Изящное искусство смерти - Дэвид Моррелл

О богатстве лорда свидетельствовала его одежда — ткань и покрой платья были настолько совершенными, что Райан ощущал себя едва ли не оборванцем, хотя и надел единственную свою хорошую одежду: приличествующие ситуации серые брюки, такого же цвета жилет и опускающийся до колен черный пиджак. В соответствии с тогдашней модой к низу брюк были пришиты штрипки, которые надевались на ботинки и препятствовали появлению на штанах складок. Все это было жутко неудобно, ноги казались деревянными, особенно когда он сидел, и Райан мечтал поскорее снова надеть свободную повседневную одежду.

Рядом с Райаном расположился комиссар полиции сэр Ричард Мэйн. В углу примостился ведущий протокол беседы секретарь министра. Возле закрытой двери кабинета застыл телохранитель Палмерстона — отставной полковник Роберт Бруклин. Когда-то давно на лорда было совершено покушение, и он решил в дальнейшем оградить себя от подобных происшествий. Бруклин, за плечами которого было двадцать лет военных действий в Индии и Китае, являлся более чем подходящим охранником для великого человека.

— Когда произошли убийства на Рэтклифф-хайвей, я был членом кабинета, — начал Палмерстон. — Я хорошо помню, как всю страну охватил ужас и как министерство внутренних дел оказалось бессильно контролировать ситуацию. Сейчас, когда я стою во главе этого ведомства, я не допущу повторения паники. — Он ткнул перстом в солидную стопку газет на столе — пять дюжин изданий, выходивших в Лондоне. — Истеричный тон всех этих репортажей приведет к новым инцидентам вроде беспорядков, что случились в субботу ночью. Инспектор Райан, я так понимаю, что вы дважды оказались в них замешаны.

— Да, ваша светлость. В первый раз толпа посчитала, что я — убийца, и набросилась на меня.

— Да уж, — хмыкнул Палмерстон, глядя на рыжие волосы инспектора.

— Потом гнев толпы обернулся против другого человека. Нам с трудом удалось спасти его от серьезных увечий, а возможно, и от смерти.

— Не помню, чтобы вы о нем говорили, и из этого заключаю, что люди ошиблись.

— Да, ваша светлость. Он не убийца.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Как отрадно слышать, что кто-то в чем-то абсолютно уверен. А что насчет малайца?

— Оказалось, что он не владеет английским, ваша светлость. Министерство иностранных дел прилагает все усилия, но пока не удалось найти никого, кто бы говорил по-малайски.

При упоминании министерства иностранных дел, которое Палмерстон прежде возглавлял (и которое, по слухам, продолжал контролировать и в своей нынешней ипостаси), лорд еще больше оживился.

— Мы заключили малайца под арест, — добавил Райан, — но размер его ноги не совпадает с размером убийцы. Я склонен полагать, что он не замешан в преступлении; скорее всего, ему просто заплатили, чтобы он доставил письмо.

Палмерстон нетерпеливо покачал головой и устремил испепеляющий взгляд на комиссара Мэйна.

— Какие шаги предпринимаются, чтобы убедить население в безопасности лондонских улиц?

— Ваша светлость, все детективы и констебли работают сверхурочно. Выходные дни отменены. Мы удвоили количество патрулей. Со слов свидетельницы у нас есть описание подозреваемого: это был высокий человек с желтой бородой, одет в матросское пальто и шапку.

— Что за свидетельница?

— Проститутка.

— Проститутка, — мрачно повторил Палмерстон.

— Мы просмотрели архивы Скотленд-Ярда, не обнаружится ли в них преступник, носивший бороду такого цвета.

— И?

— Единственный преступник, подходящий под это описание, умер три года назад, — сообщил комиссар.

— Моряк, ходивший в плавание на Восток, вполне мог бы говорить по-малайски, — предположил лорд. — Также он мог знать, на каких прибывающих в лондонский порт судах возможно найти малайского матроса. Но если убийца и в самом деле моряк, что, если он снова отправился в море?

— Да, ваша светлость, — кивнул Мэйн. — Констебли проводят розыски в доках. Если кто-нибудь вспомнит моряка с соответствующими приметами, мы следующим судном отправим сообщение, чтобы предупредить власти порта, в который он направляется.

— Так пройдут недели или даже месяцы, и к тому времени убийца давно может оказаться на другом судне, — раздраженно бросил Палмерстон.

— Да, ваша светлость. Пока телеграф не достиг заморских территорий, наши возможности ограниченны.

— В данном случае я бы предпочел, чтобы телеграф вообще не изобрели. Полковник Бруклин, ваше мнение на сей счет?

Стоявший в положении «вольно» Бруклин, человек с решительным взглядом, ответил:

— Он здорово помог в Крыму, ваша светлость. Командиры могли передавать приказы с необычайной скоростью.

— Но это не помешало двум идиотам, Реглану и Кардигану, устроить ту авантюру с атакой легкой кавалерийской бригады. Если бы я до сих пор возглавлял военное ведомство, я бы немедленно освободил обоих от должностей. Сначала Реглан отдает нечеткий приказ, а потом Кардиган очертя голову мчится в атаку со своей кавалерией, не имея точного представления о поставленной задаче, но мечтая выйти в герои. А после того как бригада была практически уничтожена, он устроил себе обед с шампанским на собственной яхте, стоявшей неподалеку в гавани. Благодаря телеграфу о произошедшем за тысячу миль моментально стало известно в стране, и головотяпство этих «вояк» едва не привело к падению кабинета. Сорок три года назад новость об убийстве распространялась по Британии с почтовыми каретами в течение нескольких дней. Вчера же телеграф разнес сообщение о субботней резне во все города еще до того, как газеты с репортажами об убийстве погрузили на поезда. На улицах собираются люди. Многие вооружены. Информаторы докладывают мне, что единственная тема разговоров сейчас — как бы побыстрее улизнуть с работы, лишь бы успеть добраться домой до того, как на город опустится туман. Более того, паника охватила не один только Лондон. Вся страна находится в ужасе, и именно я должен успокоить людей.

— Ваша светлость, — сказал Райан, — есть еще одна возможность, которую мы рассматриваем.

— Я вас слушаю, инспектор.

— Судя по обнаруженным отпечаткам, обувь убийцы не была подбита гвоздями. Отсюда следует вывод: скорее всего, он не из простолюдинов. Бритва, которую я нашел, почти наверняка та самая, которой он перерезал горло жертвам. Рукоятка у нее сделана из слоновой кости, и весьма искусно. Сталь — высокого качества. Очень дорогая вещь. И это также говорит о том, что убийца не из работяг.

— Перестаньте говорить отрицаниями, инспектор.

У Райана кровь прилила к щекам.

— Ваша светлость, мы должны рассматривать вероятность того, что убийца — человек образованный и с достатком.

— Рассматривать… Господи, вы сами-то понимаете, что это невообразимо? Бритву наверняка украли. Человек образованный и не из бедных просто не мог совершить столь чудовищное злодеяние! Такая бессмысленная жестокость… Нет, вздор. Это, безусловно, дело рук человека из низов. Или наркомана.