Правильная девчонка - Владимир Колычев

* * *

Татьяна Игоревна поморщилась, увидев Юру. Похоже, она приняла его за бомжа. Но ведь это не удивительно. Он жил в родном городе, как в глубоком вражеском тылу, спал где придется, ел что попало. И брился редко, опять же для маскировки. Белье менял чаще, спасибо родителям, которые умудрялись обходить заслоны, выставленные вокруг них.

— Здравствуйте, Татьяна Игоревна!

— Да, Юра, здравствуй. — Она вымученно улыбнулась и глянула по сторонам.

То ли она опасалась его возможных преследователей, то ли хотела подать сигнал тревоги.

— Как там Вика поживает?

— Вика?.. Ну-у… Хорошо поживает…

— А я слышал, что ее Родик Водников похитил.

— Ну, не совсем похитил…

— Что значит не совсем?

— Ну, она работает у него… Он ей деньги за это платит.

— За что, за это?

— Ну, она в доме у него убирается…

— Я могу ее увидеть?

— Она не бывает дома, она там живет…

— Где там?

— Ну, адреса я не знаю… И вообще… — У Татьяны Игоревны заслезились глаза.

— Что вообще?

— Не нравится мне все это… Родик, он такой скользкий… И ты…

— Что я?

— Ну откуда вы взялись на нашу голову! — Татьяна Игоревна всплеснула руками, всхлипнула и пошла своей дорогой.

Юра не решился преследовать ее. Да и зачем? Он узнал все, что ему нужно. Родик взял Вику не силой, а хитростью. Заманил ее в ловушку, закрыл в четырех стенах. И пользуется Викой, как взятой в аренду вещью. Утешая себя тем, что ей за это платят деньги.

А может, Вике нравится такая жизнь. Что ж, если так, то скатертью ей дорога… А если не нравится, то Родик жестоко поплатится за свой беспредел.

* * *

Родик приехал поздно, в десятом часу. Но выглядел он как огурчик. Как будто весь день дома провел в тишине и спокойствии, а на ночь глядя вышел прогуляться. А Вика и рада стараться. И ужин у нее на столе, и душа нараспашку. Только вот на сердце тяжесть. Предала она Юру. Как бы она там перед собой ни оправдывалась, а предала.

А оправдание у нее было. Юра исчез для нее, но не для Цаплиной. И он не просто был с ней, а изменял Вике. К тому же столько другого вранья за ним…

— Дома был? — спросила Вика.

— Не понял! — Родик удивленно вскинул брови, глядя на нее. — А где нежные объятия? Где поцелуй в щеку?

И все же мысль о предательстве не давала ей покоя. Потому и встретила она Родика сдержанно, не повисла у него на шее. Да ее, в общем-то, и не тянуло к нему. Во всяком случае, как магнитом. Да, с ним хорошо и приятно, но не кружилась голова в полете, не вырастал за спиной парашют в свободном падении.

Но раз уж Родик потребовал, то почему бы и нет? Вика улыбнулась, обвила руками его шею, поцеловала в щеку. И тут же почувствовала вкус его губ.

— Ты сводишь меня с ума! — Он подхватил Вику на руки, отнес в зал, уложил на диван.

От него пахло шампунем и мытым телом. Да, с ним действительно приятно. И взлет мягкий, и посадка не жесткая. А турбулентность пусть остается с Юрой. Для его Лены.

Халат распахнулся, грудь обнажилась, язык скользнул по соску. Вика напряглась от удовольствия, и в это время у Родика зазвонил телефон.

— Я сейчас!

Он поднялся, приложил к уху телефон. В трубке зажужжал чей-то возмущенный голос. Вика не могла разобрать слов. Она даже не могла понять, мужчина на том конце невидимого провода или женщина.

Родик вышел в холл.

— А если мне надо? — донеслось оттуда.

Вика поднялась с дивана, запахнулась. Родик зашел на кухню, а она остановилась в холле. И оттуда услышала его голос.

— Ну, хорошо, хорошо…

Пискнул телефон, это Родик выключил его. Значит, можно появиться на кухне без риска быть уличенной в чрезмерном любопытстве.

— Кушать будешь? — спросила она.

И, не дожидаясь ответа, полезла в духовку. Там у нее жаркое в горшочках с болгарским перцем и баклажанами.

Не успела она взять горшочек, как Родик прижался к ней сзади.

— Это не я, это магнит в тебе.

Вика оттолкнула его, распрямилась.

— Гуляй вальсом!

— А если я хочу в ритме танго?

— С Катей станцуй!

— Да какая Катя? Не было никакой Кати!

Вика удивленно глянула на Родика.

— Ну, была. В больнице. Так, ничего серьезного…

— А кто был?

— Никого… Ты что, ничего не поняла? — с ненавязчивым чувством превосходства иронично улыбнулся он.

— Поняла. Голову ты мне морочил.

Родик играл с ней, дразнил, подзуживал. Она все видела, все замечала. Только вот полное осознание пришло уже после того как. А тут еще и подтверждение поступило.

— Можно сказать и так.

— Тем лучше.

На этот раз она присела, чтобы открыть духовку. Достала горшочек, поставила перед Родиком.

— Остыло немного.

— Это ты про себя?

— И про себя тоже.

— Знаешь, как огонь добывают? Берут палочку в руки…

— Шел бы ты!

Вика ушла в зал, но Родик не позволил ей остаться в одиночестве. Догнал, обнял, затащил к себе на колени.

— Тебе куда-то там пора, — запахивая халат, сказала она.

— Вот туда мы сейчас и отправимся…

— На Майорку? — усмехнулась она.

И на Майорку они не поехали, и липовый офис в этом доме не закрыли. Вика жила здесь, Родик приходил к ней. И она чувствовала себя содержанкой. Но возмущение через край не било. Сама виновата, сама и получай, что заслужила. Тем более что это вовсе не смертельно.

— Все будет. Все обязательно будет… — Все-таки он распахнул халат, все-таки зарылся лицом в ее грудь.

— Я могла бы работать с тобой по-настоящему…

— А чем тебе здесь не работа?

— Не хочу!

Вика оттолкнула его, соскочила, отошла к окну. Заглянула за занавеску и увидела человека, который тенью проскользнул между стеной дома и забором. Видно, кто-то из охранников прошел. Их было немного, и время от времени они обходили дом, двор. И зачем, спрашивается, здесь охрана, если Вика могла покинуть дом в любой момент?

— Что тебя не устраивает?

— Захотел пришел, не захотел не пришел.

— Я всегда хочу. Только не всегда получается.

— Потому что я тебе не жена. Потому что не могу тобой распоряжаться.