Властелин на час - Анна Данилова

– Какой кошмар… Бедная Вероничка… Хорошо, давайте встретимся… Где?

Шубин объяснил.

– А меня пропустят?

– Я предупрежу… Когда вы приедете? Я встречу вас у входа в хирургическое отделение… Моя фамилия Шубин. Игорь Шубин, запомнили?

Она приехала почти через час. Шубин стоял возле окна между этажами и курил; увидев поднимающуюся по лестнице молодую женщину в красном платье и наброшенном на плечи белом халатике, он почему-то сразу понял, что это Лариса.

– Вы Шубин? – спросила женщина. Узкое напудренное лицо, большие темные глаза, ярко накрашенный рот. Красива и немного вульгарна.

– Да, а вы Лариса? Спасибо, что приехали…

Они устроились на диванчике в коридоре. Лариса начала рассказывать сама.

– Понимаете, я очень благодарна Веронике за то, что она предупредила меня об этом Максе… Вы так смотрите на меня… наверное, не понимаете, о ком я говорю… Макс – это клиент. Вы же понимаете, чем я занимаюсь?

Шубин лишь кивнул головой. Ему было не по себе… Словно все из окружения Вероники занимались только этим.

– Вообще-то, мы встретились с Вероникой не из-за него, она попросила меня узнать о Саблере, о том, что думают его сослуживцы по поводу его убийства… Я довольно много времени провожу с людьми, которые очень хорошо знали Сережу, я, если так можно выразиться, обслуживаю этот банк… Вернее, у меня три клиента, работающие в этом банке. Все эти люди состоятельные, семейные, с виду положительные… Но Саблер никогда не был моим клиентом, он вообще был человеком скромным и очень достойным. Все были потрясены тем, что его убили. С его профессией это никак не связано, это точно. В личной жизни тоже было все более-менее спокойно. Мне удалось узнать, что он был женат, но лет десять тому назад, и детей у него не имелось. Его бывшая жена сейчас замужем, у нее семья, она вообще не встречалась с Саблером все эти годы… Один человек сказал мне, что Сережа был влюблен в женщину, у нее двое детей. Что это настоящие, серьезные отношения, что он собирался жениться на ней. Ни о какой другой женщине и речи не было. В его кабинете, в офисе на столе стоит фотография этой женщины, Нади… Говорят, что она очень красивая. Так что убийство Саблера для всех является загадкой. Вот именно с этим вопросом ко мне и обратилась Вероника. Потом мы вспомнили Машу, нашу общую знакомую, которую тоже убили… Я сказала ей, что к этому убийству приложил руку Милютин, на что она ответила мне, что Машку зарезал Жолкевич… то есть Макс… А я как раз встречаюсь с этим Максом, правда, очень редко… У него ярко выраженные садистские наклонности, об этом знают все, но он хорошо платит… Понимаю, вы слушаете меня и удивляетесь… Но каждый зарабатывает деньги как может. Я не стану оправдываться перед вами, что такая вот бедная-несчастная, что меня кто-то заставил, что жизнь так сложилась… Нет, меня никто не заставлял. Я сама давала объявления в Интернете, в газетах… У меня красивое тело… И мне нравится этим заниматься. Но рано или поздно я, конечно, оставлю это занятие, выйду замуж… У нас многие выходят замуж, рожают детей и потом становятся настоящими клушками, примерными женами! Я отвлеклась. Понимаете, Вероника предупредила меня, что Макс может меня убить, зарезать, и, надо сказать, я испугалась… Поехала домой и долго думала перед тем, как позвонить ему… А у нас с Максом была договоренность, еще с той недели, что я позвоню ему и скажу, когда свободна. Я и позвонила…

Шубин слушал, не перебивая. Он и сам звонил на квартиру этому Жолкевичу, потом поехал к нему домой, но его дома не оказалось. Значит, Лариса действовала параллельно…

– Но никто трубку не брал. Тогда я позвонила одной своей знакомой, она тоже с ним время от времени встречалась… Так вот, Игорь, Макс Жолкевич умер. Неделю тому назад. Вскрыл себе вены. После смерти в его комнате нашли конверт, а в нем фотографии… В том числе и Машкины, где она вся изрезанная… Вот я и позвонила Веронике, чтобы сказать ей спасибо… я же не верила, что она мне про него рассказывала. Но вы сказали, что в Веронику стреляли? Кто? Я тоже думала всю дорогу… Как она сейчас? К ней можно?

– Она еще в себя не пришла… потеряла много крови… Вот, дежурю здесь, жду…

– А вы ей кто? Хотя… Можете не говорить. Если дежурите, значит, не чужой человек. Знаете, Вероника – хорошая девчонка. Умная. Просто ей такой подлец попался… Я так рада за нее, что ей удалось изменить свою жизнь… Что я могу для вас сделать?

– Помолитесь за нее, – тихо произнес Шубин. – А за информацию спасибо…

Говоря это, он подумал о Веронике, решившей свой первый рабочий день начать с активных поисков убийц Саблера, Маши Емельяновой, и ему снова стало трудно дышать… Она так хотела быть полезной, что, помимо своих непосредственных обязанностей секретаря, стала действовать самостоятельно… Встретилась вот с Ларисой. И в первый же рабочий день ее чуть не убили. Кто? За что?

В дверях появилась знакомая медсестра. Она улыбалась, и он понял: Вероника очнулась…

– Она пришла в себя и хочет видеть вас. – Эти слова вызвали в нем такую реакцию, что он не помнил, как бежал по длинному коридору, скользя бахилами по плиткам пола, едва не сбив идущего навстречу пациента в пижаме, с загипсованной рукой. Она жива, билось в его груди, она в сознании и хочет меня видеть, именно меня!

Перед дверью в палату он остановился, чтобы немного успокоиться, прийти в себя. Пот струился по лицу, капал на халат… Он уже не помнил про Ларису, которую оставил где-то там, далеко, на диванчике.

Он раскрыл дверь и на цыпочках двинулся к кровати, на которой лежала Вероника, такая маленькая, бледная, с разметавшимися по подушке черными кудрями. Из-под тонкого одеяла выступало туго забинтованное плечо. Он подумал: плечо – это не сердце, не легкие…

– Вероника, – он склонился над ней, увидел ее полуоткрытые глаза, сиреневые губы и поцеловал ее в щеку. – Как ты?

– Вот теперь… – прошептала она, и из уголков глаз покатились слезы, впитываясь в подушку, – теперь, когда ты пришел, все хорошо…

– Ты видела, кто в тебя стрелял?

– Он был в черной шапке, надвинутой… с прорезями… лица не видно… Так все быстро…

– А теперь слушай меня: тебя ранили в плечо, понимаешь? Выбрось из головы все дурные мысли и копи силы, они тебе понадобятся. Ты просто потеряла много крови. Жизненно важные органы не задеты. Если бы я приехал раньше… Вероника, родная моя, кто мог в тебя стрелять? Подумай…

– Я подумаю.

Вошедшая в палату медсестра вежливо попросила Шубина выйти.

– Вероника, Жолкевич умер, так что твоей подружке теперь ничто не грозит… Ты понимаешь, о ком я?

– Да… – просипела она. – Игорь…

Он вдруг бросился к ней, схватил за руку и поцеловал ее:

– Вероника, я люблю тебя… Отдыхай, а я здесь, рядом…

– Ты иди… Поспи, и я посплю… Утром приезжай… Я тоже тебя люблю. Я уже не смогу без тебя, слышишь?

– Не плачь…