Медальон Великой княжны - Юлия Алейникова

Если Кротова убил не Трифонов, то кто? Тот, кто рассчитывал, что находки все еще у него, и хотел поживиться? Или же это сделал человек, вообще не имеющий отношения к сомнительной деятельности Кротова? Месть, любовь, ревность? Да что угодно. А они зациклились на Трифонове и потеряли время.

«Значит, надо начинать по новой, перетряхивать весь круг общения Кротова. Во-первых, его девицу Веронику Крылову. Грязнов с ней определенно недоработал. Во-вторых, найти его прежнюю девицу. Выявить, наконец, скупщика», — клюя носом перед телевизором, размышлял капитан. Перед ним стояли тарелка с макаронами, густо политыми томатным соусом с шампиньонами, и стакан с квасом. Пиво Станислав Дмитриевич органически не переносил. Плебейский напиток с мерзостным запахом и скверными последствиями для фигуры.

«Стоп. У Кротова есть сестра. Замужем, двое детей. Живет с мужем, где? Кротов копил на квартиру в центре. Деньги немалые плюс добыча с последнего набега — просыпаясь, развил бурную мыслительную деятельность капитан. А что, если его прикончил собственный зять? Кто он, чем занимается, они до сих пор поверить не удосужились. Эх, жаль, ночь уже», — с сожалением взглянул на часы капитан Авдеев.

Что ж, по крайней мере, у него имеется версия.

Денис сидел на кухне и с аппетитом наворачивал пюре с котлетами и салат из огурцов и помидоров.

— Дениска, квасу налить? — обернулась от плиты мама.

— Что ты ему квас предлагаешь, он наверняка пива хочет, — отрываясь от телевизора, подал голос отец.

— Пива хочет не он, а ты. Вон, пузо отрастил, смотреть противно, — сердито фыркнула мать.

— Да ладно вам! Квас так квас, — примирительно проговорил Денис. — Мам, подкинь еще котлетку.

Мама, тут же забыв про отца, с радостью засуетилась вокруг любимого сы́ночки.

— Кушай, Дениска. С этой работой совсем тощий стал. Что это за мода в десять вечера с работы приходить? У вашего начальства совесть есть?

— Наше начальство само раньше домой не возвращается. А у него дети, — с набитым ртом с трудом проговорил Денис.

— Так он, наверное, от семьи прячется, — догадалась мама.

— Ничего подобного, — заступился за капитана Денис. — Он прекрасный семьянин, к тому же непьющий.

— А вот это для начальства не плюс. Раз не пьет, значит, язвенник. А раз язвенник, значит, зануда и самодур. Язва, она знаешь как человека меняет, — поучительно сообщил отец.

— Он не язвенник, он спортсмен.

Что сказать на это заявление, отец не нашелся, и Денис продолжил ужин в молчании, под бубнеж телевизора, пока не ожил его мобильник.

— Здорово, Ден! — раздался в трубке бодрый голос Димки Семина. — Как дела, старик?

— Нормально. Сам как? — солидно поинтересовался Денис, прикидывая, не лучше ли уйти на время с кухни.

— Норм. Слушай, у тебя какие планы на выходные?

— Да никаких. Дело сейчас одно ведем, так что не знаю, будут у меня выходные или нет, — весомо роняя слова, поведал приятелю Денис.

— Да брось ты, такая погода классная! Мы тут с компанией на шашлыки собрались, давай с нами. Дача, озеро, девочки… — Последнее слово Димон произнес, многозначительно растягивая.

— Слушай, заманчиво, — крякая от предвкушения, проговорил Денис. — Ладно, давай завтра ближе к вечеру созвонимся. Постараюсь вырваться.

— И зачем тебе это надо? — сурово спросила Дениса мама, разворачивая от плиты свой внушительный корпус. Мама у Дениса была рослая, выше папы, солидного сложения, с решительным, как у бульдозера, характером, а папа был маленький, кругленький, но очень язвительный. — Напиться как свинья и с прошмандовкой какой-нибудь переспать? Заразу подцепить хочешь? Знаю я этих девиц, спят с кем ни попадя, а ты тоже хорош, кобель. Нет чтобы найти порядочную девушку, жениться и жить себе спокойно.

— Мам, — откладывая ложку, с обидой и отвращением проговорил Денис. — Ну что ты городишь? Мы там купаемся, загораем, в волейбол играем…

— В сексобол, и водка вместо купания. Знаю я, — отмахнулась от него грубо мать.

— Поезжай, сынок, — подал голос от телевизора отец. — Когда женишься, твоим уделом станет домашний борщ, пылесошение квартиры по субботам, пивной живот и лысина.

— Ну, спасибо отец! Научил! — шваркая в раковину недомытую тарелку, поблагодарила мужа Майя Харитоновна.

Нежное имя Маечка подходило ей так же, как балетная пачка сталевару. Не угадали родители, лучше бы Капитолиной назвали или Степанидой.

Послушав родителей, Денис твердо и бесповоротно решил ехать на шашлыки любой ценой.

«Невеста, порядочная девушка… — ворчал он про себя, и вот тут его осенило. — А что, если Трифонов вовсе не собирался обманывать Крота? Во время обыска он произвел на Дениса приятное впечатление, сидел тихий, поникший, соседей стеснялся и совершенно не нервничал из-за обыска, ну вот ни разу не дернулся. Зато невестушка его, Анастасия, — очень скандальная девица, нахрапистая, наглая, и сразу видно по ней — любительница красивой жизни, и желательно на дармовщинку. А что, если это она грохнула Крота? Для удара в сердце нужна не сила, а умение. А вдруг она на медсестру училась или ветеринара? Она убивает Крота или подряжает кого-нибудь, убеждает Трифонова оставить ордена себе, продать их и жить припеваючи. Хоть в Испании, хоть где. Или вообще прибрала эти самые ордена! Трифонов вернул их Кротову, она их украла, Трифонов сейчас никуда поехать не может из-за подписки, а Настя эта с орденами свинтит в Испанию, и поминай как звали! А что? Версия!» — повеселел Денис и с аппетитом закончил ужин.

Никита Грязнов лежал на диване в обнимку с Ксюхой и смотрел американский боевик, клюя носом.

— Никита, я пойду, — выбираясь из его объятий, обиженным голосом заявила девушка.

— Куда? — разлепляя глаза, спросил Никита.

— Домой. Куда еще? Поздно уже.

— Да подожди, может, останешься? — Потянул ее назад Никита.

— Зачем? Смотреть, как ты дрыхнешь? — В голосе ее прорывались нотки сдерживаемого раздражения.

— Ксю, ну прости, устал сегодня как собака. Авдеев совсем загонял. — Целуя ее шейку, жалобно объяснял Никита. — Ну останься, я сейчас проснусь.

— М-м. Проснешься. Мы по-быстренькому перепихнемся, а дальше что?

— В смысле? — не понял Никита.

— Без смысла, — зло стряхнула с себя его руки Ксюша. — Нормальные люди в кино ходят, в клубы, в боулинг. А я, как какая-то проститутка, прихожу тебя на дому обслуживать два раза в неделю. Хватит с меня! — Она вскочила с дивана. Глаза ее метали громы и молнии.

— Ксю, ты чего? — Вскакивая вслед за нею, поспешил в прихожую Никита. — Ксюнь, ты что такое говоришь, у нас же с тобой отношения, и вообще. И в боулинг мы ходим, и в кино. Но только на неделе у меня не получается.

— А когда получается? Раз в году? — Ксюша зло натягивала босоножки.