Визит черной вдовы - Марина Серова

На меня накатила полная паника. Ясно: гибель бывшего водилы — дело рук Курбатова. Решил не терять времени даром и обработать всех, имеющих отношение к семейству Пальцевых.

Курбатов ради устрашения Сашки и Аллы Борисовны убрал самого беззащитного человека, простого шофера. Если так — то можно не сомневаться в серьезности его намерений! Он будет идти по трупам, не оглядываясь…

Господи, что он сделает с Катькой и Аркашкой, которые наверняка просмотрели эту злополучную кассету? И что будет с Пальцевой и ее сыном, если кассета не ляжет вечером ему на стол? Курбатова надо срочно остановить, и, кажется, я знаю, как это сделать.

Ненужная уже Мишке «Скорая» отъехала, усиленно зашныряла вокруг милиция, и я поскорее пошла к машине, чтобы не вызвать ни у кого подозрения своим странным видом. Плюхнулась на сиденье и посмотрела на Игорька.

— Мишке-то — каюк! — Я сняла с головы фуражку.

— И что ты планируешь дальше? — спросил Игорь после минуты молчания.

— Остается только один выход — клин вышибают клином! — Я достала из сумочки свой диктофон, перемотала кассету и нажала кнопку.

Тишину прорезали тигриное рычание Курбатова и слезные мольбы Пальцевой. Когда речь дошла до «мудака Феди», Игорь вытаращил глаза:

— Ты хоть понимаешь, что это такое?!

— Я-то понимаю! Скажи мне, когда губернатор выходит на работу?

— Думаю, завтра он будет в правительстве!

— Вот и отлично. Завернем эту кассетку в красивую бумажку, завяжем ленточкой на бантик — и пусть этот подарочек ляжет ему на стол! Небольшой привет от его лучшего друга Вити Курбатова!

— Ох, Татьяна, как ты себе это представляешь? Я, конечно, могу войти к губернатору с докладом, но класть на стол такие подарочки!..

— Если не положишь ты — положу я! Прямо сейчас к нему поеду и положу под подушку — он еще дрыхнет без задних ног!

— Танька, не пори ерунды — тебя прихлопнут еще у ворот. Давай сюда — я знаю, что сделаю. Будет ловкость рук — и никакого обмана!

— Но как, Игорь?!

— А так, все равно мне завтра относить ему кое-какие бумаги. У него на столе столько всяких чернильниц, глобусов и разных штучек, что там можно беспрепятственно подложить бомбу. Федя ничего не замечает у себя под носом — его взор устремлен в перспективу.

— Будь осторожен! — попросила я, глядя на Игоря глазами влюбленной норки.

Но все это произойдет только завтра! А сейчас мне надо до вечера спасти четверых! И любой ценой разыскать Катьку.

Надежды выведать что-либо у Мишки больше нет. Как больше нет и самого Мишки. У меня остался последний вариант. Но для этого мне надо переодеться во что-нибудь приличное.

— Игорь, отвези меня домой, и дальше я стану действовать сама, я больше не могу тебя эксплуатировать!

— Откуда вдруг такой приступ совестливости? — спросил он с улыбкой. — С тех пор как я строчил за тебя контрольные, такое на тебя нападает впервые!

Меня немного пристыдили, и я легонько хлопнула Игоря по руке:

— Не припоминаю, чтобы ты когда-нибудь возражал против подобной помощи.

Он довез меня до моего подъезда и на прощание наградил таким нежным поцелуем, что мне захотелось послать к чертям собачьим все расследование.

— Ну, пока, Танюша, мне надо и на работу наведаться. С твоей же Климкиной разбираться!

Ох, я и забыла про эту несчастную дамочку. Да, дел у нас невпроворот. И мне тоже пора на работу, гори она огнем!

— Ты только не забудь упаковать кассетку как следует, с бантиком! — напомнила я.

— А бантик зачем?

— Для красоты. — Ничего эти мужики не понимают! Все должно быть красиво! Даже если это компромат — незачем заворачивать его в старые газеты.

Я выбралась из машины и долго смотрела вслед его желтой «десятке». Перед моим внутренним взором возник образ его жены в виде мадонны с двумя младенцами. Черт, я не должна об этом забывать!

Я развернулась и решительно пошла в свой подъезд, вновь производя фурор на лавочке, где уже приступила к несению боевого дежурства гвардия соседских старушек. Конечно, вчера вечером я прошествовала мимо них в наряде средневековой куртизанки, а утром возвращаюсь в одеянии охранника! Да, работа частного детектива заставляет порой пренебрегать общественным мнением!

Моя квартира дышала безмятежным покоем. Больше всего мне хотелось соединиться с родной кроватью, но это теперь было непозволительной роскошью. У меня есть десять минут на душ и переодевание.

Я быстренько искупалась, смывая с себя все невероятные ночные приключения. Торопливо подкрепилась чашечкой кофе с бутербродами. Надев любимые джинсы, удобную голубую майку и кроссовки, я почувствовала себя нормальным человеком. Вот такую одежду я люблю! А бегать в золотых корсетах и на тонких каблуках — увольте, это не по мне.

В своей родной одежде было так хорошо и удобно, особенно после солдатского обмундирования, что я сделала несколько легких прыжков по коридору, совмещая их со взмахами ног. Эх, и классно же я отбрыкалась от любвеобильных азиатов! Я повторила этот приемчик, чуть не задев ногой плафон над зеркалом. Задрожал шкаф. Так, Таня, хватит тут прыгать, пора идти за машиной. Как там она, бедная, ночевала на стоянке?

Хотя… Я остановилась на полпути к двери, вернулась и достала свой мешочек с любимыми костями. Не пора ли обратиться к Провидению?

Я перевела дух, собралась с мыслями и сформулировала вопрос: «Лежит ли путь к поиску Катьки и Аркашки через Александра Пальцева?»

Выпало сочетание 27+4+23, что означало буквально следующее: «Только женщинам простительны слабости, свойственные любви, ибо ей одной обязаны они своей властью».

Так-с, интересно! У такого неопределенного ответа на мой вопрос есть как минимум два аспекта. Это может означать слабости самой Катьки, из-за которых и заварилась вся эта каша. А если здесь ключевые слова «только женщинам простительны слабости любви»? Значит, мужчинам эти слабости непростительны. Но тем не менее встречаются они и у мужчин! А поскольку Александр Пальцев у нас лицо чисто мужского пола, то его слабости непростительны. Кажется, мне даже знакомо имя этой его «слабости».

По справочной я узнала номер автосалона на Соколовой горе и позвонила туда, деловым голосом спросив директора. Директор должен был появиться через полчаса. Я вскочила и, сунув пистолет в сумку, а лицензию в карман, покинула родное жилище.

Моя машинка сиротливо прикорнула в углу стоянки, и мне стало ее так жалко! «Ничего, моя хорошая! — думала я, заводя мотор. — Больше я тебя не покину! Только придется мне шлепать в автосалон пешком, а тебе подождать неподалеку. Если меня в этой футболке и без макияжа они не признают, то вот тебя-то опознают точно!»

Всю дорогу до Соколовой горы я нервничала, развлекая себя сигаретками и выкручивая по радио веселые песенки. Сашка Пальцев — моя главная надежда! Сбежавшие любовники наверняка нашли прибежище в какой-нибудь деревне, куда Аркадий раньше сопровождал своего хозяина во время загородных прогулок.