понятно, почему Френч спрятался, бросив машину. Он не знает, к кому можно обратиться за помощью. Наверное, решил дождаться, когда в Англию прибудет его кузен. Потом Френч выйдет из укрытия и обратится в полицию… Если его ранили в схватке, возможно, он нашел себе убежище, где отлеживается до тех пор, пока не выздоровеет и не окрепнет.

Версия объясняла и то, почему Френч расстался со своими часами.

В голове у Ратлиджа заговорил Хэмиш, и его низкий голос с мягким шотландским акцентом показался Ратлиджу таким громким и гулким, что он невольно испугался. Что, если сержант тоже услышит голос и начнет вертеть головой, пытаясь понять, откуда он доносится?