Амплуа девственницы - Татьяна Полякова

— Анечка, но ведь это прекрасно. Я хотел сказать… Аня,я тебя люблю, — выпалил он и замер с открытым ртом.

«Врешь», — очень хотелось ответить мне, но я сдержаласьи в очередной раз покраснела от злости.

— Ты так очаровательно краснеешь, — зашепталГришка, вновь заключая меня в объятия, но я отстранилась. — Чтоскажешь? — испуганно спросил он.

— По поводу чего?

— Аня, я только что признался тебе в любви.

— Все это так неожиданно…

— Это все, что ты мне можешь сказать?

— Мы знакомы сутки, — напомнила я, чтобы он неочень-то увлекался.

— Какое это имеет значение? Ты Веришь в любовь спервого взгляда?

— Верю. Но все-таки не стала бы торопиться. Я не хочусовершить роковую ошибку.

Потратив еще минут пятнадцать на разговоры в том же духе, мыотправились вместе обедать, чтобы лучше узнать друг друга. Я задала рядвопросов, от которых Гришка позеленел, к примеру: чем он занимается? Так какничем полезным он в настоящее время не занимался, если не считать моегоохмурения, то на вопросы отвечал неохотно, поспешно переходя на описание своихчувств ко мне. После обеда он проводил меня до работы и взял с меня честноеслово, что я позвоню, как только освобожусь. Мы наконец-то расстались, и я соблегчением вздохнула.

Сотрудники встретили мое появление понимающими улыбками, иэто меня разозлило. Я сидела в кабинете, разглядывая стену напротив, и вдругвспомнила о банковском ключе. Я о нем и раньше не забывала, но тут вдругподумала, что быть богатой совсем неплохо. Сто тысяч, конечно, деньги немалые,но ведь это не предел мечтаний? Любопытно, что Арсений спрятал в ячейке? Ясно:что-то ценное.

Но что? Я размышляла над этим, увлекаясь все больше ибольше, и вскоре поняла: я не успокоюсь, пока не узнаю, что там. Арсений послалмне ключ, чтобы я его сохранила. Если ключ он отправил мне, логичнопредположить, что и документы на аренду ячейки хранить дома тоже не стал,возможно, послал кому-то из друзей.

Поломав над этим голову, я решила, что эту версию не худо быпроверить. Как проверить, я пока не знала, впрочем, как и не знала друзейАрсения. Мне был известен лишь один: хиппи Козлов, покончивший жизньсамоубийством, в действительности слетевший в балкона не без чьей-то помощи,если верить его соседу. Правда, я видела еще двоих парней в кафе за однимстолом с Арсением и Козловым, но кто они и где их искать? Кафе находилосьнеподалеку от дома, где жил Козлов. Очень возможно, что бывал он там не раз иего хорошо в заведении знают, а может, не только его, но и друзей, с которымион был там в тот вечер.

Воодушевленная этими мыслями, я покинула офис и отправиласьв кафе. При свете дня оно выглядело прямо-таки скверно и вполне соответствовалоопределению: «забегаловка».

Приткнув машину возле аптеки, я направилась к дверям,которые не мешало бы покрасить. По дороге я быстро растеряла свой оптимизм.Народу в зале было немного, вонь стояла ужасная, и сквозь дым предметыразличались с трудом. Я прошла к стойке, взгромоздилась на высокий табурет ипочувствовала себя идиоткой. Фантазируя в офисе, я заводила беседу с барменом илегко выуживала необходимые сведения, в действительности же понятия не имела,как начать разговор, но и бежать отсюда сломя голову не могла. Ясно, что лишьтолько я окажусь в машине, почувствую себя еще большей дурой. Уж еслипритащилась сюда, надо хотя бы попробовать что-то узнать.

Я вздохнула и отчаянно попросила чашку кофе.

Бармен, парень лет двадцати пяти, высокий, загорелый, в белоснежнойрубашке и бабочке, которая так не вязалась с убогим видом заведения, взглянулна меня с удивлением.

— Что, кофе у вас нет? — испугалась я. Если нет,придется брать пиво, а я его терпеть не могу, но не водку же пить?

— Есть, — торопливо ответил он, переместилсявправо, где у него была кофеварка, и стал возиться там, поглядывая на меня.Наконец он не выдержал и спросил:

— Вы у нас впервые?

— Нет, — ответила я.

— Наверное, заходили не в мою смену.

— Возможно. — Я посоветовала себе бытьпословоохотливее и для начала улыбнулась. — А вы здесь давноработаете? — спросила я, когда бармен поставил передо мной чашку.

— Три года. Жду место, на днях должноосвободиться, — сообщил он с достоинством.

Я опять улыбнулась, тем самым давая понять, что очень за негорада.

— Можно еще кофе? — поинтересовалась я, он кивнули снова начал колдовать у кофеварки, поглядывая на меня с еще большиминтересом.

— Кого-то ждете? — подумав, спросил он, а ярешительно ответила:

— Ищу одного парня. Он сюда заглядывает с друзьями.

— Да? И как его зовут?

— Арсений.

— Никогда о таком не слышал, — покачал головойбармен.

— Он взял у меня деньги, аванс. Обещал отремонтироватьофис и пропал, — напропалую врала я, надеясь, что парень не особый охотникцепляться к словам красивой девушки.

— Вот как, — сочувственно сказал он. — Надобыть осмотрительнее.

— Его знакомый привел. Давно не виделись, а тутвстретились в кафе, я ему про ремонт и рассказала.

Порекомендовал мне этого Арсения. Теперь он исчез.

— А друг что говорит?

— Ничего. Друг на днях погиб.

— Надо же… — В его голосе появилось сомнение.

— Он, кстати, тоже к вам заходил. Собственно, мы здесьвстречались, когда о работе договаривались.

— А друга как зовут?

— Козлов Ярослав.

— Славка? Это который с балкона свалился? —нахмурился бармен.

— Ага, — кивнула я с разнесчастным видом.

Он перегнулся ко мне и шепнул:

— Поговаривают, что помогли ему.

Я отпрянула в испуге и даже огляделась.

— Кто?

Бармен пожал плечами:

— Парень он.., как бы это выразиться.., о покойникахплохо не говорят, но этот был неудачник.