Шпионское наследие - Джон Ле Карре

ДЕЗЕРТИРСТВО И ЭКСФИЛЬТРАЦИЯ ПЕРЕДАТОЧНОГО ИСТОЧНИКА ТЮЛЬПАН

Черновик отчета, составленный П. Гиллемом, помощником Г/Секрет. в Мэрилебоне для прочтения Г/Лондонского управления Биллом Хейдоном и Г/Казначейства Оливером Лейконом. После предварительного одобрения Г/Секрет.

ПЕРВЫЕ ПРИЗНАКИ, что передаточный источник Тюльпан может подвергнуться риску разоблачения, обозначились во время рутинного треффа между Мэйфлауэром и его куратором Лимасом (ПАУЛЬ) в западноберлинском конспиративном доме К2 (Фазаненштрассе) 16 января, примерно в 7.30.

Используя поддельный паспорт на имя Фридриха Либаха, Мэйфлауэр пересек границу Западного Берлина на велосипеде^[18] вместе с «утренней кавалерией» восточноберлинских рабочих. Хороший «английский завтрак» из жареной яичницы, бекона и запеченной фасоли, приготовленный Лимасом, стал уже традиционным для этих нерегулярных встреч, устраиваемых в зависимости от оперативной надобности и рабочего графика Мэйфлауэра. Как обычно, встреча началась с рутинного опроса и сетевых новостей.

Передаточный источник НАРЦИСС, несмотря на рецидив болезни, настаивает на продолжении сотрудничества, он получает и передает «редкие книги, брошюры и личную почту».

Передаточный источник ФИАЛКА. Ее сообщение об усилении советских войск на чешской границе вызвало большой интерес у клиентов в Уайтхолле, и ей будет выдан бонус, о котором она попросила.

Передаточный источник ЛЕПЕСТОК обзавелась очередным бойфрендом. Это 22-летний связист Красной армии, специалист-шифровальщик из Минска, недавно приписанный к ее воинской части. Он страстный филателист, и Лепесток ему сказала, что у ее пожилой тетки (вымышленной) есть коллекция дореволюционных русских марок, с которой она готова расстаться за хорошую цену. О цене она договорится с ним в постели, и это будет справочник шифров. С подачи Лимаса Мэйфлауэр заверил ее, что Лондон обеспечит необходимую коллекцию марок.

Только теперь разговор переходит к передаточному источнику Тюльпан. Дословно:

Лимас: А как обстоят дела у Дорис? Лучше, хуже?

Мэйфлауэр: Друг мой Пауль, ставить ей диагноз — дело бесполезное. У нее каждый день начинается с чистого листа.

Лимас: Вы ее спасательный круг, Карл.

Мэйфлауэр: Она считает, что ее муж, господин Квинц, стал проявлять к ней повышенный интерес.

Лимас: Давно пора, черт побери. И в чем это проявляется?

Мэйфлауэр: Он ее подозревает. В чем, она пока не знает. Постоянно спрашивает, куда идет, с кем встречается. Где была. Наблюдает за ней, когда она готовит, одевается. Во все сует свой нос.

Лимас: Может, просто наконец взыграла ревность?

Мэйфлауэр: Она так не думает. По ее словам, Квинц способен ревновать только к своей блестящей карьере и собственной персоне. Но это же Дорис, так что кто знает?

Лимас: А ее служебная жизнь?

Мэйфлауэр: Рапп, утверждает она, не станет ее подозревать, потому что сам постоянно нарушает дисциплину. Если бы СВБ ее в чем-то заподозрила, она бы уже сидела в клетке неподалеку.

Лимас: СВБ?

Мэйфлауэр: Служба внутренней безопасности Штази. Каждое утро по дороге в кабинет Раппа она проходит мимо их двери.

В тот же день Лимас в рабочем порядке велел де Йонгу уточнить план действий в чрезвычайных обстоятельствах на случай эксфильтрации Тюльпан. Де Йонг подтвердил, что все документы и ресурсы для эксфильтрации через Прагу имеются в наличии. Дождавшись вечернего потока рабочих, Мэйфлауэр вернулся на велосипеде в Восточный Берлин.

Пепси не сидится на месте, она то и дело слезает со своего трона, чтобы побродить по комнате или подсмотреть из-за моей спины, что я читаю. Я вижу Тюльпан в том же нервозном состоянии — то дома в Хоэншёнхаузене, то в кабинете рядом с Эммануэлем Раппом, в Доме № 3, принадлежащем Штази, на Магдалененштрассе.