Вкус ледяного поцелуя - Татьяна Полякова

– Ну и нравы в вашем городе, из-за поганой статейкичеловека убили. Если интересно, слушай дальше. Простившись с дамой, я наведалсяк девчушке, что состряпала статейку.

Я взглянула на него с уважением:

– Вот это размах.

– Ага. Так вот, девчушка утверждает, что пострадаланапрасно, задание выследить вас с братцем и отразить сей факт в газете онаполучила от самой мадам. Та весьма эмоционально внушала своим сотрудникам мысльо том, что газета должна быть острой. Дидонову, похоже, острота в случае стобой мало понравилась, и он лично звонил ее брату Боре, приносил извинения,только что хвостом не вилял. Обещал всех уволить, в том числе и мадам. ПотомБорю сбила машина, гроза утихла, и мадам забыла об угрозах.

Слушая Лукьянова, я непроизвольно хмурилась. Его рассказотлично вписывался в недавние фантазии Лялина. Похоже, он у нас и вправдупровидец. Возможно, я бы развила эту тему, но тут в дверь позвонили. Я пожалаплечами, потому что не ждала гостей. Если это Дед, то не вовремя. Впрочем, мысидим вполне благопристойно, отчего бы коллегам не поужинать вместе?

Я пошла открывать и обнаружила на пороге Колю.

– Заходи, – кивнула я, пропуская его вперед.

– У меня скверные новости, – коротко сообщил он, ая вновь пожала плечами.

– Иных и не жду.

Мы вошли на кухню. При виде Лукьянова Коля слегкарастерялся.

– Это дальний родственник, – сказала я. – ИзМосквы приехал, а остановиться негде.

– Ага, – обрадовался Лукьянов, – я на вашемрынке апельсинами торгую.

– На самом деле он в командировке, но пустьповыпендривается.

Коля к шуткам не был расположен, сурово посмотрел на меня исказал:

– Надо поговорить.

Мы прошли в гостиную, оставив Лукьянова на кухне.

– Так что за скверные новости?

– Кто-то видел меня возле Мишкиного дома.

– Что значит видел? Когда, кто? С чего ты это вообщевзял?

– Мне позвонили. На работу. Мужской голос спросил: “ВыСпартак?” – я ответил: “Да”. Тогда он сказал следующее: “Я знаю о вашейпричастности к смерти Дидонова и смогу это доказать”.

– Чушь, – фыркнула я. – Ну, был ты возледома, и что? Я тоже там была. Просто гуляли. А вот почему он связал убийство стобой и откуда он знает, что Дидонова убили? В новостях этого еще не было.

– Вдруг… – начал Коля, но, заметив мою усмешку,нахмурился. – Он назначил мне встречу. Велел принести деньги. Взамен онвернет улики.

– Какие улики? – разозлилась я.

– Черт его знает. Я ведь был в Мишкиной квартире, вдругчто-то оставил?

– Если оставил, я бы уже знала, не зря битых три часатам торчала.

– Этот тип мог оказаться там раньше милиции.

– Ты что-нибудь потерял? – спросила я сбеспокойством. – Паспорт, водительское удостоверение?

– Шутишь…

– Что такого ты мог оставить, что прямо указывало бы натебя?

– Не знаю, – вздохнул он. При этом Коля казалсятаким растерянным, едва ли не жалким. Он совсем сейчас не походил на Спартака,от которого млели все дамы.

Я посидела, поскребла затылок и вдруг решила: не худо бывстретиться с шантажистом. Очень может быть, что он неплохо осведомлен об обстоятельствахгибели Дидонова, и, если его хорошо поспрашивать, он не откажется намрассказать о них.

– Где должна произойти встреча?

– В Никольском переулке, в половине первого ночи.

– И что, он обещал прийти? – усомнилась я.

– Да.

Я взглянула на Колю, шантажист либо величиной с гору, либопсих, это я и заявила вслух.

– Псих, – кивнул Лукьянов, и мы обратили на неговнимание, он стоял в дверях и, должно быть, уже давно. – Шантажисты всепсихи, – пояснил он, давая понять, что наши тайны для него не тайны вовсе.Коля взглянул на него с сожалением, а я поспешила его утешить:

– Он просто выглядит придурком, а вообще-то вполненормальный парень.

Мы дружно посмотрели на часы – если хотели попасть навстречу вовремя, то следовало поторопиться.

– Я поеду с вами, – сказал Лукьянов таким тоном,точно все решал здесь он.

Коля нахмурился, не из-за того, что действительно имелчто-то против, его, как и меня, покоробило от убежденности Лукьянова, чтовозразить ему не посмеют.

– Пусть едет, – пожала я плечами. – Неизвестно,какой сюрприз ждет нас там, а Александр Васильевич у нас специалист потрудноразрешимым ситуациям.

На встречу с шантажистом мы отправились на машине Лукьянова.Идея эта принадлежала ему, и мне она показалась вполне здравой: мою или Колинумашину, скорее всего, знают. Коля, улучив момент, шепнул мне с недовольством:

– Ты уверена, что поступаешь правильно? – При этомвыразительно кивнул на Лукьянова.

– Я даже не уверена, что живу на свете. Но, хорошо знаяэтого парня, могу сказать: от нашего желания уже ничего не зависит.

– Чем же он так хорош? – спросил Коля с ноткойпрезрения в голосе.

Я пожала плечами:

– Сам увидишь, если побудешь с ним рядом достаточнодолгое время. И не задирайся с ним, во-первых, это бесполезно, во-вторых, онзлопамятен.

– Боюсь, мы все-таки сваляли дурака, – вздохнулмой друг. Лукьянов как раз садился за руль, и разговор пришлось прекратить.

Минут через двадцать пять мы прибыли к предполагаемому местувстречи. Скажу сразу, оно мне не понравилось: темный переулок, ни одного жилогодома, какой-то долгострой справа, гаражи слева и кирпичная стена, неизвестночто скрывающая. Лукьянов взглянул на часы.

– У нас есть несколько минут, чтобы оглядеться. –И он пошел оглядываться, а мы с Колей таращили глаза во тьму и пытались понять,чего стоит ждать от жизни.