Слезы печального ангела - Марина Серова

– Правильно. Или, как вариант, мы пешком ушли. Небольшие просёлочные дороги зачастую не полностью нанесены на карты. В любом случае, им нужно всё проверить. Так?

– Да, это логично, пожалуй.

– И для проверки должен быть выслан отряд из двух, максимум трёх человек.

– Почему?

– Так безопаснее. Не забывай, их самих активно ищут. А большое количество мужчин привлекает внимание и вызывает вопросы. У тех же гаишников, например. Они могут насторожиться и имеют полное право устроить досмотр транспортного средства. Но преступники едут большой толпой! На джипе и микроавтобусе. То есть в лесу было примерно человек двадцать, может, пара дюжин бандитов. О чём это говорит?

– Наверное, ты их здорово испугала, – усмехнулась девушка, – меньшей толпой ехать не рискнули.

– Это само собой, – ухмыльнулась я в ответ, – но не только. Они ехали нас устранить или схватить, не суть. Но никак не проверить обнаруженную в лесу машину. Значит, хорошо знали, где мы находимся. И про домик лесника тоже знали. И были хорошо знакомы с планом местности, раз решились напасть ночью, – мрачно констатировала я.

– А может, они так и сделали? Приехали днём, осмотрелись. Поскольку о тебе пошла слава в их среде, вызвали подкрепление. Поэтому и напали ночью, ждали, пока остальные до места доберутся?

– Совершенно исключено. Я регулярно проверяла машину и прилегающую территорию. Было спокойно, тихо, и небольшой снежок, выпавший прошлой ночью, был нетронут. Ни одного человеческого следа около пруда и тропинок. Только белки, зайцы и синички. И никаких следов от протекторов на дороге не было!

– Ладно, тогда какие варианты остаются? Как они нас опять нашли?!

– Не хочется в этом признаваться, но варианты самые паршивые, – нехотя выдавила я.

– Женя, боюсь, что не совсем тебя понимаю.

– Нас кто-то сдал!! Теперь понимаешь?!! Кто-то достаточно близкий!

– Женя!! – почти выкрикнула и слегка подпрыгнула на месте Ангелина.

– Да. Самой паршиво это осознавать, но «человеческий фактор», как говорят бюрократы, ещё никто не отменял.

– Твой друг, полковник Петров?! Ты его подозреваешь?! Поэтому и мрачная такая?!

– Нет! Ни за что!! В Генке я уверена, как в самой себе. Василий, судя по всему, тоже вне подозрений. И это хорошо. Очень неприятно было бы осознавать, что я совершенно не разбираюсь в людях.

– Не совсем понимаю, почему Муромцев вне подозрений?

– Потому что он никак не мог знать о планах двух последних недель. А утечка информации, скорее всего, была с самого начала и по сей день. То есть то, что Генка шифровался и прятал тебя ото всех в управлении, ни к чему не привело.

– Ладно. Но поселиться в срубе тебе ведь Петров подсказал? Его была идея?! Правильно?

– Да. Идея полковника. Отрицать не стану. Но человек пять-семь его ближайших коллег о домике хорошо знали. Они тогда тоже на рыбалке были.

– И в том странном домике в Тарасове? – продолжала гнуть свою линию Ангелина, – его хозяйка ведь именно Геннадия Сергеевича знакомая? И в последнее время мы общались только с полковником. Боюсь, наши неприятности гораздо хуже, чем можно было предположить. И Петрова просто перекупили. Этим всё и объясняется, – мрачно закончила девушка.

– Уверена, что ты ошибаешься.

– Он обещал ничего обо мне не говорить никому и коллегам по операции – в том числе. Таиться с первого дня! Значит, источником утечки может быть только сам полковник!

– Или тот, кому он доверяет!

– В эту затею были посвящены единицы. Специально, чтобы информация не просочилась.

– С самого начала, может, так и было. Только круг осведомлённых лиц всё равно гораздо шире, чем ты можешь предполагать. И понимаешь, он всё время ширился. Ведь Петров производил аресты, проводил допросы. Развивая бурную деятельность, он просто физически не мог привлекать минимум коллег. В таких операциях обычно задействовано множество специалистов: спецназ, оперативники, следователи, криминалисты. Появляются кипы разных документов: протоколы, запросы, экспертизы. А чем больше документов, тем проще организовать утечку.

– Но обычный рядовой спецназовец или опер никак не мог почерпнуть информацию о нашем местонахождении!

– На самом деле это вовсе не так сложно, как тебе кажется. Но мыслишь в принципе ты правильно. Информацию противнику сливает Генкин коллега из очень близкого круга.

– Даже если ты права, Женя, и твой приятель вне подозрений, доверять ему всё равно нельзя, если шпион рядом!

– Пожалуй, соглашусь. Пока доверять нельзя.

– Пока?! – взвилась девушка. – Петров был моей единственной надеждой! А теперь всё, абсолютно всё рухнуло!

– Вот вам, пожалуйста! А как же я?! – делано возмутилась.

– Да, наверное. Только тебе и доверяю. Но сейчас это почти не имеет смысла! Не спасает, то есть! Потому, что патового положения совершенно не меняет. Не могу же я постоянно скрываться, бегать до конца своих дней?! Да и вообще. О чём это я? Деньги рано или поздно закончатся, и твои услуги сразу станут мне не по карману. А Петров никогда дело не доведёт до суда. И Серого не арестует, если рядом стукач. И вероятно, я обречена погибнуть.

– Снова правильно мыслишь, – коварно усмехнулась я в ответ, – информатор – помеха. Значит, его надо найти и устранить. Срочно!

– Физически? – побледнела Ангелина.

– Ты меня никак за кровожадного монстра держишь. Ареста будет достаточно, я полагаю.

– Прости, я понимаю, у тебя не было другого выхода. Но та сцена в лесу меня испугала. Прости. Глаза к темноте действительно привыкли, и этот жуткий хрип… Забыть его никак не могу!

– Что конкретно ты видела?

– Сложно сказать точно, это всё так быстро случилось. Выстрела я не слышала, броска не уловила, а человек падает замертво. Что со вторым было, совсем не рассмотрела. Я даже не знала раньше, что так бывает…

– Мгновение – и нет человека?

– Да! Вот именно!

– Ты же понимаешь, что у меня действительно не было другого выхода? Или они, или мы?!

– Конечно, я же не дура! Но осознавать, что из-за меня ты была вынуждена…

– Постарайся не думать больше об этом. Противостояние с вооружёнными, суровыми и решительно настроенными противниками может быть жестоким. И не вздумай винить себя! Они во всём виноваты! Ведь наверняка знали на что шли! Представь, что бы чувствовала я, если бы потеряла тебя в том лесу?

– Наверное, это очень неприятно? – оживилась девушка.

– Мягко сказано. Потерять подопечного, который доверил тебе свою жизнь, значит – это доверие не оправдать!! Доказать себе и всем вокруг, что ты ничего не значишь, как профессионал. И заиметь глубоко в сердце незаживающую рану!