Яд ревности - Анна Акимова

Она прошла мимо Алисы, ощутив исходящую от нее волну ненависти, и нажала кнопку вызова лифта. Позади нее хлопнула дверь. Все, визит завершен, по-прежнему ничего не понятно.

Магда вышла во двор, прошла по дорожке между газонами и села на скамейку, стоящую под кустом сирени. Сирень давно отцвела, но в густой зеленой тени остался отголосок аромата, и Магда дышала полной грудью, чувствуя, как постепенно успокаивается, уходит напряжение и чувство душевной тошноты.

Ну, что теперь? Конечно, она может сидеть здесь до тех пор, пока Алиса не выйдет из дому. Может, пойти за ней, проследить, куда она направится, узнать адрес съемной квартиры и нагрянуть туда? Да только это все писано вилами по воде. Кто помешает Алисе вызвать такси? Как ее тогда догонять?

Какая она дура! Она ничего не предусмотрела, не просчитала варианты развития событий. Ведь можно же было взять машину напрокат, и сейчас она бы оказалась на коне, в прямом и переносном смысле. А она ринулась напролом! Дура, вот дура…

Есть еще один путь, которым можно добраться до Игоря – через Антона. Ясно, что Антон заодно с Алисой, они должны время от времени встречаться. Но Антон, в отличие от Алисы, живет не на съемной квартире, и его адрес Магда знает. Только теперь она будет умнее…

Магда вытащила из сумки смартфон, зашла в «Яндекс» и набрала в поисковой строке: «арендовать автомобиль в Тайгинске». Так, где бы поближе… так, цены… Угу, вот здесь, на Лесной!

Она вскочила, готовая бежать, но смартфон вдруг ожил в ее руке и заговорил голосом Игоря: «Если зво́нит телефон, то, конечно, это он!» На экране появилась фотография смеющегося Игоря.

Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле. Как давно она не видела этого лица, не слышала этой веселой кричалки! Как давно Игорь не звонил ей! И вот он звонит! Он звонит, и что бы она сейчас ни услышала, он ей звонит!!!

Рука у нее тряслась, она с трудом попала пальцем на значок соединения.

– Да, Игорь, – севшим голосом сказала она. – Да, я слушаю.

– Муха, привет! – сказал Игорь, и сердце у Магды снова подпрыгнуло. Муха! Не Магда – Муха! Как раньше, в счастливые времена!

– Привет, – ответила она. – Игорь, ты где? Мне очень нужно с тобой поговорить! Очень нужно! Давай встретимся, пожалуйста! Ты как себя чувствуешь, здоров?

– Более-менее, – Игорь несколько секунд помолчал, потом продолжил: – Муха, мне тоже нужно с тобой поговорить. Давай встретимся завтра. Приезжай на дачу, там нам никто не помешает. Сможешь?

– Смогу, конечно, – Магда задыхалась от волнения так, что с трудом выговаривала слова. – Я приеду первой электричкой, ты не против? Игорь, ты как, Игорь? Я так долго тебя не видела, у тебя все нормально? Игорь!

– Сразу не расскажешь, Муха. Мне нужно многое тебе сказать. Давай не будем комкать… И это не телефонный разговор… Только утром мне неудобно… Приезжай вечером, семичасовой электричкой, ладно? Я тебя жду, Муха. До завтра, ладно? Я тебя целую!

В трубке послышались гудки. Магда без сил опустилась на скамейку и навзрыд заплакала. Он сказал: «Я тебя целую!» Он так сказал, ей не послышалось! Завтра она его увидит! Увидит, увидит! Наконец…

Она глубоко задышала, стараясь успокоиться. Трясущимися руками убрала телефон в сумку. Достала пакет с бумажными салфетками и косметичку, кое-как привела в порядок лицо. Постепенно успокоилась и начала думать.

Вопрос слежки за Антоном теперь отпал, но машину напрокат она все-таки возьмет. С машиной она будет гораздо мобильнее и увереннее в себе. И на дачу она поедет не на электричке, а на машине!

