Девять с половиной идей - Антон Леонтьев

Эрик подошел к Инне, взял из ее рук измазанный в крови шарф, швырнул его в огонь. Затем протер пистолет концом скатерти и бросил около трупа. Инна обратила внимание на то, что его руки обтянуты коричневыми перчатками.

– По-моему, ты читала много детективов, пора бы знать, что еще Уильям Хершелл во второй трети девятнадцатого века, живя в Бенгалии, заметил, что у каждого человека свой узор папиллярных линий. Так что перчатки – это так же естественно, как и платок при насморке. Итак, вроде бы все как надо. Пусть милиция ищет, ничего не найдет. Поехали…

Выйдя в темный двор, Инна увидела машину. Эрик помог ей сесть на переднее сиденье, и они рванули с места.

– Отсюда до «Шереметьево-2» добрый час езды, так что времени впритык.

– И куда мы полетим? – спросила она, видя, как он умело управляется с автомобилем.

– В Швецию, Инна, на мою вторую родину. В страну Бенилюкса и истинной социальной экономики. Кроме того, там не задают много вопросов и каждый живет в свое удовольствие. Ага, стой.

Машина затормозила, он, схватив ее чемодан с одеждой, выбежал, и Инна услышала всплеск в какой-то речушке.

– Все в порядке, – сказал Эрик, возвращаясь. – Можем продолжать путь. Скоро речка затянется льдом, а к весне твои вещи станут илом. Они тебе больше не понадобятся.

– Но все же… – начала Инна.

– Итак, мое объяснение. Мы летим в Швецию. Документы для тебя – не проблема, надо только заехать к одному старинному другу, и ты получишь паспорт гражданки Шведского королевства, подданной Его Величества Карла Шестнадцатого Густава Бернадотта. Потом, под моим руководством, ты станешь самой лучшей и высокооплачиваемой женщиной – наемным убийцей в Европе, возможно, даже в мире. Как тебе такая перспектива? – Эрик улыбнулся, и Инна отметила, что улыбка у него обаятельная и беспечная.

– Но почему я?

– Потому что ты мне нравишься, чертовски нравишься. Может быть, я даже люблю тебя. Я всегда знал, что мне нужна такая женщина, как ты. Та, которая будет знать, что я убиваю, и не будет иметь ничего против.

– Но если я не захочу? – спросила Инна, уже внутренне согласная на все, что предложил ей Эрик.

– Тогда – смерть. Немедленная и безболезненная, – ответил тот, продолжая весело и по-мальчишески улыбаться. – Или ты все же предпочтешь жить? Не упускай свой шанс.

– Да уж не хотелось бы… – сказала Инна, поеживаясь от того, что смерть, как она заметила, была для Эрика столь же обыденна, как чистка зубов или утренняя пробежка. Странно, но любовь и смерть для него равнозначны.

– Я знал, что ты согласишься. Сознаюсь, ты самая красивая и одаренная женщина, которую я встречал.

В аэропорту, после того как они на четверть часа задержались около элитной дипломатической высотки и Эрик забрал у нее ее паспорт, он достал из багажника автомобиля шикарную, до пола, соболиную шубу, которая полностью скрывала Иннину фигуру, черные очки, за которыми исчезло лицо, и шелковую косынку. Предупредив, что она не должна ничего говорить, он двинулся к специальному дипломатическому пропускному пункту. Там, после предъявления диппаспортов, Эрика и Инну таможенники без промедления и с любезными улыбками пропустили в зал ожидания. У Эрика с собой был только небольшой кейс крокодиловой кожи, который он не выпускал из рук. Самолет уже ждал их, и всего через несколько минут Инна бросила последний взгляд на свою страну из салона первого класса, заполненного едва ли на треть.

Преодолевая воздушные ямы, самолет Шведских королевских авиалиний набрал высоту и устремился в Стокгольм. В полете они не перемолвились и словом, Инна, не снимая очков, листала журналы мод, предложенные приятной стюардессой, а потом заснула. Сон ее был короток, так ей показалось, и скоро на непонятном языке, шведском, как сообразила Инна, что-то объявили. Так она оказалась за границей.

Инна не успела удивиться чистоте и комфорту стокгольмского аэропорта, их с Эриком уже ждала на подземной парковке темно-зеленая «Вольво». Только очутившись внутри салона и направившись за город, он сказал:

– Что же, теперь ты гражданка Швеции, моя законная супруга Инна Эриксен, в девичестве Станицек. Американка польского происхождения. Это для немногочисленных соседей и бумаг.

За окном «Вольво» мелькал великолепный пейзаж, огромные деревья обступали по обе стороны ленту шоссе, похожего на игрушечное, и только изредка попадались красивые деревянные или каменные строения, озера и ветряные мельницы.

– А как же в Союзе, они хватятся меня и будут искать… Это плохо для киллера, или не так? – спросила она Эрика.

Тот, рассмеявшись, ответил:

– Тонкий аналитический ум – это главное. Пока ты отдыхала в «Боинге», я узнал кое-что интересное. Вчерашний день был богат на смерти в СССР. Кроме Виктории Никоновой, застреленной на своей вилле, скончался, не дожив месяца до своего семидесятишестилетия, генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев…

– Уж не ты ли причастен к этому? – Инна испугалась своей мысли, задав ее вслух.

– О нет, таким старикам помогать умирать не надо. В Москве я был по специальному заданию, умерла парочка никчемных личностей типа Вики, а главное, в моем распоряжении оказались важнейшие документы, проект секретнейшего соглашения между СССР и Китаем. Моим заказчикам они очень нужны.

– А кто умер еще? – спросила Инна.

Эрик, сосредоточившись на дороге, медленно произнес:

– И ты. Сегодня в 0.32 над Якутией потерпел катастрофу советский авиалайнер «Ту-104». По предварительным данным, которые скрываются даже от многих государственных чиновников, не говоря уже о средствах массовой информации, погибло от ста пятидесяти до двухсот человек. Рейс, на котором могла бы оказаться ты, если бы полетела домой. Так вот, я думаю, что милиция, найдя один изуродованный взрывом женский труп, обнаружит в кармане ее пальто паспорт, билет и прочие документы на твое имя. Таким образом окажется, что Инна Блажко, спешившая к смертельно больной матери, погибла в авиакатастрофе. Так что тебя больше нет, зато появилась новая подданная Швеции – Инна Мария Станицек-Эриксен, гражданка Соединенных Штатов Америки, проживавшая до недавнего времени в Лос-Анджелесе, где и познакомилась со шведским бизнесменом Эриком Эриксеном. Через неделю после знакомства они поняли, что всю жизнь искали друг друга. Брак они зарегистрировали в Лас-Вегасе, в той же церкви, что и Элвис Пресли. Все понятно?

– Как тебе удалось организовать за пятнадцать минут, что ты был у друга, авиакатастрофу?

Эрик рассмеялся:

– Катастрофа произошла сама по себе. А мой друг имеет такие связи, что нужные люди подкинут твой паспорт и билет при расследовании причин катастрофы, если там останутся фрагменты тел и это вообще понадобится.

Инна поняла, что начинается новая жизнь. Вместе с Эриком. Стать убийцей – что может быть ужаснее, но если за это платят… Во Франции должность государственного палача была даже почетной, на нее претендовали сразу до полутора тысяч человек.