Не храните деньги в сейфе - Николай Леонов

– Как вас зовут?

– Наконец-то пришло время познакомиться? Пожалуй, удовлетворю ваше любопытство. Можете называть меня Лев Иванович.

– Вы служите в полиции, Лев Иванович? Странно. С вашими данными вам больше подошла бы работа в области педагогики. Наставлять юные умы на путь истинный. Это так патриотично!

– Можете считать, что этим я и занимаюсь. Люблю видеть, как родной город становится чище.

– Похвально, – одобрительно кивнул Беркутов. – Справляетесь?

– Как видите, – пожал плечами Лев. – Взять, к примеру, вас. Вы были уверены, что ваши действия останутся безнаказанными. Решили, что вас никогда не разоблачат, но раз я здесь, значит, ваша уверенность разбилась о мои профессиональные способности.

– Не могу согласиться с вами, Лев Иванович. Если вы и ваши коллеги так хороши в профессиональном плане, то почему ограблений четыре? Получается, вы, со своими хвалеными способностями, позволили негодяю действовать безнаказанно на протяжении довольно долгого времени. Знаете, что я об этом думаю? Либо ваш взломщик спец покруче вас, либо на его стороне правда, и сама судьба благоволит ему, – принялся философствовать Беркутов. – И это правильно. Что такого невозможно страшного натворил негодяй, за которым вы гоняетесь?

– Хорошо, раз вы категорически отказываетесь признаваться, поиграем в вашу игру, – решил сменить тактику Гуров. – Хотите, чтобы я озвучил, что вы совершили? Нет проблем. Вы вторглись на территорию четырех организаций, обманом вошли в доверие нескольких человек, взломали четыре сейфа, украв оттуда денежные средства, вам не принадлежащие. А самое ужасное заключается в том, что вы подвергли жизнь и здоровье одного человека опасности, а второго лишили жизни. Достаточно или мне продолжить?

– Остановимся пока на этом, – спокойно ответил Беркутов. – Попробуем посмотреть на ситуацию с другой стороны. Вот вы говорите, негодяй вторгся в частные владения, следовательно, люди, к которым он забрался, небедные. Это подтверждает и наличие сейфа в каждом отдельном случае. Согласитесь, старушка, у которой за душой три алтына, не станет приобретать сейф, чтобы обеспечить их сохранность. И простой труженик с какойнибудь кондитерской фабрики делать этого не станет. Даже зажиточный доктор, разбогатевший за счет взяток, и то не захочет тратиться на приобретение железного ящика. Следовательно, негодяй остановил свой выбор на тех людях, чьи доходы намного превышают средний заработок. Выходит, ваш негодяй не такой уж и негодяй. Ведь не он изо дня в день лишает пропитания и без того обездоленных людей, повышая цены на продукты первой необходимости, вынуждая экономить на коммунальных ресурсах? Нет! Так в чем проблема?

– Ого, куда вас занесло, – усмехнулся Лев. – В народные защитники метите? Боюсь, вас ждет разочарование. Вряд ли кто-то, кроме вас, усмотрит во взломах патриотическую составляющую. Будьте честны хотя бы с самим собой. Вы обворовали бизнесменов ради себя любимого, а не ради свержения классового неравенства. И ваша детская выходка с записками вам не поможет. Тем более после того, как по вашей вине погиб человек. Достойный человек, на иждивении которого находились престарелые родители.

– Зачем вы пришли? – Беркутов внезапно разозлился. – Хотите показать свое превосходство? Или решили заработать на мне очередную звезду себе на погоны? Ах, какой Лев Иванович умный, как ловко он разоблачил негодяя, так, что ли? Так чем же вы лучше остальных? Вы, как и все, преследуете свои интересы и осуждать за это других не имеете права.

– Вы убили человека, это вы понимаете? А сторож? Он хотел помочь вам, нарушая строгие инструкции, пустил в магазин, так как не мог позволить вам умереть. И чем же вы ему отплатили? Вы отравили его, заставили надышаться усыпляющими парами, побочное действие которых – остановка сердечной мышцы.

– Что толку говорить об этом. Что случилось, то случилось. Смерть того человека – досадная случайность. И вы, как никто другой, это понимаете, – проговорил Беркутов, сбавляя обороты. – Лучше вспомните о том, что ваш грабитель мог запросто убить сторожа. Но ведь он этого не сделал? Не сделал. Разве это не доказывает, что он не убийца?

Было видно, что обсуждать эту тему ему неприятно. Значит, давить нужно в этом направлении, решил Гуров и продолжил:

– Нет, он его не убил. Он всего лишь лишил его работы. Знаете, я общался с ним лично. Хороший человек, добрый. Только вот теперь безработный. Это почти то же самое, что нищий. В его возрасте найти новую работу довольно проблематично, а с теми рекомендациями, что может выдать ему последний работодатель, попасть на охранную должность ему вообще не светит.

– Так сторожа уволили? За что? – Казалось, Беркутов искренне недоумевает.

– А вы как думаете? Он нарушил правила, благодаря чему владелец магазина лишился сбережений. За это и уволен, как несоответствующий должности. Думали ли вы о бедном стороже, когда разыгрывали спектакль с сердечным приступом? Конечно нет. И если бы вы продолжили свое грязное дело, кто знает, чем закончилось бы очередное ограбление. Возможно, простой потерей сознания ваша новая жертва не отделалась бы. В своих обидах вы зашли слишком далеко. Это уже не игры, Андрей, все может стать куда хуже. Вы же на самом деле не негодяй, вы – просто запутавшийся человек. Так откажитесь от своих планов, признайтесь и покончите с этим.

Беркутов Гурова не перебивал, терпеливо слушал, и в глазах его плескалось что-то непонятное. Когда тот замолчал, в комнате воцарилась тишина. Было слышно только, как капли воды, накапливаясь на носике водопроводного крана, срываются и ударяют о дно раковины да жужжит муха, застрявшая между фрамугами. Так продолжалось довольно долго. Беркутов молчал, опустив взгляд в пол. Гуров тоже не нарушал тишины, давая ему возможность принять решение. Наконец Беркутов поднял глаза и предложил:

– Хотите, я кое-что покажу? Быть может, тогда вам станут более понятны причины, побудившие вашего негодяя поступить так, как он поступил.

– Хорошо, я согласен, но только с тем условием, что после этого вы поедете со мной в участок и напишете признание, – высказал встречное предложение Лев.

– Пойдемте. Обещаю, если через десять минут вы все еще будете настаивать на поездке в участок, я сделаю это, – согласился Беркутов.

Он начал вставать, зацепился ногой за ножку стола, отчего тот резко дернулся. Чашка с недопитым чаем опрокинулась, Гуров отшатнулся назад, ножки табурета пошатнулись, и он полетел на пол. В то же мгновение холодная рука коснулась шеи, он почувствовал слабый укол и попытался встать, одновременно отбрасывая руку от шеи. Беркутов отскочил к дверному проему и смотрел на Гурова, злорадно улыбаясь.

– Что вы мне вкололи? – заплетающимся языком прошептал Лев. – Вы окончательно сошли с ума.

– Нет, Лев Иванович, я только-только начинаю умнеть. Прозрение, это так прекрасно, – ответил Беркутов.

– Вы совершаете огромную ошибку, – проговорил Гуров, чувствуя, как сознание уходит.

– Ошибку совершили те, кто решил, что меня можно дурачить. Ошибку совершают те, кто позволяет себя дурачить. Ошибку совершили вы, вздумав тягаться со мной. Так кто же из нас сумасшедший?