Последнее желание гейши - Ольга Володарская

– Да.

– И он сразу поверил?

– Поверил, даже предложил мне пятьдесят кусков за то,чтобы я вернула ему все снимки, которые у меня есть.

– Ты, естественно, отказала.

– Естественно, потому что у меня их нет… Но он уверен вобратном. Уверен, Базик, будто видел снимки собственными глазами!

– Почему, как думаешь?

– Есть у меня одна мысль, но она мне очень ненравится… – Мадам закусила нижнюю губу, подумала немного – наверное,решала, стоит ее озвучивать или нет, потом заговорила: – Афродита былашантажисткой, очевидно, Дизель подал ей хорошую идею… Об этом не знал никто,кроме меня, Афы и ее жертв. Теперь вопрос: откуда об этом узнал Элефант?

– Значит, она шантажировала и его, – предположилБазиль.

– Вот! Мне тоже пришла на ум именно эта мысль. А следомза ней другая: а не по его ли указке убили мою Афочку?

«Только этого не хватало! – пронеслось в голове ВасилияГолушко. – Если убийца прокурор, тогда Мите ни за что не дадут раскрытьдело!»

– Но я отмела ее, – успокоила Базиля Мадам. –Потому что Элефанту легче заплатить, чем так рисковать…

– В чем риск?

– Киллера он мог найти только через Дизеля, пообъявлениям в газете убийц нанимают лишь идиоты и герои детективных сериалов…Теперь понимаешь?

– Элефанту не хотелось быть должником Дизеля.

– Да, потому что за услугу платить бы пришлось тройнуюцену…

– А в случае отказа рисковать шкурой!

Мадам кивнула, затем, буркнув «хватит о грустном», наполниластопки.

Пока они пили, в гостиную вернулась Катя.

– Я ее покормила, – сообщила она, подойдя к креслуМадам.

– Хорошо. А теперь иди переодевайся. – Когдадевушка скрылась, Мадам пояснила: – Она у меня еще официанткой работает. Ярешила не нанимать лишнего человека. Зачем? У нас же не ресторан, едятмало… – Она отправила в рот толстый кусок сыра. – Иногда ночьюпопросят что-нибудь поесть или водку закусить, а так все сытые приходят… Ведь вборделях утоляют другой голод – голод плоти!

Тут на лестницу выпорхнула хорошенькая шатенка с роскошнымиволнистыми волосами, облаченная в прозрачный пеньюар, горловина и рукавакоторого были оторочены красными перьями.

– Можно мне так? – крикнула она, свесив головувниз.

– Как «так»?

– В перьях?

– Вы сегодня с ума, что ли, посходили? Зачем тебеперья?

– Они красивые! Я всегда о таких мечтала!

– Сними…

– Но, Мадам, – закапризничала девушка, – мнеЖизель этот пеньюар только на сегодня одолжила!

– Этот щипаный лебедь закроет всю твою красоту,дура! – вспылила Мадам.

– Да, а почему Жизель можно, а мне нет!

– У Жизель, не грудь, а два прыща, ей можно! А твоироскошные формы надо не завешивать, а выставлять напоказ… Так что пошла быстропереодеваться!

Девушка выругалась, топнула стройной ножкой, но послушалась– кинулась к дальней комнате, срывая с себя пеньюар. Под ним у нее ничего небыло, даже трусиков!

– Это Далила, – представила ее Мадам. –Психованная немного, но очень умелая… А какие у нее груди! – Она сложилапальцы щепоткой и поцеловала их кончики. – Не хочешь с ней развлечься?

– Ну… – Базиль замялся, он не знал, как намекнутьна то, что ему нужна конкретная девушка – Марго. – Э… Нет.

– Почему? Не понравилась? Так ты еще ее груди не видел!

– Мне грудастые не нравятся…

– Раньше нравились!

– Нет, мне всегда нравились миниатюрные женщины… Такие,как Милашка Зингер.

– Да, когда я была тростиночкой, – хихикнулаМадам. – Только Моцарту по душе пышные формы, пришлось силикон закачать. Ажопу я по собственной воле отъела!

– Есть у тебя девочка, похожая на Милашку Зингер:маленькая, худощавая?

– У меня лучше есть! – радостно взвизгнулаМадам. – Негритянка! Она новенькая, работает без году неделя, но ужепользуется спросом!

– Не надо мне негритянку, – запротестовал Базиль.

– Ты че – расист?

– Нет, что ты! Просто я с темнокожими девушками сплю повоскресеньям, а сегодня среда, – отшутился он.

– Болтун! – Она игриво шлепнула его поколенке. – К тому же требовательный!

– Мил, я тебе честно скажу, мне одна твоя девушкапонравилась, но я не знаю…

– Багира, что ли?

– Нет, та, которой Катя кофе носила.

– Как она могла тебе понравиться, если ты ее не видел?

– Видел. Мельком. Когда она дверь поварихеоткрыла… – Базиль облизнулся и состроил похотливую мину. – Лакомыйкусочек, как ее зовут?

– Марго. И она сегодня не работает.

– Почему?

– Небольшие проблемы, некогда тебя в нихпосвящать, – Мадам глянула на часы, – время поджимает… Но потом ятебе о них расскажу, быть может, посоветуешь чего.

– Значит, не работает… Жаль, она мне очень понравилась!

Мадам пересела со своего кресла на диван, обняла Базиля зашею, чмокнула в висок и весело сказала:

– Но для тебя, Базик, как для своего старого друга, ясделаю исключение! – Еще раз чмокнув его, теперь уже в нос, Мадамподнялась с дивана и направилась к лестнице. – Марго примет тебя в своихапартаментах! Сейчас я ее предупрежу!

Когда она скрылась за дверью, Базиль перевел дух. Нопосидеть в тишине и покое ему не удалось, потому что в гостиную влетелазапыхавшаяся негритяночка с проколотыми носом, бровью и губой.

– Мадам где? – спросила девушка на хорошемрусском, только слегка пришепетывая – как оказалось, язык у нее тоже проколот.

– У Марго.

– Ага! Тогда я сейчас прошмыгну, а вы ей не говорите,что меня видели, ладно?

– Ладно, – улыбнулся Базиль.

– Она не любит, когда мы опаздываем, – пискнулаона на бегу.

Только она успела прошмыгнуть в одну из комнат второгоэтажа, как на галерее появилась Мадам.

– Марго будет готова через пару минут, – сказалаона, ступая на лестницу. – Она единственная, кто может привести себя впорядок за такой короткий срок… Остальные часами прихорашиваются!

Как раз тогда, когда Мадам достигла последней ступенькилестницы, на первую выпрыгнула дама весьма колоритного вида: высокая, статная,затянутая в кожу с ног до макушки (даже на лице была кожаная маска). В правойруке она держала наручники, которыми экспрессивно размахивала, а в левойплетку.