Корысть на пьедестале - Владимир Колычев

Так и не отправился он убивать Кузьмина, зато смог покорить Василису. Не просто это было, сначала он долго вытаскивал ее из депрессии, потом отучал от жизни в одиночестве, только затем они стали жить вместе. А со временем расписались…

Не убил он Кузьмина, казалось бы, и правильно сделал, но с тех пор, как осознал свою неспособность на смелое, на преступление, в нем засел комплекс. Он буквально помешался на экстриме, силу своего характера доказывает – и ей, и себе. Но уже немного успокоился, почти год без приключений. Ну, если не считать один случай. На Олимпиаду в Сочи они ездили, на горных лыжах прокатились – без разрешения, по трассе для спортсменов, чисто нервы пощекотать, но это, в общем-то, мелочь…

Успокаивался Глеб, но Василиса не знала, хорошо это или плохо. Чем больше он увлечен чем-то посторонним, тем меньше у него возникает вопросов о главном. А с этим пока никак… Василиса очень хотела ребенка, они с Глебом старались, но ничего не получалось. У каких только врачей она не перебывала, как только не лечилась, и все никак. Глеб ее за это не осуждает, но вопросы у него уже зарождаются. Впрочем, отчаиваться не надо, есть варианты, например искусственное оплодотворение…

– А на яхте, по морю-океану?

– Ну, можно.

– На своей яхте! – еще шире улыбнулся он.

– Когда это ты успел?

– Сюрпрайз! – Глеб обнял Василису и крепко прижал к себе.

– Ты уже в отпуске? – спросила она.

– Послезавтра в Питер поедем, яхта уже там, под парусом по Балтике пойдем.

– Под парусом?

– Да, я с парусом взял…

– И большой парус?

– Ну-у!..

Глеб сам превратился в парус, подхватил Василису, понес к дому, но только они поднялись на крыльцо, как в калитку позвонили. Они хотели махнуть рукой на незваного гостя, но гость оказался непростой – начальник уголовного розыска.

– Ты ничего не натворил? – с беспокойством посмотрела на мужа Василиса.

– Да нет, я хороший, – улыбнулся он.

И у нее было отличное настроение, которое, казалось, ничем не перебьешь. Но так могло только казаться.

Калитку открыл охранник, к гостю они вышли сами. Майор полиции – это серьезно, но не настолько, чтобы впускать его во двор своего дома.

Полицейский снова представился, предъявил удостоверение. Майор Савилов, начальник уголовного розыска.

– Климова Василиса Евгеньевна? – спросил он.

– Вообще-то Горбушина, – покачала она головой.

– Я не имею права вас отвлекать, тем более время достаточно позднее. – Савилов повел плечом, будто собирался глянуть на часы, но даже руку не поднял, всего лишь обозначил движение.

– Да уж, не раннее.

– И люди вы, я так понимаю, занятые… – тем же спокойным взглядом посмотрел он на Глеба. – Не хотелось бы отнимать у вас драгоценное время… В общем, не стану вас задерживать, Василиса Евгеньевна, выпишу вам повестку, завтра вы подъедете в отдел полиции, к следователю Бурдыкину, он задаст вам ряд вопросов…

– А в чем, собственно, дело?

– Ну, вы же спешите, не буду вас отвлекать… – Пальцы левой руки Савилов сложил «фонариком», покрутил ими, а правой достал из кармана повестку.

– Может, все-таки скажете, что случилось?

Василиса все поняла – майор набивал себе цену, напрашиваясь на разговор. Санкций никаких у него нет, а Глеб Горбушин в мире деловых людей фигура далеко не последняя, если он заявит протест, у Савилова могут возникнуть проблемы. Но повестку выписать он имеет полное право, никто его за это не осудит… Сначала повестка, затем разговор – здесь же, на месте. А Василиса не успокоится, пока не узнает, в чем ее подозревают.

– Ну, если вы готовы уделить мне минутку внимания… – Майор кивком показал на калитку, но при этом продолжал смотреть на нее.

Глеб сразу все понял, открыл калитку, пропустил гостя во двор. Они поднялись на террасу, но в дом заходить не стали, а зачем? Терраса на первом этаже большая, под крышей, а день сегодня выдался солнечный, воздух теплый, ветра почти нет.

Василиса показала на столик с мраморной столешницей, жестом предлагая занять место за ним.

– Ужин не предлагаю, но кофе с бутербродами, думаю, будет кстати.

– Ну, если ваш супруг организует, – кивнул Савилов, и в его словах Василиса уловила намек. Глеб в их компании лишний, говорить он собирался только с ней…

Когда тот скрылся в доме, Василиса вопросительно посмотрела на майора.

– Может, вы из-за Кирикова пришли? – не удержавшись, спросила она.

Сергей отсидел уже почти половину срока, еще восемь лет осталось, если досрочно не освободят. Василиса не обещала его ждать, но все равно переживала. Вдруг вернется с претензией на особое к себе отношение, попробует наказать за предательство, которого не было?

– Из-за Кирикова, – кивнул он.

– Он что, сбежал?

– Ну, мы, в принципе, побегами не занимаемся… Нет, сидит ваш Сергей. Я бы хотел знать, за что сидит.

Вокруг да около ходил Савилов, тень на плетень наводил, не нравилось это Василисе, и она стала раздражаться.

– А вы не знаете?

– Покушение на убийство вашего бывшего мужа.

– И что?

– То ли сам он пошел на это дело, то ли кто-то попросил…

– Да, вы правы, вам действительно нужно выписать мне повестку. К следователю. С адвокатом.

– Ну да, ну да… – проницательно глядя на нее, качал головой Савилов. – К следователю, с адвокатом. – Вас, кажется, подозревали в организации убийства.

– Это было давно, и я не понимаю, зачем вы лезете в прошлое. Если господин Кузьмин пытается свести со мной счеты, так и скажите.

– А он собирается свести с вами счеты? Вы находитесь с ним в состоянии конфликта?

– Я думаю, вам уже пора.

– Вы знаете, где сейчас гражданин Кузьмин?

Василиса взяла со столика телефон; связаться с охранником, вызвать его к себе – дело двух минут. Пусть забирает дотошного майора и выпроваживает его.

– Гражданин Кузьмин находится в институте Склифосовского, в критическом состоянии, – продолжал Савилов. – Он получил три удара по голове. Молотком. Пока мы инкриминируем причинение тяжкого вреда здоровью. Следственный комитет пока не вмешивается, но если переквалифицируем дело как покушение на убийство… – Он замолчал, предоставляя ей возможность самой домыслить сказанное. И смотрел при этом на Василису так, словно выкапывал из нее ответ, убить Кузьмина собирались или просто покалечить.

– Я не знаю, где находится Кузьмин. Я не знаю, что с ним случилось. Не знаю и знать не хочу! – отрезала она.

– Я же говорю, его ударили. Молотком. В квартире у любовницы.