…Машина, которую она выбрала в прокатном пункте на улице Лесной, была внешне неказистая и слегка обшарпанная, но ходкая и послушная. Сев за руль, Магда сразу стала разговаривать с ней, как когда-то со своей «девочкой».

– Ну, моя девочка, – сказала она ей, – нам с тобой предстоят великие дела и дальняя дорога. Не подведешь?

Она покаталась по городу, чтобы привыкнуть к машине. Магда ехала и наслаждалась самим процессом езды, ровным ходом машины, теплым ветром, дувшим в открытое окно, видом городских улиц с разноцветной толпой, рекламой, попутными и встречными машинами, даже светофоры, и те доставляли ей удовольствие миганием своих огоньков. Ей казалось, что она внезапно проснулась от тяжкого сна, когда ей снилось что-то мрачное и беспросветное, и оказалось, что жизнь по-прежнему яркая и заманчивая. Она останавливалась у любимых кафешек, пила кофе, ела пирожные… Сегодня все было можно… Сегодня был праздник жизни и надежды… В голове крутилось: «Я тебя целую! Я тебя целую!»…

Она съездила на заправку, залила полный бак бензина, отыскала платную стоянку недалеко от своего дома и оставила там машину. Домой она вернулась, крутя на пальце ключ с брелоком сигнализации.

Баба Руфа, отдавая ей изрядно потяжелевшего, сонного Васюгана, смотрела не нее с удивлением:

– Ты чего это такая красная? И глаза блестят… Заболела, что ль? И вернулась рано, я думала, к ночи приедешь…

– Перегрелась на солнце немного, – отмахнулась Магда. – Руфина Николаевна, я завтра опять уеду. Я вам ключ оставлю, присмотрите за котом, если вовремя не вернусь?

– Присмотрю, присмотрю, – пообещала баба Руфа. – Погоди, я тебе пирожков отсыплю, чаю попьешь…

Держа в одной руке почти неподъемного Васюгана и пакет с пирогами, а другой с трудом поворачивая ключ в замке своей квартиры, Магда сердито выговаривала коту:

– Ну можно так обжираться в гостях? Брюхо не треснуло? Попа не слиплась?

Васюган предпочел не реагировать на критику в свой адрес. Он так делал всегда. Когда, открыв дверь, Магда отпустила его, он, покачивая округлившимися боками, царственно прошествовал в комнату, подошел к дивану, немного подумав, видимо, решил, что после сытной еды прыгать не полезно, и растянулся на полу.

Магда подошла к зеркалу. Действительно, и щеки, и глаза у нее лихорадочно горели. Возбуждение, которое охватило ее после разговора с Игорем, не утихало, наоборот, росло и теперь превратилось в какой-то болезненный экстаз, и это ей очень не нравилось. Она терпеть не могла экзальтированных дамочек и категорически не хотела быть одной из них. Она считала, что это стыдно или, по крайней мере, глупо. Хлещущие через край эмоции мешают жить, думать, правильно оценивать обстоятельства, а ей сейчас нужна холодная голова.

– Нельзя так зависеть от другого человека! – твердо сказала она своему отражению. – Даже от очень любимого – нельзя! Остынь!

Чтобы хоть как-то обрести холодную голову, она сначала залезла под душ, потом попила чаю с бабы-Руфиными пирожками, но это мало помогло. Вкуса еды она не почувствовала, ее по-прежнему потряхивало от внутреннего возбуждения, она не находила себе места, в голове, доводя почти до сумасшествия, назойливо крутились обрывки одних и тех же мыслей, и голос Игоря все повторял и повторял: «Я тебя целую!»

Перед завтрашним днем, перед дорогой, надо было поспать, а это почти невыполнимая задача. Она уже привыкла спать днем и бодрствовать ночью, а сейчас, когда день уже клонился к закату, сна не было ни в одном глазу. Она была уверена, что в этом взбудораженном состоянии она и утром, и днем не сомкнет глаз. Как она завтра поведет машину, невыспавшаяся, вымотанная?