Как не попасть на крючок - Татьяна Луганцева

— С ума сошел?! Какая еще водочка? — удивилась Яна.

— Простерилизовать все внутри, — пояснил он.

— Обойдешься! Слизистая воспалена. Опять тебя рвать будет. Слышишь? Какие-то голоса…

— Рабочие, наверное, пути проверяют, — ответил Виталий Николаевич. — Ну хоть воды дай!

— Фу, от тебя такой перегар!.. Воды дам. Может, позвать на помощь, чтобы нас открыли? — спросила Яна.

Она подошла к двери и прислушалась.

— Что там? — спросил Виталий Николаевич.

Цветкова, замерев на месте, прижала палец к губам и поманила Лебедева к себе.

Виталий Николаевич с трудом встал, держась за спинку дивана, и подошел к Яне. Из-за двери доносились мужские голоса.

— Ты уверен, что этот вагон?

— Я, в отличие от тебя, нахожусь в адеквате и помню номер. К тому же, видишь, метка стоит. Товар здесь!

Виталий Николаевич прошептал Яне на ухо:

— Может, это за нами? Все-таки не звери, пометили вагон, где едут живые люди…

— Не думаю, что людей, то есть нас, назвали бы товаром, — не согласилась с ним Цветкова.

— Тогда они за диванами. Надо будет как-то объяснить, почему мы здесь оказались?

— Ты себя видел? Нам в жизни этого не объяснить, — отрезала Яна. — И почему они пытаются взломать замок, а не открыть его? Если они за диванами…

— Черт! Они хотят их своровать! — догадался Виталий Николаевич. — Я же говорил, диваны дорогие, за ними точно придут.

— Сейчас твоя радость совсем неуместна, — отметила Цветкова. — Лучше бы не приходили… Давай спрячемся!

— Яна, куда? В диван, что ли?

— В вагоне шум какой-то, — донеслось снаружи, и Яна с майором замерли.

— Да не… вроде тихо. Послышалось. Там товара на несколько миллионов. Давай поскорее его заберем, иначе шеф нам голову оторвет. А там уж сам пусть разбирается.

Яна на цыпочках отошла в сторону и поманила Виталия Николаевича к себе. Жестом она показала ему, чтобы он разобрал диван, и тут же улеглась в ящик для белья.

— И что дальше? — спросил Лебедев.

— Закрывай меня и прячься в другой диван. Не нравятся мне эти люди, и нарываться на неприятности нам не стоит.

— Тогда я к тебе! В тесноте — да не в обиде! — И майор быстро нырнул к Яне, сильно вдавив ее в стенку.

— Что ты делаешь?! Уйди отсюда! Мне и так тесно! Здесь полно других диванов! — возмутилась она.

— Ты худая, поместимся, — и зашипел на Яну: — Тихо! Слышишь?

Яна затихла, прижавшись к нему, хоть ей и трудно было даже дышать. Лязгнул замок, послышались шаги, глухие голоса.

— Я сейчас чихну, — прошептала Цветкова.

— Терпи.

— Как?

Мужчины, ругаясь, что-то двигали или тащили. Яна покрылась крупными каплями пота, руки и ноги затекли. В какой-то момент их диван стало дергать из стороны в сторону, и Виталий Николаевич шепнул ей на ухо:

— Похоже, мы поехали дальше.

— Господи! Подними наконец-таки эту крышку! Освободи меня!

Виталий выполнил ее просьбу, выглянул наружу и огляделся.

— Никого, — вынес он вердикт и, кряхтя, выбрался из дивана, а потом вытащил Яну. — Ну вот… Не получилось поваляться на диване, хоть поприжимался к тебе в диване.

— Очень смешно, — фыркнула Цветкова. — Интересно, зачем они приходили?

— А что пропало? — задал встречный вопрос Виталий Николаевич.

— Не знаю…

— Ты слышала, один из них вроде заметил, что тут бутылки и еда.

— Ага! А другой сказал, что здесь воняет, словно едет парочка скунсов.

— Такого не говорили, — надулся следователь.

— Смотри! Одного дивана не хватает! — закричала Яна.

— Получается, сперли диван-то? Фу! Пронесло! Ладно, едем дальше. Яна, я все-таки выпью водочки! — вздохнул Виталий Николаевич. — Мне надо простерилизоваться, честно говорю, чуть не помер, как плохо было. Даже не знаю, с чего. Надеюсь, тот, кто заказывал эти диваны, не очень расстроится, что один из них доставят, извините, с человеческими отходами.

— Ага! А еще один украли! Ну, надеюсь, что мы смоемся отсюда быстрее, чем придут за мебелью, — согласилась Яна. — Налей мне тоже, я так перенервничала, что… Сопьюсь я с тобой.

— Не успеешь.

Яна с Лебедевым выпили, закусили и продолжили путь, стараясь не обращать внимания на трясущийся вагон, темноту и неприятный запах. Они очень мило поболтали и легли спать на одном диване, прижавшись друг к другу.

Перед глазами Яны снова, как наваждение, встало лицо Мартина с искренней открытой улыбкой и темными лукавыми глазами. Ей казалось, что он снова нежно ее целует, крепко обнимая. Но в какой-то момент объятия Мартина стали болезненными.

— Вставай! Вставай! — донеслось до Цветковой.

Яна вздрогнула и открыла глаза, но не сразу возвратилась в действительность. При этом из груди ее вырвался страдальческий стон.

— Яночка, ты что?! Проснись! Ты кричишь во сне! — будил ее Виталий Николаевич.

Она уставилась на него пустыми глазами, из которых текли слезы.

— О господи! — Яна присела на диване и тряхнула головой. — Извини, наваждение какое-то… Всё! Я здесь! Что ты суетишься?

— Яна, нам надо срочно выбираться отсюда, — сообщил Виталий Николаевич, по-прежнему несколько бледный и поникший.

— Куда же мы сойдем? — не поняла она. — Вроде еще едем…

— Вот именно! Пока мы едем, мы живем. Ты так мило уснула у меня на плече, а я все лежал и думал… Бессонница у меня. Эти мужики сказали, что товара здесь на миллионы. И вытащили один диван, так?

— Так… — Цветкова еще не совсем понимала, к чему он клонит…

— Ты серьезно думаешь, что обычный диван, которых тут десятки, стоит миллионы? Яна, внутри дивана было что-то спрятано! Сто процентов! Наркотики, оружие, алмазы!

— А почему вместе с диваном выгрузили? Не легче ли было вытащить все? — спросила Яна.

— Для маскировки! Так и повезут. Даже если пост дорожной службы остановит, то диван и диван, внутрь вряд ли будут заглядывать.

— Хорошо… вынесли и вынесли. Доедем до места, сообщим кому следует, — отмахнулась Цветкова и вздохнула: — Уж поскорей бы доехать… Когда же нас дотрясет до места?

— Мы не доедем! Нам надо сваливать! Если с нами ехала крупная партия не знаю чего, этот диванчик обязательно будут встречать серьезные люди. Да нас с тобой на ремни порежут! И не докажем, что мы ни при чем! Надо сваливать, Яна. Серьезно говорю. А по моим ощущениям, скоро мы уже приедем.

Его нервное состояние передалось и Яне.