Призрак большого города - Ольга Володарская

– Посмотри на мои руки, Сеня! – Старуха продемонстрировала скрюченные артритом пальцы. – Все, что меньше стакана, я не смогу удержать.

– Еще кто-нибудь умеет? – вернулся к вопросу «Айболит».

Все молчали, пока не подал голос Тема.

– Я умею, – сказал он сконфуженно.

Присутствующие посмотрели на Артема с любопытством. А вот доктор совсем не удивился.

– Героином баловались?

– Было дело… Рад, что соскочил.

– Вам крупно повезло, молодой человек. Поверьте, не каждому удается.

– Я знаю. Кое-кто из моих корешей не смог остановиться вовремя, и я колол им герыч, потому что у них руки тряслись… Так что хорошо умею делать инъекции.

– Вот и славно. Значит, в случае чего – сделаете Снежане укол.

– Я не позволю бывшему наркоману тыкать в мою мать иголкой! – вскричал Александр.

– Да кто твоего позволения спросит? – набычился Тема. – Нашелся тут…

– Я ее сын, а значит…

– Да ничего это не значит. Как Снежана скажет, так и будет. Где ампулы, доктор?

– Вот тут, – тот стукнул ладонью по своему чемоданчику. – И сначала я спрошу у Снежаны, кому их оставить… Секунду.

Доктор вернулся в спальню. Когда он скрылся за дверью, Александр подскочил к материному любовнику и яростно зашипел:

– Ты что себе позволяешь? Ты кто тут? Помесь карманного пуделя с фаллоимитатором!

Тема не стал отвечать оскорблениями на оскорбления, просто толкнул Сашу в грудь. Вроде и не сильно толкнул, но тот отлетел к стене. Врезавшись в нее спиной, Александр начал ловить ртом воздух, а Дарья бросилась на его защиту.

– Ну ты, щенок, не смей распускать руки! – Она подлетела к Теме и так больно щипнула его за руку, что парень вскрикнул.

– Да, Артем, ведите себя прилично, пожалуйста, – поддержал дочь Арсений.

– Да пошли вы все!

– Скоро сам пойдешь, – обрел дар речи Александр. – Вернее, полетишь отсюда! И я лично дам тебе пинка для скорости…

– Размечтался, – хмыкнул Тема.

– Когда мамы не станет, первое, что я сделаю, выставлю тебя вон! И даже на кладбище запрещу пускать, понял?

– Я бы на твоем месте угрозами не разбрасывался. Тем более в адрес человека, которому ты кое-что должен.

– Я тебе ничего не должен!

– Да что ты? Напомнить? При всех? Я могу…

Александр смущенно опустил глаза и пробормотал:

– Не надо.

– То-то же…

Тут дверь распахнулась, и в коридор выплыл добрый доктор Илья Маркович. Только сейчас выражение его лица было далеко не добрым.

– Вы что так шумите? – недовольно проговорил он. – Снежане покой нужен, а вы галдите, как в курятнике…

– Простите, – извинился за всех Арсений.

– Не у меня просите прощения, а у сестры. И возможность эта вам сейчас представится. – Он указал на дверь. – Она зовет вас, идите.

– Меня?

– Всех вас. В том числе госпожу Андрееву… – Доктор посмотрел на Герду. – Как я понимаю, это вы.

Герда кивнула.

– А я должен откланяться. До свидания. Берегите Снежану и себя.

– Эй, постойте! – окликнул удаляющегося Илью Марковича Артем. – А ампулы?

– Снежана велела оставить их Карлу, а не вам, – сказал доктор. – И я сейчас это сделаю.

Александр не сдержал язвительной усмешки. Однако Тему недоверие любовницы не сильно задело. Он пожал плечами, типа, как угодно, мое дело – предложить, и первым зашел в спальню Снежаны.

Родственники, толкая друг друга, последовали за ним. Последней порог переступила Герда.

Снежана лежала на взбитых подушках, укрытая по грудь стеганым атласным одеялом. Ее волосы были распущены, макияж с лица смыт. Без прически и косметики, что удивительно, она выглядела даже моложе. Быть может, не так эффектно, как при полном параде, но зато мило и женственно. И сейчас Герда дала бы ей меньше сорока.

– Напугала я вас? – тихо спросила Снежана, подняв свои усталые голубые глаза на вошедших. – Извините… Я сама не ожидала.

– Как ты? – спросил Арсений, подаваясь вперед.

– Нормально. Только слабость сильная…

Арсений сел на краешек кровати, нежно провел пальцем по бледной Снежаниной щеке. Она поморщилась и отстранилась. То ли не любила прилюдных ласк, то ли просто у брата были слишком холодные руки.

– Вы садитесь, – Снежана указала на диванчик и два стула. – А то стоите, словно над смертным одром…

Все поспешно расселись. Саша ринулся было к матери, чтобы по примеру дяди опуститься на кровать, но Снежана жестом остановила его. Пришлось парню втискиваться между Хэлен и Гердой, усевшимися на диванчик. Дарья же с Темой заняли стулья. Она опустилась на краешек, он взгромоздился, как на коня.

– Илья Маркович обрисовал вам ситуацию? – спросила Снежана.

– Да, – первой ответила Хэлен. – Но меня удивляет твое нежелание бороться. Это не в твоем характере.

– Я боролась, сколько могла.

– Надо до конца, – сжала тонкие губы тетка.

– Ты лучше остальных знаешь, как я боюсь боли. А то лечение, что мне предлагают, сплошная боль. Я не желаю обрекать себя на такие муки. Да, если бы мне гарантировали результат, я бы пошла на это, но… – Она, нахмурившись, замолчала. Не привыкла оправдываться. – Но речь сейчас не об этом. Я хочу вернуться к теме наследства. Поскольку тот, кого я указала в завещании, мертв, придется мне его переписать. – Она посмотрела на Герду. – Я уже связалась с вашим шефом, он будет у меня завтра днем. – Затем Снежана перевела взгляд сначала на брата, потом на сына. – Но свое решение я готова огласить уже сейчас.

Все присутствующие мигом подобрались.

– Только надо дождаться Карла.

– Зачем? – недоуменно спросил Арсений.

– Он должен принести мне фужер мартини.

– А тебе можно?

– Мне уже все можно, – горько рассмеялась Снежана.

Тут дверь отворилась, и в комнату, мягко ступая, вошел Карл. Он был привычно спокоен, торжественен и полон собственного достоинства. В руках он держал круглый поднос с единственным фужером.

– Ваш коктейль, – провозгласил он.

– Давай сюда.

Карл подошел, наклонился и дал Снежане снять бокал с подноса.

– Будут еще пожелания?

– Да. Останься, пожалуйста.

Карл если и удивился просьбе, то вида не подал. Церемонно поклонился и отошел в уголок. А Снежана тем временем сделала глоток мартини и с наслаждением прикрыла глаза.