День большого вранья - Екатерина Вильмонт

Рассчитывал, что я его найду?

Именно! Что мы вместе… Мы уже столько вместе провернули.

Круз, но ведь этим делом занимается милиция. Не проще ли…

Конечно, проще. Но они его не найдут! И вообще не станутзаниматься таким случаем, тем более он один. Скажут, что на фабрике ошибкавышла, что-то не то во флакон налили, и дело с концом. Не поедут же они воФранцию! Да и кто их на фабрику там пустит? И по том, понимаешь, если Веркакак-то замешана в истории с Марьяной… Лучше бы ментам про это не знать.

Да, тут ты, старичок, прав. Значит, придется нам этимзаняться. Только вот что. Давай пока никому ничего говорить не станем. А тодевчонки уже только про новые шмотки к Новому году думают, Стае вообще на ушахстоит, чтобы в полугодии оценки повыше были. Вот разве что Денис… Да, Денис намне помешает, но ты и к нему пока обращаться не будем. Попробуем для началасвоими силами обойтись. Кстати, Вера не говорила, Марьяна пока еще на свободе?

Ничего не знаю! Она не говорила. Но, думаю, если б ееарестовали, Верка бы здорово захандрила, они же близкие подружки.

Логично! А тебя-то к ней пускают?

Завтра обещали пустить.

Ты сможешь кое-что у нее узнать?

Попробую, если мама там не будет все время торчать. Нуничего, я как-нибудь исхитрюсь! А что спрашивать-то?

Во-первых, узнай, как дела у Марьяны, во-вторых, выясни всеобстоятельства знакомства с тем типом, а в-третьих… в-третьих, спроси, у когоони были на дне рождения в тот день, помнишь?..

Зачем это?

Сам не знаю, но чувствую тут какую-то связь.

Да какая там может быть связь? Ты не бредишь, Квитко?

Очень возможно, что это чистой воды бред. Но… в порядкебреда спроси, ладно?

Попробую!

И вообще понаблюдай за сестрой. Как она держится, не боитсяли чего-нибудь.

Понял! Ну и задачку ты мне задал. Если я хоть одну пятуюузнаю, и то хорошо будет!

Одной пятой мало, Крузейро! Ничтожно мало!

Да я понимаю… Но ты сам посуди, кто же мне даст стольковремени трепаться с Веркой без свидетелей? И потом, она ж не в отдельнойпалате.

Ох, вот об этом я не подумал. Плохо, очень плохо! А где оналежит?

В Склифе.

Она еще не встает?

Сегодня не вставала, а завтра… кто ее знает!

Короче, узнай, что сможешь! Но в палате будь оченьосторожен, не называй по возможности никаких имен, фамилий. И заодноприсмотрись к соседкам по палате. Может, кто-то вызовет подозрения…

И что тогда?

Скажешь мне, а мы что-нибудь придумаем!

Ох, Квитко, если бы ты мог сам пойти к Верке.

Но я же ей не брат!

То-то и оно. Боюсь, мне со всем этим не справиться. Может,ты пойдешь со мной?

Под каким предлогом, интересно?

А я скажу, что ты… экстрасенс!

Ну нет! Что угодно, только не это. Один раз уже я втравилхорошую тетку в это дело, а теперь сам на рожон полезу? Нет уж, Крузик,придется тебе одному управляться. В конце концов ничего страшного я от тебя нетребую. Что узнаешь — то наше!

Но что главней?

Главней? Главней всего погода в доме, как выяснилось, —засмеялся Петька. — Не трусь, Крузейро! Ты же храбрый парень, я тебе,можно сказать, жизнью обязан.

Да ну! Скажешь тоже, — махнул рукой Игорь. —Ладно, я попробую, что получится, то получится. Только ты меня не ругай, если ямало узнаю.

Как я вообще могу кого-то ругать после того, как сампровалил дело? Я просто морального права не имею!

Да брось ты! Ничего ты не провалил. Хорошо, я завтра с утрапопробую к ней прорваться, в неприемные часы. Я там сестричку одну молоденькуювидел, по-моему, она на меня глаз положила.

Правильно, Круз! Только Ольге про это не рассказывай, онарасстроится, — засмеялся Петька.

Да, отдых был недолгим! Когда Игорь ушел, Петька глубокозадумался. Интересно все-таки, что там у Скуратова делается? Может, позвонитьему? А почему бы, собственно, и не позвонить? Как-никак, но Скуратов дваждыобязан ему жизнью, а он, Петька, всего-навсего хочет узнать, как продвигаетсядело. Разве это так уж нескромно? Ерунда! Очень, даже скромно! Два-три вопроса,и все! И Петька наконец решился. Он набрал номер мобильного телефона. Скуратовотозвался почти сразу.

Слушаю!

Георгий Алексеевич?

Петя?

Я! Здравствуйте!

Здравствуй, дружище! Как жизнь?

Да ничего, спасибо. Скоро каникулы!

В школу-то ходишь?

Хожу, конечно! А как у вас?

— У меня? Да пока не очень понятно. Вот что, Петясейчас не могу говорить, давай, если хочешь, встретимся завтра утром ипоговорим! Как ты на это смотришь?

Положительно!

Вот и отлично! Давай я часиков в десять за тобой заеду, и мыгде-нибудь позавтракаем! Не возражаешь?

Нет!

Значит, договорились?

Договорились!

Петька был страшно рад. Еще бы! Завтра с утра он многоевыяснит, облегчив тем самым задачу Крузу. Кстати, надо ему позвонить. Игорьздорово обрадовался, узнав, что его задача значительно упрощается.

Значит, Петька, ты с утра поговоришь с Гошей, я с Веркой помере возможности, а потом нам надо встретиться и все обсудить.

Обязательно! Когда вернешься из больницы, сразу звони мне.

Вид у Георгия Алексеевича был измученный. Но Петьке онулыбнулся с искренней радостью.

Здравствуй, дружище! Сейчас мы с тобой поедем в одно славноеместечко и хорошенько позавтракаем, а то я за последние дни что-то оголодал,даже поесть нормально некогда!

Я вижу, вы опять на своем «Саабе». Значит, все в порядке?

Более или менее, во всяком случае, Димона взяли, причем споличным, когда он в очередной раз пытался заминировать машину, правда, не мою,а еще одного деятеля. Так что вы с Игорем не зря старались. Я хотел тебепозвонить, но потом подумал, зачем опять возвращать мальца к этой истории.

А в милиции вы сказали, что это мы его нашли?

Нет, друг, не сказал, не хотел вас впутывать.

Это правильно!

Значит, ты не обиделся?

Нисколечко!

Вот и славно!

Он затормозил у небольшого кафе, хозяин которого оказался старымприятелем Георгия Алексеевича. Он усадил их за столик и спросил: