Париж.ru - Елена Арсеньева

Вот же подсел он на этой загадке! Какое емудело до убитого человека по имени Сорогин, автора омерзительных рассказов?Книжка лежит сейчас у Вениамина под подушкой, и ему кажется, что оттудадоносится запах тления. В книжке было двенадцать рассказов – Вениаминознакомился только с пятью. Вот именно что ознакомился. Нормально читать этобыло невозможно, немыслимо. Он пролистывал страницы, выхватывая взглядом те илииные строки, и всякий раз желудок конвульсивно сжимался от отвращения, а ладонистановились холодными. Один рассказ назывался «Ада», в нем шла речь о компанииподростков, которые убили, зажарили и съели свою подругу. Другой назывался«Сезон охоты» и повествовал о том, как двое друзей заманили в ловушку случайногопрохожего, чтобы насладиться шашлыком из его печени. Третий – «В столовке» –был и в самом деле о школьной столовой, где варили супчик из детских костей.Четвертый – «Смертельная страсть» – о влюбленном, у которого умерла невестанакануне брачной ночи, так он пошел на кладбище, вырыл из могилы труп и долго,страстно сношался с мертвым телом. Пятый рассказ – «Преклонение» – повествовало некоем человеке, который настолько любил и обожал своего учителя, что кушалего экскременты. С наслаждением и почтением...

– Бр-р-р! – громко сказал Веня исел, помахав перед носом руками, как если бы мысли его вдруг обрели отчетливыйзапах. Что характерно, вывихнутая психология рассказов Сорогина произвела явноевпечатление на его психику. Ему казалось аморальным не убийство человека – онсчитал аморальными поиски убийцы. Общество должно быть благодарно тому, ктоизбавил его от этой раковой опухоли по имени Владимир Сорогин! И Вениаминуказалось страшно несправедливым, что кто-то будет наказан за воистину благоедеяние. Особенно обидно, если и в самом деле пострадает Холмский – потому чтопарень Белинскому очень понравился. Вдобавок он до такой степени не был похожна убийцу...

– Ну ладно, – проворчалВениамин. – Не похож – и прекрасно. И чудесно! Мне-то какое дело?! Я-то чегосуечусь? Что со мной-то происходит?!

Он и в самом деле суетился, он не мог найтипокоя. Он почему-то чувствовал себя замешанным в это дело и обязанным егоразрешить.

В общем-то в глубине души Вениамин знал ответна этот вопрос. Ответ заключался в зависти. Да, да, это очень дурное, позорноечувство, однако Веня мучился от него уже несколько лет. Все началось года триназад, когда пропала невеста Коли Сибирцева и он позвал друга Веньку на помощь.Они тогда под видом врачей «Скорой» (в смысле, воспользовавшись служебнымположением!) вломились в дом к местному авторитету Родику Печерскому и,заморочив голову охраннику, отыскали молодую женщину. Теперь, как уже былоупомянуто выше, Николай Сибирцев состоял в счастливом браке и не переставалблагодарить Вениамина за своевременную помощь. Потом приключилась эта история сАндреем Струмилиным, который сначала запутался в двух сестричках-близняшках,одна из которых была грешным ангелом, а другая – непорочной дьволицей.Благодаря Андрею была спасена уникальная картина Серебряковой, которую пыталисьвывезти из какого-то провинциального музея, а он вернулся из этого городишки спростреленным плечом – и женатым на ангеле. Потом доктор Алехан Меншиковсвязался с каким-то подозрительным типом, подцепившим редчайшую болезньАддисона в такой форме, что лицо его напоминало бронзовую маску. Оказывается,его из мести отравляла мышьяком девушка, которую он считал приемной дочерью.Меншиков не только выяснил причину мести («бронзовая маска» некогда убил отцадевушки), не только разоблачил преступницу, но в конце концов женился на ней![13]

Разумеется, Вениамин завидовал не тому, чтовсе его три друга нашли себе спутниц жизни таким романтическим способом. Онсчитал свой брак вполне удачным, и даже если верность Инне особенно не хранил,то расставаться с женой ни под каким видом не собирался. Но он умирал отзависти потому, что с ребятами происходили какие-то невероятные истории,которые благополучно закончились только благодаря их мыслительным усилиям. Аведь Венька был старше, опытнее их, он раньше пришел в «Скорую», он обучал их,можно сказать, азам ремесла, он не раз покровительственно качал головой в ихадрес, приговаривая: «Наберут детей во флот...» А теперь эти салажата обошлиего, старого медицинского волка!

Ему не требовалось признание, медаль «Заохрану общественного порядка», музыка-туш и бурные, продолжительныеаплодисменты. Ему нужно было доказать себе, именно себе, что он, ВениаминБелинский, сможет, что не слабо ему сделать то, что с такой легкостью сделалидрузья!

Нет, а почему он даже перед самим собой ищеткаких-то оправданий столь естественному желанию, как стремление распутатьпреступление? Ведь даже если ничего не получится, никто об этом не узнает! Такделай то, что тебе так хочется сделать! Нереализованные желания, как говорят,угнетают психику.

Вениамин выбросил из-под подушки омерзительновоняющую книжку, устроился поудобнее – и приступил к реализации своего желания.Чтоб не угнетало.

С каких слов начинается всякое расследование,если верить детективным романам? Со слов: «Значит, так...»

Значит, так... Убит человек по имени ВладимирСорогин, скандальный писатель. Предполагаемый убийца – некий Д.К. Холмский,бесследно исчезнувший агитатор из штаба кандидата Ломова. Можно поручиться, чтомилиция отрабатывает именно этот след. Но задача Вениамина – внутренняязадача! – не просто распутать это преступление, а доказать, что Холмскийтут ни при чем.

«А если при чем? – спросил чей-то каверзныйголос – как показалось Вене, это был голос его собственного здравогосмысла. – А если именно Холмский прикончил Сорогина? Получается, ты будешьдоказывать, будто черное – это белое?»

Ну и в пень! Ну и буду доказывать!

Значит, так... Надо как можно больше узнать обэтом самом Сорогине. Адрес, семейное положение и все такое. То же самое надоразузнать о Холмском. Это для начала. Потом поискать между ними точкисоприкосновения. Если их нет – тем лучше. Вполне может быть, что папкаХолмского попала в квартиру Сорогина совершенно случайно. К примеру, Холмскийзабыл ее в маршрутке, в троллейбусе, да мало ли где?

Короче, сначала надо выяснить домашние адреса.