Снегурка быстрой заморозки - Елена Логунова

Совершенно машинально я отстучала ритм футбольной «кричалки» ладонями по столу, качнув свою лоханку с подтаявшим мороженым. Молочное озерцо, окружающее островок пломбира, заволновалось.

В этот самый момент в моей голове, до краев наполненной незамутненной дистиллированной водицей, золотой рыбкой проблеснула гениальная мысль. Я застыла, чтобы ненароком не тряхнуть свой аквариум, сосредоточилась и выдернула трепещущую рыбешку из воды.

«Пам, пам, пам-пам-пам! Пам-пам-пам-пам! Пам-пам!» – это же наш с Иркой условный сигнал! Таким манером Ирка стучала в мою дверь или звонила в звонок, давая понять, что это пришла именно она, моя подруга, а не какой-нибудь посторонний человек, которого совсем необязательно пускать в дом. Иначе, если мне неохота было принимать гостей, я вполне могла проигнорировать и стук, и звон.

А разве не такой же сигнал, только не звуковой, а в виде световых вспышек, принял прогуливавшийся вдоль Кубани Лавровый Лист? А ведь на реке, как в моем тазике с мороженым, бывают острова! А на острове вполне можно кого-нибудь спрятать, и получится такой изолятор на свежем воздухе! А если оттуда позвонить по телефону, то в трубке, наверное, будут слышны шум воды, свист ветра и шорох прибрежных кустов!

Вывод казался мне совершенно очевидным: банда Писклявого прячет мою Ирку на каком-то острове посреди реки, откуда предприимчивая подруга наобум посылает сигналы о помощи!

Чтобы проверить это умозаключение, следовало немедленно найти Лаврика Листьева и вытрясти из него максимально точные координаты местности, где состоялся предполагаемый контакт Лаврового Листа с инопланетянами. Я схватила со стола отложенный было мобильник и позвонила на сотовый оператору Вадику.

– Ку-ку! – весело отозвался Вадюша, природный оптимизм которого до крайности усилился под воздействием выпитого в жару халявного пива.

– Сам ку-ку! – сказала я. – Вадька, ты еще в телекомпании? А Лавровый Лист тоже там?

– Лавровый лист? – озадаченно повторил Вадик. – Слушай, я не знаю! У меня лично есть только сухарики с укропом, а в редакторской вроде имеется соль, чай и кофе. Сахар опять закончился. Да, есть еще китайская лапша!

– Не вешай мне лапшу на уши! – отмахнулась я. – Я тебя не про приправы спрашиваю, а про Лаврика Листьева! Там он или нет?

– Размечталась – «или нет»! – передразнил меня оператор. – Очень даже там, в смысле, тут. Укореняется копчиком в наш гостевой диван.

– Схвати его и не отпускай! – велела я.

– Копчик или диван? – одурманенный слабоалкогольным напитком Вадик требовал уточнения.

– Лаврика схвати! За какое именно место – сам смотри, главное, чтобы до моего прихода он от тебя не вырвался!

– Эх, на что ты меня, подруга, толкаешь! – вздохнул Вадик.

Я не поняла, что он имел в виду. Мне вообще было некогда думать о таких деталях, как фрагмент тела, захват которого позволит Вадику максимально надежно зафиксировать на диване Лаврушку. Я уже выключила телефон и выскользнула из кресла, сделанного из такой же красной пластмассы, как и тазик с моим десертом.

Чтобы не терять времени, дожидаясь официантку со счетом, деньги я сунула под лоханку с недоеденным мороженым. Обежала низкую оградку кафе, с трудом удержавшись, чтобы не перепрыгнуть через нее. На центральной улице в восьмом часу вечера в будний день уже было пустовато, и я небольшим смерчем промчалась по тротуару, не обращая внимания на вихрящуюся позади пыль и выпархивающие из переполненных мусорных урн бумажки. В телекомпанию влетела, хлопнув дверью, что вызвало неудовольствие вахтерши. Упомянутое неудовольствие проигнорировала, ворвалась в редакторскую – и резко остановилась.

Лавровый Лист по-прежнему сидел на гостевом диване, но всем своим видом показывал желание с него встать и удалиться прочь. Встать, в принципе, было можно, ноги у Лаврика были абсолютно свободны, только одна рука насильственно удерживалась вблизи точеного деревянного столбика диванного подлокотника блестящими металлическими наручниками. Лаврик как заведенный дергал рукой, наручники бряцали, диван вздрагивал. Напротив пленника, прямо на столе, сидел Вадик. Он издевательски смеялся и крутил на пальце колечко с ключиком.

– Что это вы тут делаете? – спросила я с порога.

– Мы играем в полицейских и воров, – ухмыльнулся Вадик.

– А откуда у нас в компании взялись такие оригинальные аксессуары? – удивилась я.

– У тебя в столе лежали, – осклабился Вадик. – Я полез кофе поискать, а там они!

– У меня в столе? – удивленно повторила я.

– Уж спрятала так спрятала! – продолжал веселиться Вадик.

– Не компрометируй меня, – попросила я. —Это же игрушечные наручники!

– Ага, для всяких разных игр! —Вадька с намеком подмигнул хитрым зеленым глазом.

Я завела очи к потолку и вздохнула. Балагур Вадька все представил в неверном свете. С наручниками было так: на прошлой неделе Сертификационный центр обратился к краевым СМИ с просьбой заклеймить позором поставщиков и продавцов импортных детских игрушек, не имеющих гигиенических и прочих сертификатов. В числе образцов не разрешенных к продаже игрушек нашей съемочной группе выдали и китайский набор «Супермегаполицейский»: запаянную в пластик разноцветную картонку с закрепленными на ней пистолетом и наручниками. Черный пистолет выглядел устрашающе убедительным. Только взяв его в руку и ощутив небольшой вес, можно было понять, что это не настоящий «ствол». С прилагающимися к пистолету наручниками дело обстояло еще хуже. Сделанные из какого-то светлого металла, возможно, из алюминия, «браслеты» были легкими, но неожиданно прочными. Потеряв ключик, избавиться от этого сомнительного украшения ребенок уж точно не смог бы.

Супермегаигрушки очень приглянулись нашим парням в телекомпании, они с большим энтузиазмом играли в полицейских и воров. Но, после того как в пылу погони заигравшаяся парочка видеоинженеров вломилась в студию и произвела показательное задержание в прямом эфире, наш директор строго-настрого запретил проводить на территории телекомпании подвижные военизированные игры. Полицейский суперпистолет я самолично отняла у Вадика и отнесла домой – ребенку. Или не отнесла? Помню, в сумку положила, но не вытаскивала. Значит, пластмассовый «ствол» так и валяется в недрах моей торбы. А наручники, выходит, я в стол положила, а бессовестный Вадька залез в мой ящик и нашел их там.

– Тебе еще повезло, что Вадик не смог собрать комплект, – «утешила» я мрачного Лаврика. – Иначе он бы тебя еще по коридорам погонял с криком «Стой! Стрелять буду!».

– Стрелять? – непонимающе повторил Лавровый Лист.

– К наручникам еще пистолет прилагался, – пояснила я.

– А также хлыст, сапоги со шпорами и черное кожаное белье, – заржал Вадик. – Тебе еще повезло, что я всего этого не нашел!

– Вот так рождаются нездоровые сенсации! – заметила я.

Приняв сказанное на свой счет, любитель нездоровых сенсаций Лаврик зарделся. Мне стало его жаль.